Чтение онлайн

Глава службы безопасности нахмурился, как будто ответ на вопрос был слишком очевиден.

— Разумеется, нет. Поддельные адреса, зарегистрированы на подставных серверах. На сайте действовал форум фундаменталистов. Пока это наше самое многообещающее направление поиска. Как я уже упоминал, сайт был зарегистрирован в Дании.

Карстен Плоуг оторвал взгляд от протокола встречи и спросил:

— На чье имя? Когда?

— Полгода назад. Мы еще не вышли на владельца домена.

Бук опять кивнул.

— А что это за Мусульманская лига?

Кёнигу не нравились такие вопросы, и он почти не скрывал этого.

— Пока мы не знаем. Возможно, это одна из существующих группировок маскируется под другим названием. Одиночек в таких организациях обычно ничтожно мало. Они усиленно работают, чтобы казаться значительнее, чем они есть.

— Кто эта женщина? — спросил Плоуг.

— Жертва убийства в Минделундене, — ответила Рут Хедебю. — Анна Драгсхольм, юрист.

— И теперь у нас второй убитый? — спросил Бук.

— Его обнаружили как раз тогда, когда в Сети появилось видео, — продолжала Хедебю. — Это солдат. Аллан Мюг Поульсен. Тридцать шесть лет.

Она вручила Плоугу папку с материалами по второму убийству.

— Солдат? — переспросил тот. — И юрист? Какая может быть между ними связь?

— Поульсен служил в Ираке и Афганистане. Женщина также там работала, не долго, в качестве юридического консультанта.

Плоуг подвинул папку через стол. Бук глянул на нее, потом перевел взгляд на Хедебю.

— Вы хотите сказать, что они стали символическими жертвами из-за их принадлежности к армии?

— Совершенно верно, — ответил Кёниг, вновь беря инициативу в свои руки. — Мы имеем дело с актом мести, спланированным заранее…

— И тем не менее для нас оба убийства стали неожиданностью, — перебил его Бук. — Как я смогу объяснить это премьер-министру? Обществу?

Рут Хедебю откинулась на спинку стула и молчала. Кёнигу предстояло отвечать самому.

— Это необычное дело, — произнес он. — Убийство в мемориальном парке не предполагало никаких террористических мотивов. Полиция решила, что убийца — муж жертвы. И он признался, не так ли?

Все посмотрели на Рут Хедебю.

— Сегодня вечером он отказался от своих слов, — негромко сказала она. — Возможно, допросы велись слишком… настойчиво.

— И раньше нам не сообщали о том, что в доме Драгсхольм найден армейский жетон, я правильно понимаю? — обратился к ней Кёниг.

— Мы не пытаемся сейчас найти виноватых, — произнес Плоуг. — Надо понять, что делать, как решить проблему.

Кёниг согласно покивал.

— Угроза, очевидно, адресована военным, поэтому мы разошлем предупреждение по всем воинским частям. Увеличим уровень безопасности в аэропортах, на вокзалах и в остальных местах, как обычно. Я не хочу, чтобы пресса сообщала о втором убийстве. Давайте пока прикроем эту информацию.

— Прикроем информацию? — воскликнул Бук. — В Копенгагене убито два человека. Под самым нашим носом созрел террористический заговор, а вы даже не заметили. Люди имеют право знать, что происходит. Мы проинформируем их — ответственно, аккуратно, в необходимых пределах.

— Господин министр, так здесь дела не делаются… — начал было Плоуг.

— Это я вижу. Несколько недель или даже месяцев на территории нашей страны работала группа террористов. И вот они стали выполнять задуманное, а мы понятия не имеем, кто они такие и что замышляют. Кёниг?

Шеф службы безопасности ерзал на сиденье.

— Вы ведь подчиняетесь непосредственно мне? Очень хорошо. Тогда завтра найдите время и расскажите мне, почему мы оказались в неведении.

— Господин министр…

— Мне нужно знать еще что-то?

Кёниг промолчал.

— Прекрасно. — Бук глянул на дверь. — Меня ждет премьер-министр. Держите меня в курсе.

Хедебю и Кёниг молча вышли, оставив Бука с Кариной Йоргенсен и Плоугом.

— Понимаете, существует протокол… — опять заговорил Плоуг.

— Вы часто употребляете это слово, — резко перебил его Бук. — Сейчас у меня нет желания его слышать.

Карина принесла ему галстук. Она хотела, чтобы министр надел его для встречи с Грю-Эриксеном.

— Фроде Монберг был осведомлен о деле Драгсхольм, — объяснил Плоуг. — Но никто из нас не предполагал, что это перерастет в такое безумие.

Расстояние от Министерства юстиции до старого дворца, где находилась резиденция премьер-министра, было достаточно длинным, чтобы промокнуть.

— Дождь не перестал? Зонт брать? — спросил Бук.

Карина и Плоуг переглянулись.

— Что смешного? — не понял Бук.

— Больше вам не придется выходить на улицу, — сказала Карина и мягко взяла его под руку. — Пойдемте?

Она повела его в коридор, который он всегда считал тупиковым, в конце оказался еще один переход и дверь, о существовании которой он и не догадывался, нажала на кодовом замке несколько цифр, пошла дальше, ведя его через запутанный лабиринт, проходящий через правительственные здания на острове Слотсхольмен, пока Томас Бук, не потревоженный непогодой или хотя бы сквозняком, неожиданно для себя не очутился внутри дворца Кристиансборг, прямо перед кабинетом премьер-министра.

Там состоялась самая краткая в его жизни деловая встреча, она была даже короче, чем прогулка по лабиринту переходов.

Внутренний терроризм, подчеркнул Герт Грю-Эриксен, является зоной ответственности министра юстиции. Затем посмотрел на часы, упомянул о совещании с зарубежными сановниками, улыбнулся и стал ждать, когда Бук удалится.

Вернувшись в управление, Брикс проинструктировал ночную смену: обыскать прилегающую территорию, опросить всех, кто живет поблизости, проверить все камеры видеонаблюдения в микрорайоне. Поульсен был нелюдим и часто оставался один в помещении клуба, посетители у него бывали редко.