Чтение онлайн

— Берни! — кликнула мага Витати. — Ты можешь нагнать караван и отправиться за подмогой?

— Думаю, командир уже этим озаботился, но вот что он им сказал…

— Нам нужны пара лошадей, может, другая телега или сумки, перегрузить артефакты! Не думаю, что твой командир подумал об этом! — настаивала Витати.

Жетонный маг тупо уставился на винефика, пару раз моргнул — Берни тоже очень устал, я видел это по землистому цвету его лица — после чего согласился с доводами дочери Келанда. В его же интересах было, чтобы мертвецы не добрались до имущества учителя. Потому что если эти твари приложатся к многочисленным амулетам или булаве Осиора, то мало не покажется всему региону. Был немалый шанс заиметь целую стаю быстрых, сильных и крайне опасных мертвецов. А это значит, что прощай этот короткий и относительно спокойный маршрут.

— Хорошо! Я попробую! — ответил Берни.

— Подожди! Это поможет!

Я подошел к магу и под удивленным взглядом колдуна сотворил две трехфутовые печати исцеления. Одну — Бор, вторую — Ис, которые направил на мага. Сон такое колдовство не заменит, но боль в мышцах и гул в ногах на некоторое время уйдет. Малыш Кик так и не вернулся, значит, нагонять караван Берни придется на своих двоих — легкой трусцой.

Когда ошарашенный моей силой наемник двинулся в сторону телеги с учителем, перейдя на легкий бег, больше похожий на широкий-широкий шаг, мы с Витати переглянулись.

— Надо привести в чувство твоего учителя, — сказала девушка, на ходу кладя руку мне на плечо.

— Да, его совет не помешал бы, — согласился я.

— Ага, — подтвердила винефик, — а еще нам, скорее всего, потребуется его булава.

Хотелось бы мне сказать, что мы с Витати разбили группу нежити, что я размахивал булавой учителя, разрывая на части мертвую плоть, а винефик выкачивала из мертвецов всю магию своей Вун, после чего лихо разрубала восставших покойников надвое своей тяжелой саблей.

В реальности же мы петляли по близлежащим холмам и небольшим рощам, как испуганные зайцы, и конца и края я этому не видел.

Как мы и планировали, меня увешали амулетами учителя, как ярмарочный столб украшают лентами, а на спину с помощью пары веревок приладили и булаву истигатора. Так, чтобы не била по хребту во время бега и не впивалась острыми гранями в кожу. Витати же была налегке, как мой поводырь, что выбирает дорогу.

Почему все амулеты достались именно мне? Как справедливо заметил учитель, которого винефик привела в чувство своей дикой магией, любой амулет или артефакт в руках Витати — это как пытаться отогреть руки, засунув их в раскаленные угли костра. Любой всплеск силы Вун и половина амулетов моментально придет в негодность, а что случится с булавой, учитель вообще проверять не хотел.

— Рей, придется тащить все на себе, — устало сказал Осиор, всматриваясь куда-то вперед. — И Витати права, тебе надо унести от телеги мою булаву. Она буквально пропитана магией…

Сейчас мы оба сидели на краю телеги, которая мерно катилась вперед, вслед за давно прошедшим тут караваном. Учитель пошарил за пазухой и достал какой-то небольшой кожаный мешочек с тонкими тесемками.

— Вот, возьми, — сказал поясной маг, вкладывая мешочек в мои руки. — Магией пользоваться опасно, они могут перейти во второе состояние от любого всплеска силы…

— Состояние? — переспросил я.

— Да, сорваться на бег, получить достаточно энергии, чтобы стать быстрее и сильнее, — пояснил поясной маг. — Так что особо не колдуй, понял? А тут бычьи семена, если силы тебя совсем покинут. Не больше трех штук за раз, и выждать не менее двух часов до следующей дозы, иначе сердце встанет. И только если почувствуешь, что больше не можешь идти. Ты меня услышал?

Я внимательно посмотрел на отраву в моих руках, а потом поднял глаза на наставника. Во взгляде поясного мага я увидел только одно — бесконечную тревогу. Осиор понимал, что отправляет меня на очень рискованное дело, но выбора у нас не было. Мы оба знали, что я не мог дать ему погибнуть. Я бы рискнул кем угодно, хоть самим дагерийским императором или всем Кругом разом, но только не своим учителем.

— Услышал, — коротко кивнул я. — Не больше трех семян за раз, максимум каждые два часа.

Осиор положил мне руку на плечо и прижал к себе.

— Давай, вам пора. Каждая минута на счету. Ирман дал вам перекусить?

— Да, немного вяленого мяса, — ответил я.

— Хорошо. Жуй на ходу, еда даст тебе сил, раз уж пришлось ночь не спать. Все, иди.

Поясной маг легонько хлопнул меня по спине, после чего я спрыгнул с телеги и двинул к Витати, что шла сейчас с Ирманом чуть в сторонке, давая мне поговорить с наставником с глазу на глаз.

— Ну что, готов? — спросила винефик.

Я только нервно кивнул, на прощание махнул рукой учителю и его гадкому слуге, после чего мы с Витати развернулись и пошли навстречу мертвецам.

План был простой. Приманить амулетами нежить, после чего дать крюка в сторону, чтобы увеличить разрыв между нами и телегой. Планировалось, что займет это часа три-четыре, после чего мы должны будем отправиться в сторону Трех Башен. А не потеряться нам поможет умение винефика ориентироваться по солнцу. Даже если мы заблудимся в открытом поле, всегда можно будет выйти обратно к дороге, а там — прямым ходом к пограничному форту.

Но, как это обычно и бывает, все пошло не так, как мы планировали.

Мертвецы прекрасно отреагировали на амулеты и булаву, и когда мы встали перед ними, а после начали отходить чуть в сторону, как по команде двинулись следом.

— Ну, начало положено, — сказала Витати, — а то я уж думала, руки резать придется.

— Зачем? — тупо спросил я.

Голова была, как пустой горшок. Нервное напряжение прошедшей ночи, отсутствие сна, тревоги за учителя… А впереди еще неведомо сколько часов на хвосте с мертвяками.

— Так они же кровь чуют лучше магии, — ответила винефик. — Но, видимо, обошлось. Ладно, пойдем.

С того момента прошел почти весь день. Солнце опять стало клониться к закату, а мы с Витати все шагали и шагали, надеясь выйти к фортам. Берни сказал, что караван должен был дойти уже к вечеру, то есть мы, с учетом нашего крюка, чтобы сбить со следа покойников, должны были добраться далеко за полночь.

Сейчас мы вернулись к дороге, в пыли которой четко угадывались следы многочисленных копыт и колея от колес телеги учителя. Но вот ни первых, ни вторых в пределах видимости не было. И это радовало.