Чтение онлайн

Да поясню, после осмотра дома, наше задание фактически кончилось, и мы вольны были заниматься, чем хотим до самого вечера. Вот мы и двигались ведомые розоволоской в сторону торгового квартала.

В пути я продолжил и дальше сыпать комплиментами убалтывая девчонку, она не особо верила моей искренности и все ждала подвоха, но после покупки и совместного поедания мороженого стена недоверия несколько растаяла. И стала появляться некоторая положительная реакция на комплименты. А вскоре мы и вовсе довольно весело разговорились. Меня даже поблагодарили, за то, что привлек Шел к тренировкам. Но предложение научить чему-нибудь и ее Мейн горделиво отвергла, заявив, что она прирожденный снайпер и сама чему хочешь, научит.

– Так почему все же тыковка?
– Повторил я давний вопрос.
– Кажется, в книге это тейгу зовется Имперской Артиллерией "Каландор".

– Пусть как хотят, называют для меня это тыковка!

После довольно долгих расспросов я все ж подобрался к разгадке данного названия густо замешанного на женской логике. Если очень коротко и не вдаваясь в подробности. То Мейн сирота к тому же полукровка, один из родителей из западных племен, характерная особенность розовые волосы. В общем, детство у нее было не удачным, мало того, что на помойке росла так еще и за ее происхождение и отличие от других детей эти же дети шпыняли. С продуктами было тяжко только и оставалось, что тыквы у фермеров воровать. А потом ее поймали, и фермер оказался настолько добрым, что позволил у себя поселиться и работать. Вот и получилось, что тыквы стали самым вкусным и любимым объектом. И эта любовь перешла на тейгу изменившее ее жизнь к лучшему, как когда-то тыквы. Фермера того правда потом прибили, толи бандиты, толи солдаты, а Мейн оказалась в сопротивлении, где, услышав зов, и отыскала свой тейгу.

То есть ее так же как и Шел, никто особо драться, убивать или там правильно стрелять и выбирать позицию, не учил. Разве что идеологическую подготовку провели на высшем уровне, а дальше она выезжает за счет тыковки. Но тут у нее некоторое преимущество перед Шел, поскольку как я думаю, тыковка при знакомстве передала ей и полный пакет умений необходимых для собственного эффективного использования. Так что с винтовкой она действительно обходится мастерски, а так же может оценить поле боя и правильно выбрать позицию. А вот от ближнего боя ее надо спасать всеми силами, ибо там ее и парочка стражников могут запиннать при удаче.

И еще интересная подробность, когда Мейн рассказывала о революционной армии, и совеем пребывании в центральном лагере. Она отметила необычайно большое количество представителей западных народов в ее рядах, и то, как ей было хорошо, что ее перестали шпынять из-за происхождения. Там она и с Шел познакомилась, воспринимая ее кажется младшей сестренкой, хотя по факту та лет на шесть ее старше.

Но интерес вызвали именно западники. Продолжение расспросов показало, что империя продолжает свое расширение, и лет тридцать назад отхватила от этих западных племен здоровенный кусок, после чего притормозила, переваривая приобретения. Но покоренные не сильно смирились, ведя партизанскую войну. Безуспешную и довольно быстро подавленную.

А сейчас, похоже, выросло новое поколение и тоже попыталось поточить зубы об империю, присоединяясь к ее революционерам, или вообще их организовав. Интересно, Жаль Мейн в этом вопросе не помощник. Косвенных сведений много, и даже не слишком косвенных, вроде того, что этих розоволосых в совете революционеров куда больше половины, многое значит, но вся картина пока не складывается. Но я и не спешу, пока меня устраивает вполне непыльное проживание в ночном рейде. Они довольно информированные, и скоро картина мира приобретет большую четкость тогда и будет ясно, что делать дальше.

Пока же стоит забыть о судьбах мира и прочих высоких материях, а просто наслаждаться прогулкой с очень милой, когда молчит девчонкой. Мейн, например, так и делала, полностью отдавшись развлечениям, раз выпала такая возможность, и потянула меня по магазинам, обновлять свой гардероб, состоящий из платьев исключительно розового цвета.

Такие прогулки меня никогда не раздражали, а уж если они совмещаются с показом мод. Одним словом я любовался пытающейся перемерить и скупить все розовое, что только нашлось в магазине девчонкой, изредка восторженно кивая головой на ее очередной наряд. На самом деле наряды были однообразны, но выглядела она в этих платьицах милым ангелочком, так что похвала была заслуженной.

Торговый марафон был прерван оголодавшим желудком и избытком покупок, которые малявка водрузила на меня, не тяжелые, но объемные. А поскольку она нагрузила меня не в своей обычной, приказной манере, а вежливо попросила помочь, отказывать я не стал. Хоть и удивлялся объемом покупок, видимо последствия голодного детства, вот и выплескивает желания обладать тем, что хоть немного понравилось.

Тащить все это оказалось не далеко. Мы направились к массажному салону, где официально работает Львенок, а неофициально подвал этого салона является штаб-квартирой ночного рейда в столице.

Сгрузив там сумки, мы продолжили культурную программу, задержавшись в салоне и использовав его по прямому назначению. Жаль, Львенка не было, я бы предпочел массаж в ее исполнении с последующим продолжением. Но и так получилось, не плохо, хоть и без эротического продолжения.

Зато после таких расслабляющих процедур Мейн совсем подобрела, и больше не пыталась подозревать меня, не пойми в чем, когда я делал ей комплименты, и даже когда взял под ручку...

Так мы и бродили бессистемно по центральным улицам торгового квартала, иногда сворачивая к лоткам с товаром, полюбоваться или приобрести чего вкусного, или останавливаясь у помостов с артистами. Я на их выступления не особо смотрел, поглощенный нахваливанием спутницы, хотя были там аппетитные акробаточки, гибкие стройные, грудка самый сок, эм, не смотрел я особо, у меня и так под боком объект любования был, да. А вот Мейн выступления явно нравились.

А потом лирически-безмятежное настроение моей спутницы оказалось безнадежно испорчено. А всему виной моя неосторожность в выборе маршрута прогулки, да и не знал я, что мы забрели на площадь для публичных казней. Она ничем от остальных не отличалась, торговые лотки, толпа народа, и кресты с распятыми на них людьми, в разной степени живости.

Казнь не особо оригинальная или там слишком жестокая, хотя гвоздей палачи не жалели, но на Мейн это зрелище произвело неожиданно сильное впечатление. Даже странно учитывая ее теперешнюю профессию, или расслабилась, гуляя со мной, и забыла о том, где живет и чем это может грозить.

– Убийцы, кровавые маньяки...
– Прошипела девушка, крепко стиснув мою руку.
– Я им всем отомщу. Я не умру вот так, они за все заплатят, премьер-министр заплатит, - зашептала она, продолжая неотрывно смотреть, а казнимых.

Услужливо развешенные таблички сообщали, что приговорены к такой судьбе они за революционную деятельность. Коллеги получается вот Мейн и переживает.

– Они были слабыми вот и попались, а ты сильная и станешь еще сильнее.
– Вклинился я в монолог подруги, стараясь чуть перевести ее вектор внимания от немедленной и кровавой мести на саморазвитие. А то у меня даже опасения возникли, что она сейчас сорвется и кинется толи спасать, толи стрелять во всех и каждого. Что тогда делать?