Чтение онлайн

Май 1945 года Булач Имадутдинович встретил в Ленинграде. Его воинская часть располагалась в бывшей школе. Он в тот день заступил на дежурство. В два часа ночи началось что-то необъяснимое.

Всех разбудила оглушительная стрельба из всех видов оружия и зарево ракет. ПОБЕДА!!!

Далее служба Булача Имадутдиновича продолжалась в Таллине, и в августе 1946 года он уже приехал в Махачкалу.

Он решил поступить в педагогический институт имени С. Стальского. Фронтовиков принимали тогда без вступительных экзаменов.

Булач Имадутдинович рассказывал, что долго размышлял, на какой факультет ему поступать. Несколько дней раздумывал и, наконец, подал заявление на исторический факультет. Впоследствии, в годы своей активной трудовой деятельности, Булач Имадутдинович говорил не раз:

– Будь благословен тот день, когда я подал заявление на исторический факультет. В этом оказалось мое счастье. Все сокурсники были моложе меня, – вспоминает он. – Так как я испытывал материальные трудности, проучившись год, перешел на заочное отделение и уехал работать в селение Акуша.

Как-то, не договариваясь, встретились на городской площади Буйнакска Булач Гаджиев, Константин Макриди, Насыр Кудаев, Айланмат Татаков, Петр Бескаравайный и я.

Предметом нашего разговора стал Нагорный Дагестан.

Из рассказов Булача Имадутдиновича мы поняли, что мало знаем о нем. Было время мартовских каникул. И мы решили поехать в Лакский и Кулинский районы, чтобы познакомиться с его жителями, узнать об их обычаях и праздниках.

Булач Имадутдинович любезно согласился быть нашим гидом.

На следующий день на двух машинах мы отправились в путь. По дороге Булач останавливал машины в самых неожиданных местах и рассказывал нам интересные истории, что происходили здесь.

Часто машины окружали незнакомые нам люди из разных населенных пунктов, но они все хорошо знали Булача, его семью, потому что в походы он всегда брал своих детей и жену.

За Цудахарской тесниной расположено лакское село Куркли. Много интересного он поведал нам о селении Куркли, его жителях. Особенно интересным был рассказ о профессоре, фронтовике Магомеде Бутаеве, выходце из этого села, к сожалению, недавно ушедшем из жизни.

Булач рассказал несколько коротких рассказов из веселой книги Магомеда Бутаева «Куркли смеется». Булач Имадутдинович называл так много имен лакцев, что очень удивило нас.

В послевоенные годы стали широко известны в стране имена многих ученых-лакцев.

Советскую науку обогатили своими трудами более 80 лакцев – докторов наук. За выдающиеся открытия в области атомной физики первым дагестанцем, ставшим лауреатом Ленинской премии, доктором технических наук, стал Амир Амаев из села Унчукатль. Он – ученик выдающегося советского ученого, академика И. В. Курчатова.

Булач Имадутдинович знал хорошо имена других ученых-лакцев, которые трудятся в Москве в различных областях: М. Мамаев, Б. Хажаев, З. Магомедов, Ю. Чахтиев, А. Гусейнов, А. Джабраилов, Н. Абдуллаев, А. Мамаев, Б. Китлаев, К. Булаева, М. Якубов, Р. Беков, Г. Шовкринский, Г. Магомедов и многие другие. Всемирно известный востоковед, лауреат Госпремии М. Дандамаев, знаток более 20 восточных языков, – уроженец Кумуха. Семья Мунчаевых из Кумуха дала стране двух докторов и двух кандидатов наук.

От Кумуха в сторону Казикумухского Койсу раскинулось селение Хури. Здесь, в бывшей царской казарме, располагается больница. В эту больницу каждое лето приезжал и лечил односельчан и земляков знаменитый профессор из Баку Магомед Кажлаев – отец выдающегося композитора Мурада Кажлаева.

А вот и знаменитое селение Цовкра. «Я расскажу вам о канатоходцах, известных всему миру, Абакарове и Гаджикурбанове», – продолжал свой рассказ Булач.

В Лакии есть 2 селения Цовкра. Одно – сенное (от слова сено) Цовкра, другое – деревянное Цовкра.

Сенное Цовкра – это родина канатоходцев. Говорят, когда косят сено, над ним натягивают веревку, и первые свои движения канатоходцы делают над этим сеном.

Раньше школы в Цовкре не было, грамоте учил мулла. Он с первого взгляда невзлюбил шустрого мальчика Яраги Гаджикурбанова и при каждом удобном случае наказывал его. Даже если урок был выучен, повод для порки все равно находился. Вскоре мальчика выгнали.

После этого Яраги стал осваивать азы канатоходства. Мастерство к нему пришло не сразу, но он настойчиво, упорно шел к цели.

1935 год. Махачкала готовится к празднику 15-летия ДАССР.

В составе лакской делегации, приехавшей на торжество, были цовкринские пехлеваны – Яраги Гаджикурбанов, братья Магомед-Гусейн и Рабадан Абакаровы. Все они выступали на празднике и заняли призовые места. И осенью этого же года успешно выступили на празднике народов Северного Кавказа в Пятигорске. Яраги Гаджикурбанов стал лучшим партерным акробатом.

Во время поездки по Лакии. Справа налево: А. В. Татаков, Б. И. Гаджиев, П. А. Бескаравайный и А. Н. Давыдов

Впоследствии много лет группа Гаджикурбанова работала в Киеве, а сам Яраги впервые делает эффектное сальто на канате. Затем его группа переехала в Одессу. В ту пору Одесский цирк был знаменит на всю страну.

Памятным событием в жизни канатоходцев стала их встреча с чемпионом мира по вольной борьбе Иваном Поддубным, – продолжил свой рассказ Булач Имадутдинович.

– Ваше выступление потрясает, – сказал И. Поддубный, обращаясь к Яраги, – вы завоевали мое сердце.

Шли годы. В семье Гаджикурбановых родилось семь красавиц-дочерей. Гибкие, грациозные, они словно самой природой были созданы для выступления на канате.

Париж. 1973 год. К дагестанским канатоходцам пришел в гости известный искусствовед, знаток мирового цирка Ги Де Кар.

– Я несколько вечеров смотрю вашу программу, – сказал он, – и как человек, понимающий кое-что в цирке, могу заверить, ваш номер – самый оригинальный. Особенно восхищен вами, мадам. Вы не только прекрасная артистка, но и мужественная женщина. – С этими словами обратился Ги Де Кар к Джарият Магомедовой. В знак уважения Ги Де Кар преподнёс ей свою новую книгу с автографом: «Народной артистке Д. Магомедовой».