Чтение онлайн

Высказался, полегчало. Итак встретил ещё раз свои двадцать лет от роду. Снова как в прошлом году и предыдущих, снова в кругу семьи. Родные, это главная ценность в моём положении, ведь ради них проживаю заново. Иной бы, на моём месте, удавку на шею и прости Господи. Мама, дедушка, бабуля, дядя и тётушка, я вас люблю! Забил холодильник дефицитами до упора, стол вышел классный - мама с бабушкой постарались. Из приглашённых пришли: Томка и пара старых корешей. О них упомяну как-нибудь потом под настроение. Встречать день рождения в декабре удобно, не успел просохнуть и Новый год на носу. Подарки, поздравления, всё как обычно, с той разницей, что поздравляют меня дважды: тогда и сейчас, но знает об этом только именинник. Парадокс времени.

Отчитаюсь по событиям. Скоро каникулы, тоже мне явление для старика, зато две радости: “Феникс” и шахеры-махеры на славном поприще спекуляции. Поставщик товара, Матти, куда-то пропал, но пусто место не бывает. В гостинице “Европейская”, на шведском столе, познакомился со шведом (ой, тавтология!), полным однофамильцем, а возможно прямым родственником того самого Ларса Олсона, что возил меня к Нобелю*. Господин Олсон поменял мне баксов на полторы тысячи рублей. Валюта ушла к Магазинеру, а прибыль приплюсовалась к объёмной пачке для выкупа будущего “Москвича”. Дед изредка встречается с военкомом, теперь рад за обоих и за себя, стариков накрепко объединили воспоминания, а я спокоен за “ближний” призыв осенью 1970 года. Водительские права получу в январе.

Сегодня выдался свободный день, решил прогуляться по родному городу. На улице меня встретил слабый морозец и недолгое солнышко. Маршрут проверенный годами, в прошлые времена я прогуливал художественную школу и пешком шёл от площади Восстания к Адмиралтейству. Не пропускал ни одного кинотеатра. Иногда умудрялся попасть на пару сеансов подряд. К девяти нужно вернуться домой, тогда я ещё считался маленьким (смотря как считать 14-15 лет). Перед фильмом заходил в магазин восточных сладостей и покупал сто грамм орехового шербета, не с арахисом, а фундуком, свежий и посему вкуснющий. В будущем таких не изготовляли, да и магазин бесследно исчез. Фильмы, по те временам отменные. Советский кинопрокат пачками вываливал на зрителя прекрасные ленты Гайдая, Рязанова, Бондарчука, Ростоцкого, а так же западные популярные картины про Фантомаса, “Три мушкетёра” и Парижские тайны”. Было из чего выбирать, однажды завернул в кинотеатр “Родина” и отсмотрел все серии “Ну, погоди!”.

Переполненный воспоминаниями, дошёл до “Галёры”. Зимой в канун Нового года, галёрка была ещё не так популярна, как в семидесятые. Но мне-то интересно. “Спикули” (спекулянты) жались по углам и бегали в торговые залы греться. Я на этом пятачке плотно обосновался в семидесятые и позже. Сейчас выхватывал из мельтешащих фигурок, нужных мне торговцев винилом. Эти обычно таскали в руках портфели или пакеты квадратного формата. Ага, есть один, подошёл.

– Братишка, ты винил меняешь?

Тут я его и узнал, да это Влад Яковлев. Меня он сразу принял за своего.Тут два ключевых слова: “винил” и обмен”, человек, далёкий от фирмы, так не спросит. Поболтали, Влад рассказал, что имеется на продажу, что интересует самого. Товар где-то держал по близости. Для меня не секрет, скорей всего в кафешке у буфетчицы на Садовой или у гардеробщика ресторана “Метрополь”. Платишь трёшку и твой бесценный винил держат у себя пока не понадобится. Эта схема позже перекинулась на шмотки, сигареты и прочий зарубежный ширпотреб. Я постоял с ним, перекурил. Сама атмосфера тех лет, тревожный дух времени и ментовских прихватов, пьянил и рождал воспоминания. Нынче я умный, товар не ношу, хватило эпизода когда прихватили два опера из ОБХСС и накрутили продажу в общественном месте, по тем законам, это потянуло на административное нарушение. Дело дошло до суда, конфисковали коллекцию импортного винила, добавили штраф и до кучи, сообщили на работу. В той жизни случилось это полгода назад, в этой ментовская операция сорвалась. На криминальны угол Гостиного Двора и улицы Бродского, я просто не пришёл. Тот случай, когда представилась возможность откорректировать историю.

И тут, как тут постовой из 27-го отделения в переулке Крылова.

– Что стоим граждане?
– и обращаясь к Владу, которым видимо был знаком, - Ты опять здесь? Документы приготовили.

Я сунул менту свой паспорт, Влад свой. Сержант сунул их в карман шинели и жестом приказал следовать за мной. Зная всю дальнейшую процедуру, я подмигнул Яковлеву и решил поставить вымогателя на место. Желательно закон соблюдать: представиться, вежливо проверить документы и отпустить.

– Товарищ сержант, можно вас на минутку.
– мягко оттеснил мента к жёлтой стенке Садовой галереи и ошарашил, - Вы из 27-го? Какого ляда срываете нам операцию? Мне писать рапорт начальнику РУВД, что постовые вмешиваются в работу КГБ центрального аппарата? Фамилия начальника подразделения?

– Капитан Егоров! Извините, товарищ…

Жёсткий императив подействовал. Перепуганному блюстителю порядка, даже в голову не пришло потребовать служебное удостоверение. КБГ - волшебная аббревиатура, действующая парализующе на мозг обывателя и младшего милицейского состава.

– Теперь верните паспорта и обходите нас стороной. Понятно изложил?

– Так точно.

Сержант козырнул и пропал. То-то же! Нынче я умный, хвост поджимать не стану, ситуация другая, господа. Вернулся к Владу и протянул паспорт.

– Что ты ему сказал, парень?

– Сунул пятёрку и послал подальше. Ну я пошёл, ещё увидимся, Влад.

Он удивлённо вылупился. Другого ответа барыга просто не понял. Да мне по фигу, Влад Яковлев, что там про меня думаешь. В будущей жизни мы крепко подружимся. Именно он, много лет спустя, первым меня встретит, когда после шестилетнего перерыва вновь обозначусь на “Галёре”, но это другая история. Сейчас мой путь лежал к ещё одному священному месту всех теневиков нашего города - Апраксину Двору. Здесь в комиссионном магазине можно приобрести многое из импортной техники и аксессуаров. В отделе полюбовался на древние образцы отечественной радиопромышленности: радиолы, магнитолы, что-то из магнитофонов, телевизоры, транзисторные приёмники и многое другое. Интересовало, то что на витрине отсутствовало напрочь. Я склонился к продавцу, отчётливо вспомнив эпизод в комиссионном из фильма “Берегись автомобиля”, и тихо так произнёс:

– Ищу ленту тип шесть, желательно две или три бобины по 250 метров. Плачу по пятёрке.

Засветил перед продавцом три голубых купюры. Тот отсканировал мою внешность, но засомневался. Пришлось поднажать:

– Да, не ссы ты, я с галёры, Влада Яковлева знаешь? Если чего из шмотья надо, обращайся, я - Дима.

Через несколько минут я убирал в авоську газетный пакет, с тремя бобинами на которых гордо красовалось надпись: магнитная лента, шосткинский химзавод “Свема”, тип 6, дата выпуска ноябрь 1969 г, цена 3 р 45 к. Радость меломана, вот вам и дефицит. Тут же выскочило в памяти, как приобрёл подобным манером радиоприёмник “Океан-201”.

Теперь мечта всей прошлой жизни: кафе “Лакомка” на Садовой при ресторане “Метрополь”. Чашка горячего шоколада и фирменное печенье. Мысль вновь посетить это притягивающее к себе заведение, пришло в голову, когда меня в “Севере” подписывал на валюту Лёва Магазинер. Ах, благодать, аромат эпохи, напиток не за маскированный под шоколад порошком какао и кругляшки, тающие во рту. Ненавижу мерзкое слово “печеньки”, пришедшее в 21 веке, здесь же маленькое печенье, привет гурманам. Так я провёл свой выходной. Раньше 1970 года не возьму дневник в руки, потерпи дорогой.

* Рассказ “Клад егеря Бута” (прим.автора).

13. Всё о “Фениксе” или чего я хочу

Когда бросаешь взгляд на прошлое, то уже не помнишь примерно половину всего произошедшего. Это настоящее мне такой особенности не оставляет - реальность дробится на мелкие и крупные события и заново выдёргивает из анналов прошлое, которое накладывается с новым мировосприятием и создаёт сюрреалистическую картину будней 1970 года. Пишу витиевато, поскольку меня денно и нощно терроризирует дежавю и неизбежность заново принимать решения.