Ученик
Шрифт:
Лосев махнул рукой.
– Можешь надеть. Дерись в очках.
Глеб поспешно водрузил очки на нос.
– Простите, не понял… С кем драться-то?
– А вот с ними, – Лосев указал на Толяна и Толяна Большого. – Поколотишь их, возьму на работу. Если они тебя, получишь коленом под зад. Лады?
Глеб замялся.
Стас слегка отодвинул его богатырским плечом.
– Человек поговорить пришел. Он даже форму не захватил.
Хозяин усмехнулся.
– Ну ты даешь, Станислав! Поговорить, форму не захватил…
– Подгузники не надел, – ввернул Толян, и Толян Большой услужливо хохотнул.
Глеб снял куртку и повесил на боксерский мешок.
– Уговорили. Сейчас я им наваляю.
Толяны переглянулись.
Лосев присел на сваленные в углу маты.
– Так-то лучше. Начали.
Приняв низкую стойку, Глеб поманил противников пальцем.
– А ну, парни, ходите сюда!
Толяны вновь переглянулись, пошли на него и почти синхронно сделали выпад ногой. Глеб отпрянул, налетел на табурет с бутылкой «спрайта» и с возгласом «ух, блин!» завалился на спину. Вместе с табуретом и газировкой.
Лосев хихикнул. Стас угрюмо наблюдал, прислонясь плечом к шведской стенке.
Толяны метнулись к месту падения противника, чтобы победно завершить схватку. Однако Глеб, кувырнувшись через голову, успел подняться и принять стойку. Толяны атаковали его серией прямых руками. Но удары их частью просвистели по воздуху, а частью обрушились на кожаный мешок, потому что Глеб весьма удачно споткнулся о ту же бутылку «спрайта» и, лежа на ней, проехал метра два.
Хозяин захохотал. Стас невольно улыбнулся. И оба Толяна не удержались от смеха.
Глеб в досаде вскочил и сам бросился в атаку. Прыгнув, он растопырил ноги с намерением ударить в грудь обоих противников одновременно. Задумано было неслабо. Но Толяны всего-навсего отступили в разные стороны, и Глеб, пролетев между ними, вмазался в мешок и повис на нем, раскачиваясь.
Лосев буквально скорчился от смеха. Стас, однако, перестал улыбаться, и на лице у него появилось озадаченное выражение.
А далее началось нечто невообразимое. Толяны, как угорелые, принялись гоняться за Глебом по всему залу. Глеб, что называется, волчком вертелся, постоянно обо что-то спотыкаясь и падая, затем вставал и бросался в атаку на Толянов с большим азартом, но без малейшего эффекта. И в конце концов оба охранника остановились, тяжело дыша, и в досаде уставились на хозяина. Красные щеки Толяна пылали, как помидоры с лампочкой внутри.
– Может, хватит онанизма? – предложил он, и его крутые бока ходили при этом ходуном.
– Несерьезно как-то, – поддержал напарника Толян Большой, смахивая со лба пот.
– Да ладно вам, блин, – смущенно пробормотал Глеб, поправив темные очки, удержавшиеся каким-то чудом на его носу. – Сегодня просто я не в форме.
Расправляя кимоно на кругленьком своем животе, Лосев поднялся с матраса.
– Ну-ну, не скромничай, – хохотнул он напоследок. – Я тебя беру. Пойдешь телохранителем к моей племяшке. Пятьсот баксов в месяц.
– Что-то я не понял, Виталий Петрович… – собрался возразить рыжий, но хозяин резко его оборвал:
– Не суйся! После поговорим!
Глеб переминался с ноги на ногу.
– Даже не знаю… Вообще-то, я хотел к вам лично. Мне, если честно, деньги нужны. А за пятьсот баксов, сами понимаете…
Лосев злобно сверкнул на него красновато-серыми глазами. Но вдруг опустил взгляд и с кошачьей мягкостью проговорил:
– Но ведь это лишь для начала. Ты должен себя проявить, – он взял Глеба под руку и повел в дальний угол зала. – Моей племяннице грубо угрожают. Какие-то голоса по телефону. Меня это, разумеется, беспокоит. Надеюсь, ты меня за это не осудишь.
– Виталий Петрович! – горячо откликнулся Глеб. – Какие, блин, проблемы!
– Так я и думал, спасибо. Работа, собственно, не велика. Походишь с ней месячишко, понаблюдаешь… С кем встречается, какие заводит знакомства – докладывай мне лично. Как по-твоему, справишься?
– Нет вопросов! А если наезжать кто-то будет… самому разобраться или вам звонить?
Во взгляде Лосева промелькнуло презрение, но голос сохранил доверительность:
– Действуй по обстановке. Главное, докладывай обо всем. Могу я на тебя положиться?
– А то! – молодцевато брякнул Глеб. – Но, Виталий Петрович… потом вы берете меня в свою личную охрану. И за другие деньги. Правильно я понял?
– Абсолютно, – Лосев едва сдержал смешок. – Только поезжай немедленно и приступай к работе. Племянница ждет.
– А вдруг я ей не подойду? – уточнил на всякий случай Глеб.
– С чего бы? – Лосев достал из кейса блокнот, черкнул в нем авторучкой и, вырвав страничку, протянул ее Глебу. – Здесь дашкин адрес и мой «сотовый» телефон. Докладывай обо всем.
– Железно, – пообещал Глеб. – А мой телефон есть у Толяна.
– Угу, – олигарх извлек из кармашка кейса пять стодолларовых купюр. – Вот плата за месяц вперед.
Глеб взял деньги с усмешкой.
– Не боитесь, что я просто смотаюсь с этими бабками?
Лосев усмехнулся в ответ.
– Ну, деньги-то небольшие. Да к тому же… куда ты от меня смотаешься?
– Виталий Петрович, я же пошутил!
– Пошутил, не пошутил, а скрыться от меня теперь не мечтай. Тебе, крысеныш, это просто не по силам.
Опустив глаза, Глеб спрятал в карман деньги и листок с адресом.
– Ладно, я погнал.
Лосев, усаживаясь на велотренажер, махнул рукой в сторону двери.
– Давай-давай, старайся.
Рыжий накинул на могучие плечи полотенце.
– Пошли, выведу, – буркнул он Глебу и направился к двери.
Глеб поспешил за ним, натягивая на ходу куртку.
– Эй! – крикнул ему Толян. С тебя причитается!
– Само собой! – радостно отозвался Глеб.
Когда они оказались за дверью, Стас хмуро полюбопытствовал: