Чтение онлайн

– Тот человек в пансионе сказал, что после шествия гильдий. – Стиснув зубы, Джирран стал работать закаленными в горах мускулами, проталкиваясь по оживленной улице и напрочь игнорируя раздраженные взгляды. – Ярмарочная площадь внизу, у реки. Сюда.

Двигаясь вместе с людским потоком, горцы прибыли к Водным Воротам. Толпа все больше налегала и пронесла их через забитые арки за городскую стену. При виде голубого неба, не заслоненного нависающими зданиями, Джирран приободрился. Спустя несколько минут толпа резко остановилась, и свирепая нахмуренность вновь прорезала морщины меж его светлых бровей.

– Ну, что теперь? – прошипел он у плеча Кейсила.

Бормоча проклятия, Кейсил встал на цыпочки, дабы что-нибудь увидеть, но застывшая в ожидании толпа грубо стиснула обоих. Народ возбужденно гудел, пока резкий вой медных труб не потребовал тишины. Зычный голос с берега торжественно возгласил:

– Предвесна миновала; мы благодарим Халкарион за возрождение семени и зверя. Настает поствесна; мы молим Аримелин послать нам удачу и добрый совет. Помните, этот праздник посвящен Рэпонину, так пусть каждый поступает честно, не то понесет должное наказание.

Бурные крики и рукоплескания вспугнули стаю пестрых птиц с заросших ивами островков, едва видимых в широко разлившейся реке. Огромная кожаная перчатка величиной с подростка запрыгала, махая над морем голов, пока ее шест не вошел до упора в свое гнездо. Народ хлынул на ярмарочную площадь, все жаждали выгодных покупок в ярко окрашенных палатках и таращили глаза на развлечения, предлагаемые со всех сторон.

– Не желаете увидеть чудо, сударыня? А вы, отважный молодой человек? Не хотите потратить медяк, чтобы увидеть получеловека-полузверя? – Зазывала вертелся перед ярким шатром, разрисованным неправдоподобными лесными и горными пейзажами. – Причуды магии или капризы природы – решать вам! Сударь, не желаете взглянуть?

– Шевелись, мы пришли сюда делать дело, а не класть медь в кошелек какого-то шарлатана. – Джирран потянул Кейсила за руку, когда тот заколебался. – У нас нет денег, чтобы попусту глазеть на внебрачных жителей низин. – Джирран свирепо глянул на лоточника, махающего грубо вырезанными куклами в одежде из ярких лоскутков.

– Ты хоть знаешь, куда нам идти?

Кейсил посмотрел на пять уже вытоптанных дорожек, расходящихся от штандарта ярмарки. Вдоль каждой выстроились энергичные продавцы: купцы на задках телег, высоко заваленных товарами, скромные торговцы с ручными тележками и столами, крестьяне, стремящиеся сбыть свои пустяковые поделки, сработанные долгими зимними вечерами, с потертых одеял, расстеленных на сырой земле.

– Попробуем здесь, – решительно сказал Джирран, указывая на прилавки, стонущие под рулонами превосходных тканей, возле которых сновали коробейники, нахваливая ленты и кружева, бусы и пуговицы.

Горец протолкался мимо нарядно одетых женщин к более крупным, более темным палаткам, расположенным сзади. Мужчины с суровыми лицами осматривали шкуры и меха, разложенные на широких столах, едкие запахи краски и дубильных веществ перебивали зеленый аромат мятой травы.

Джирран с удовлетворением кивнул Кейсилу.

– Эй, скажи мне, что ты просишь за эти шкуры?

– А? Чево? – Тощий владелец палатки отвернулся от покупателя, приставив к оттопыренному уху ладонь, такую же дубленую, как его товары.

– Кажется, ты сказал, что лучше говоришь на их языке, чем мы с Тейриолом. – Кейсил засунул руки за кожаный ремень и сердито посмотрел на селеримца.

Джирран отчетливо повторил свой вопрос, и торговец кожами, презрительно морща длинный нос, загнул угол шкуры, чтобы показать цифры, написанные мелом на обратной стороне.

– Гляди, это в три, в пять раз больше того, что платит Дегран Безрукий в долине, – прошипел Джирран Кейсилу, тыча пальцем в цифры. Он быстро просмотрел всю груду шкур, отталкивая верхние в сторону: они соскальзывали и мешали ему. – А качество? Дрянь, да и только. С нашими шкурами не сравнить.

– Что ты говоришь? Не знаешь человеческого языка? – Худой торговец в буйволиной куртке с раздражением уперся руками в бока. – Ты покупаешь или нет?

– Где ты берешь шкуры? – спросил Джирран, смахивая с пальцев меловую пыль.

– Не твое дело.

Торговец сердито воззрился на него из-под черных бровей, но зажиточный горожанин потребовал к себе внимания взмахом звякающего кошелька и смехотворно низким предложением за рыжую с белым воловью шкуру.

– Все точно так, как я вам говорил. Добыча с одной зимней ловли, проданная здесь торговцу, принесет больше денег, чем мы получили бы за три сезона, обслуживая Деграна. – Джирран перешел к ларьку, где высились мягкие свертки скатанных мехов. – Гляди! Твоя мать не стала бы подбивать таким даже зимние сапоги для собаки. Мне бы и в голову не пришло везти его с холмов, а здесь он стоит дороже, чем Дегран платит за мех горностая!

– Это не так уж много, если нам придется терять полсезона, чтобы пешком тащиться сначала сюда, а потом обратно. – Кейсил покачал головой. – Мы согласились помочь тебе ставить ловушки зимой, пока ты помогаешь нам летом на руднике. Мы давно уже должны быть на выработках, а не торговаться с жителями низин.

Джирран не слушал его.

– Мы получим хорошую цену и потратим часть этих денег на безделушки и прихоти. Эйриз вечно обижается, что я ей ничего не покупаю. Между прочим, безделушки заткнут рот и твоей матери тоже. – Он повернулся к Кейсилу. – Иначе она начнет высматривать мужа для Тейлин: выведет ее в общество уже, возможно, в следующее Солнцестояние.

– Тейлин слишком юна, чтобы выходить замуж. – Кейсил покачал головой, но тень беспокойства омрачила его голубые глаза.

– Но она не слишком юна для помолвки, – настаивал Джирран. – Что, если ваша мать найдет семью с кучей сыновей, готовых предложить свою помощь тому, кто собирается получить приз? Кто скажет, что она не позволит им начать добычу вместо тебя или Тейриола?

– У нас есть право на те выработки до свадьбы Тейлин, и ни днем меньше, – возразил Кейсил.

– Тогда вам лучше приносить доход, чтобы умилостивить мамашу. И вам с Тейриолом обоим нужно иметь достаточно денег, чтобы свататься к девушкам с приличными землями, когда Тейлин начнет подыскивать место для своего собственного очага. Вы не заработаете их, ногтями выскребая ямы там, где жила выходит на поверхность. Хорошо было вашему отцу рубить деревья и снимать легкое олово, чтобы его плавить, но поверхностных пластов больше нет, верно? Вы должны копать глубокую руду, и вам нужно топливо. Пройдет трижды три года, прежде чем на ваших вырубках поднимется новая поросль, и вы не тронете старые леса, пока я распоряжаюсь ими. Те леса – надел Эйриз; мой долг – содержать наших детей, пользуясь их щедротами. Ты мог бы проявить немного благодарности. Я должен был сосредоточиться на деле Эйриз, а не тратить время и силы, помогая вам двоим извлечь что-нибудь из приданого Тейлин. Вам нужно проложить настоящую шахту, а это означает крепление и угольные печи, и если вы не собираетесь отдать половину доли за то, что вам нужно, вам придется все покупать. А где вы возьмете золото, если я не захочу помочь вам ради Эйриз? – Глаза Джиррана горели огнем.