Чтение онлайн

— Постарайся не баловаться, пока меня не будет, — тихо ответила ей Настя.

На невинной Марьяшкиной мордашке отразилось искреннее удивление: как можно говорить подобные вещи такой воспитанной девочке? Настя улыбнулась и погладила ее по голове.

Когда она вышла из подъезда, машина уже ждала ее у дома, шофер открыл дверцу и помог ей сесть. Ухаживают, словно за герцогиней какой-то. Настя пожала плечами, она прекрасно могла добраться и обычным городским транспортом. Лучше бы этот папаша думал о своей дочери, а не пускал пыль в глаза простым учительницам. Разумеется, ехать на машине было гораздо удобнее. Вот уже и знакомое здание показалось. Тут Насте припомнился погром, учиненный в лаборатории Дмитрия, и она непроизвольно прижала руку к губам. Появляться там снова ей совсем не хотелось. Но делать было нечего. Машина уже притормозила у подъезда. Молчаливый шофер открыл дверцу и проводил ее до двери. Охранник у входа был предупрежден, так как, увидев ее, сразу поднял трубку телефона. Появилась молоденькая секретарша, сегодня она держалась более предупредительно, чем в первый раз. Она проводила Настю в комнату, предложила кофе и, извинившись, сообщила, что Валерий Петрович освободится через несколько минут.

Сколько же они заставят ее сегодня ждать? Кофе был горячий и крепкий, кресло мягким. Вполне можно и подождать, комната была оформлена в бледно-зеленых тонах, на стене висела картина, изображавшая дождь в летнем лесу, в углу в большой кадке стояло искусственное дерево.

— Юлечка, спасибо, вы уже можете идти, я сама развлеку нашу гостью. — В комнату стремительно вошла высокая стройная женщина в коричневом платье, красиво оттенявшем ее золотистые волосы.

— Что-нибудь еще нужно, Оксана Дмитриевна?

— Нет, нет, спасибо.

Взмахнув короткой клетчатой юбочкой, Юля вышла. Оксана Дмитриевна подошла к столу, налила себе чашку кофе и села за стол.

— Пока мы одни, я хочу поговорить с вами откровенно. Сколько лет вы работаете в школе?

— Уже восемь.

— Так много? Никогда бы не подумала, вы очень молодо выглядите.

«Что-то не похоже, что мне только что сказали комплимент. Уж больно холодные глаза у этой женщины».

Оксана Дмитриевна внимательно посмотрела на Настю, как бы оценивая ее:

— Так или иначе, у вас есть опыт общения с детьми. Что вы можете сказать о девочке?

— В каком смысле? Что вас интересует? Девочка очень общительная, доброжелательная…

— Она нормальная?

— Я не понимаю вас.

Женщина досадливо поморщилась, словно в ее кофе по ошибке добавили соль.

— Ну, давайте не будем играть, не будем демонстрировать друг другу, как мы любим детей. Это совершенно не нужно. Будем откровенны, я хочу получить от вас вполне конкретный ответ. Девочка нормальная, нет ли у нее отклонений? Если есть вероятность того, что ее мать наркоманка, можно ожидать чего угодно.

— Я не понимаю, какое это имеет отношение…

— Неужели вы думаете, что отец должен возиться с неполноценным ребенком?

— Но это же его ребенок! — Настя в полной растерянности смотрела на сидящую перед ней женщину. — Разве можно вот так говорить о ребенке? Она живая, вы не можете… Ну хорошо, можете не волноваться — девочка абсолютно нормальна. Может быть, она педагогически запущена, но это поправимо, просто с ней нужно больше заниматься.

— Не смотрите на меня, словно я сказала что-то ужасное, я не люблю лицемерить. Честность нужна во всем. Это подход делового человека.

— Мои дети, мои ученики тоже не терпят лжи. Они бы сказали, что вы жестокая женщина.

Настя поставила чашку на столик и встала. Ни минуты больше она не желала находиться здесь. Оксана Дмитриевна сидела в кресле, изящно скрестив ноги, держа в руках прозрачную чашку из коричневого стекла, и маленькими глотками отпивала горячий ароматный кофе. С улыбкой она наблюдала за раскрасневшейся от возмущения Настей.

Сколько же лицемерия в этих на первый взгляд таких красивых стенах. Все эти яркие, веселые, радостные краски — просто дешевая игра на публику. Тщетная попытка прикрыть собственное бездушие и обман. Резко повернувшись, Настя пошла к выходу и столкнулась с входящим Валерием Петровичем.

— Простите, мне неожиданно позвонили, и я никак не мог отложить разговор. Оксана посвятила вас в наши трудности? Тогда поехали.

Валерий Петрович решительным жестом взял под руку слегка упирающуюся Настю и быстрым шагом направился к выходу. Настя едва поспевала за ним. Удобный момент был упущен. Разве можно высказывать свое возмущение на бегу? Нужно хотя бы остановиться и перевести дыхание.

— Я очень быстро иду? Простите. Просто мне поскорее хочется решить все вопросы.

Опять Настю усадили в уже знакомую машину. Казалось, даже шоферу передалось едва сдерживаемое нетерпение господина Елизарова. Машина резко рванулась с места и понеслась по незнакомым улицам. Прошло несколько минут, и они оказались у восьмиэтажного дома, окруженного деревьями.

— Все, приехали. Пойдемте. — Валерий Петрович открыл входную дверь и стремительно вошел в подъезд.

Недоумевающая Настя последовала за ним. Они поднялись на лифте на третий этаж и остановились перед дверью квартиры. Валерий Петрович нетерпеливо нажал на кнопку звонка.

— Никого. Значит, рабочие уже ушли. — Он порылся в кармане в поисках ключей, обнаружив связку, стал перебирать ключи. — Какой же из них? Ладно, будем пробовать все подряд.

— Вы можете сказать, куда вы меня привели?

— К себе домой, хочу показать вам квартиру и спросить совета. Ага, кажется, этот подходит.

После нескольких неудачных попыток ему наконец удалось открыть массивную дверь.

— Проходите.

— Я все-таки не понимаю, зачем вам понадобилось привозить меня сюда?

— Это что — женское кокетство? Или Оксана вам ничего не рассказала? Чем же вы тогда занимались, пока меня не было? О женщины, женщины! Ни о чем-то вы не думаете, кроме нарядов и развлечений.

— Да как вы можете так говорить? Кто вам дал право? — Настя задохнулась от возмущения.

— А что я такого сказал? Что плохого в том, что женские головы чаще всего заняты именно этими проблемами? Ну не сердитесь, я пошутил. Проходите. Это моя новая квартира. Я приобрел ее совсем недавно. Успел только получить необходимые документы, оплатить ремонт и уехал по делам. Даже и не был тут ни разу. За всем следила Оксана.

— Про которую ты забыл. И это в благодарность за все мои хлопоты, — раздался с площадки шутливый голос. У входной двери стояла Оксана Дмитриевна и с укоризной покачивала головой. — Разве так поступают заботливые мужчины?