Чтение онлайн

Генерал ФСБ буквально повторил его жест. Аккуратные парни в серых пиджаках расслабились и уселись на свои места.

Амбалы Грачева с двумя Толянами застыли, как соляные столбы.

Глеб повел Стаса к выходу из зала. Впереди них, с хоккейной клюшкой в руках, осторожно двигался Вася, а сзади страховал Такэру. Так они и вышли вчетвером.

Публика, оставаясь на местах, требовала назад деньги. От неуправляемых эмоций в зале нарастал гул.

Наклонясь к точеному ушку Виктории Бланш, американский сенатор заявил.

— У нас в Неваде такие шоу делают лучше. Здесь я просто скучал.

— Мне жаль вас, Рой, — холодно отозвалась фотомодель по-английски.

А секретарь ее Жанна Блинова со вздохом по-русски произнесла!

— Увы, на любом уровне приходится терпеть мудаков.

На эту странную реплику сенатор не отреагировал, поскольку ни слова не понимал по-русски.

Глеб завел Стаса в раздевалку, где тот кое-как переоделся сам. Рыжий на глазах восстанавливал силы. Все лицо его было в кровоподтеках, покрытых подсыхающей бурой коркой. Умываться, однако, он не стал: благоразумие требовало как можно быстрее уносить ноги.

— Где твоя машина? — спросил Глеб, набрасывая ему на плечи пальто.

— Возле дома, — усмехнулся рыжий. Правая половина его лица распухла, и усмешка получилась только с левой стороны. — Я на такси приехал. Как знал.

Вошли Такэру и Вася. Японец натянул сапоги и куртку прямо на черное кимоно.

— Как дела? — обратился он к Стасу по-русски.

— Лучше всех. — Стас повесил на плечо спортивную сумку.

— Извините, — сказал Такэру.

— Вали знаешь куда! — огрызнулся рыжий. — Я не на балет сюда пришел!

Вася нетерпеливо поигрывал клюшкой.

— Кончайте базар-вокзал. Линять надо.

Он помог им миновать милицейский кордон и кратчайшим путем привел к «жигуленку» Глеба. Усадив Такэру и Стаса в машину, Глеб пожал златозубому руку.

— Спасибо, Сильвестр. Без понтов.

— Пока, Француз. Не нарывайся за бесплатно, — посоветовал Вася и, отбросив клюшку, пошел обратно в зал единоборств.

Глеб выехал за ворота стадиона и помчался по Ленинградскому проспекту.

— Где ты остановился, Такэру? — спросил он по-японски.

— В нашем посольстве, сэнсей.

— Не называй меня сэнсеем. Зови меня просто Глеб. Тебя отвезти в посольство?

— Если можно, Глеб-сан.

Глеб посмотрел в зеркальце на Стаса. Раскорячив ноги, тот едва помещался на заднем сиденье.

— Завезем Такэру, потом — тебя, — обратился к нему Глеб. — Не возражаешь?

— Нормалек, — с закрытыми глазами кивнул рыжий.

Такэру спросил по-русски:

— Адрес знаете?

— Найду, — улыбнулся Глеб — Где ты русский освоил?

— Занимался два года, курсы посещал. Потом ходил на бизнес-встречи с братом — слушал живую речь.

— Молодчина, — продолжал улыбаться Глеб. — Надолго в Москву?

— На два-три месяца. У брата контракт с вашим правительством на создание компьютерного центра.

— Ясно… — Глеб глянул в зеркальце на вроде дремлющего рыжего и вновь перешел на японский. — Скажи, Такэру, с людьми этими… которые заправляли сегодня в зале, твой брат хорошо знаком?

Подумав, юноша ответил также по-японски:

— Не знаю, Глеб-сан. С мистером Лосевым брат ведет дела четыре года. Ни с кем другим я просто не знаком. Остановите, пожалуйста: здесь я выйду.

Глеб притормозил метрах в пятидесяти от посольства Японии.

— Бывает у тебя свободное время, Такэру? — осведомился он осторожно.

— Хоть отбавляй, — по-русски ответил юноша.

— Ты можешь этим временем распоряжаться? — уточнил Глеб по-японски.

— Как вольный ветер, — произнес по-русски Такэру, улыбаясь. — Поездка в Москву — для меня весенняя прогулка.

— Хороша весна, — проворчал вдруг Стас, косясь на моросящий за окном дождь.

Глеб вздохнул:

— Да уж… Могу я рассчитывать на твою помощь, Такэру?

Глаза японца вспыхнули в полумраке салона.

— Где угодно и когда угодно, — ответил он опять же по-русски и назвал Глебу телефон посольства, по которому его легко можно разыскать.

Когда, простившись, Такэру вышел из «жигуленка», Стас за спиной Глеба сказал:

— Нормальный парень. Но придется с ним поквитаться.

— Вряд ли, — отозвался Глеб, заводя мотор.

— Разве я похож на фраера?

— Ты не похож на придурка.

Обдумав это возражение, рыжий проворчал:

— Ладно, будет видно. Тебе лично — спасибо.

— Не за что. — Глеб отъехал от посольства и включил «дворники»: дождь припустил, будто летом. — Куда тебя везти?

— К Екатерине.

— Адрес?

Стас назвал улицу и номер дома. Некоторое время они ехали в тишине, лишь неуместный мартовский дождь барабанил по крыше автомобиля. Затем Стас нарушил молчание, тщательно подбирая слова:

— Я не спрашиваю, что за дела у тебя с этими самураями. Не спрашиваю, где ты научился так шпарить по-японски…

— Когда-нибудь расскажу.

— …и не спрашиваю, зачем ты разыгрывал рубаху-парня блатного пошиба. Я только спрашиваю: твое предложение еще в силе?

— Разумеется.

— Я имею в виду предложение поработать на тебя.

— Я понял. Десяти штук для начала хватит?

Рыжий вздохнул.

— Дать бы тебе сейчас по чайнику…

— Брось. Ведь, насколько я понял, Виталий Петрович тебя уже выпер.

— И пес с ним. Я успел кое-что скопить. А тебе я и так должен.

— Ничего ты мне не должен. Забудь.

— Я добра не забываю.

— Тогда передай дальше.

Рыжий фыркнул:

— Как это?

— Сделай добро кому-нибудь еще, — объяснил Глеб. — Все очень просто.