Уцелевший
Шрифт:
– Несколько дней, – беспомощно ответил Икабод.
– Мы не можем ждать так долго… Черт, а я-то думал, что ты у нас прям Билл Гейтс!
– Скорее, Стив Джобс… – поправил его Икабод и попытался выдавить улыбку. – Слушай, мне жаль, но быстрее никак: это же математика, сжатая информация, решение числовых задач… Числа – это числа, тут чудес не бывает…
Облокотившись о стол, Страйкер внимательно посмотрел на экран. В программе имелся графический слайд-бар, с помощью которого можно было выставлять нужное время. Детектив схватил мышку, отмотал назад до того момента, как двое нападавших вытащили беднягу Джокера из-под стола.
Это произошло на 362-й секунде.
Страйкер еще раз просмотрел сцену, где бандиты застрелили девочку. Она заканчивалась на 451-й секунде.
Записав эти цифры в блокнот, он вырвал листок и протянул его Икабоду.
– Сделай копию только этой части записи, мне нужен звук вот этого отрывка. Он самый важный, остальное доделаешь потом!
Икабод молча кивнул, вытирая капли пота с длинного крючковатого носа, и судорожно сглотнул, как будто у него в горле пересохло. Потом схватил еще один диск с верхней полки, вставил в дисковод и запустил копирование.
Страйкер пошел было к двери, но остановился, обернулся и посмотрел на коллегу:
– Икабод, слушай внимательно! Сообщи мне, как только все будет готово, хорошо? Сразу же! Эта запись пока что самая главная улика. Я должен выяснить, кто это такие, хотя бы понять, из этой они школы или нет. Поэтому мне нужно знать, о чем они говорят, даже если удастся разобрать всего пару слов!
– Будет сделано, шеф!
– И еще надо установить личность ребенка.
– Которого? – растерянно посмотрел на него Икабод. – Того парнишки? В костюме Джокера?
– Да нет, девочки! Тут все ясно: им нужна была она!
Глава 18
Страйкер шел по рекреации, звук его шагов громким эхом разносился по пустому вестибюлю. Детектив направлялся в столовую посмотреть на тела тех, кого ему удалось подстрелить. Живот крутило, сердце замирало в груди. Следовало этим заняться несколько часов назад, но что поделать, сегодня все не слава богу…
Не успел он дойти и до середины вестибюля, как двери центрального входа распахнулись и в школу влетела Фелиция, принеся с собой дуновение свежего холодного ветра и запах осенней листвы. Страйкер сделал глубокий вдох в надежде избавиться от запаха запекшейся крови. Этот металлический запах преследовал его повсюду – в кабинетах, коридорах, на лестнице… Даже от него самого пахло так же, собственная кожа казалась грязной и липкой. Отогнав эти мысли, он помахал Фелиции:
– Ну что, как прошло?
Она приблизилась с обиженным лицом, держа в руках стопку желтых листков, и без церемоний заявила:
– Получите – распишитесь. Наву Сангеру можешь вычеркнуть: ей прямо сейчас делают операцию по удалению аппендицита в больнице Святого Павла.
– А второй ассистент? Как его там звали… Шерман Чан!
– Пока не могу найти, – покачала головой Фелиция. – В списке его нет, учителя не в курсе.
– В каком списке?
– В этом. – Она помахала желтыми бумажками и улыбнулась. – Список пострадавших!
– Господи, Фелиция! А что тут веселого? Это же список погибших детей! – не выдержал Страйкер, но тут же осекся и протянул руку за списком. – Дай взглянуть, – попросил он.
Фелиция нехотя протянула ему бумаги. Списки жертв занимали несколько страниц. Погибшие были перечислены пофамильно, в алфавитном порядке, с указанием места обнаружения тела. Дойдя до шестой страницы с подзаголовком «Столовая», Страйкер остановился. Желудок судорожно сжался. В этой секции значились всего три девочки, но не успел он попытаться сообразить, какая из них была на видео, как Фелиция сказала:
– Шантель О’Рэйли.
– Что?! – недоуменно посмотрел на нее Страйкер.
– Та девочка, которую застрелили в углу. Ее зовут Шантель О’Рэйли.
– А ты откуда…
– Поговорила с Икабодом. Списки полные, обновили последний раз пять минут назад, только что забрала прямо у директора Майерс.
– Как там Кэролайн? – тяжело вздохнул Страйкер, продолжая листать списки. – Держится?
– Она выдержит.
– Да, а что ей еще остается? – с отсутствующим видом кивнул Страйкер.
Всего в списке погибших было двадцать человек, но его интересовали трое: Конрад Макмиллан, Тина Чоу и Шантель О’Рэйли.
Первых двоих он знал, о третьей никогда не слышал. Убийцы пришли именно за ними. Поговорив с Меган Линг, он был полностью в этом уверен. Но почему? Как они связаны между собой? Он уставился в список, отчаянно надеясь, что сейчас на него снизойдет озарение: национальность, социальный статус, возраст или класс… но нет, ничего…
Страйкер понятия не имел, кто такая Шантель О’Рэйли, но вот Конрада Макмиллана и Тину Чоу когда-то знал. Правда, это было четыре года назад, с тех пор они очень сильно изменились: Конрад учился уже в двенадцатом классе и, судя по всему, пользовался популярностью, а Тина – в десятом и, похоже, оставалась серой мышкой.
Ничего общего!
Так почему же именно эти двое?
Их должно что-то связывать… что-то прячется за всей этой дикой жестокостью, должна быть связь! Так оно всегда бывает: мы видим только верхушку айсберга, понятия не имея, что скрывается под толщей воды. Страйкер достал ручку и обвел три фамилии.
– Мы что-то упускаем… насчет этих троих…
– Джейкоб, да тут больше двадцати человек, – скрестив руки на груди, возразила Фелиция. – Уж не говоря о нескольких десятках пострадавших! Версий может быть миллион!
– Но этих троих выделили особо.
– Это всего лишь наше предположение!
Страйкер ничего не ответил, продолжая мрачно смотреть на списки. Это не просто очередное дело. Здесь речь идет о жизни детей и целых семей. Интересно, сколько родителей погибших уже обо всем знают? Будучи отцом, он прекрасно представлял, в каком отчаянии должны сейчас находиться эти люди и как тяжело сообщить им эту новость. Одна мысль об этом причиняет боль.
– За мной, – сказал он Фелиции, наконец очнувшись от тягостных размышлений.