Чтение онлайн

У дома Ронжера привязана лошадь, она меньше тех, к которым привык Таер, и легче сложена. Грива ее переплетена лентами, а упряжь из побелевшей кожи. Лошадь махнула хвостом и топнула, стараясь отогнать надоедливое насекомое.

– Значит, колдуны, убегая, нашли возможность взять с собой свои библиотеки. – Голос Форана нарушил сосредоточенность Таера. – Я сумел прихватить только две смены одежды, меч, толстый кошелек и четверых стражников, чтобы тратить его.

– Они убивали семьи, – медленно сказал Руфорт. – Библиотеки кажутся такими…

Он поискал нужное слово.

– Ничтожными, – подсказал Иелиан.

– Они не могли вынести потерю всего, – сказал Таер. Сцена прошлого мгновенно исчезла. – Если бы мне пришлось убить семью – не могу представить себе более ужасной участи, – я бы захотел сохранить что-нибудь на память, что-нибудь такое, что напоминало бы, что когда-то они жили.

– Но разве не это они принесли в жертву? – спросил Лер, остававшийся у ограды. – Мама говорит, что магия состоит из шаблонов; вместе с жизнями тех, кто тут оставался, колдуны уничтожили шаблоны повседневной жизни, все то, что делало Колосс их домом.

– Библиотекой они не пожертвовали, – сказала Ринни. – Она не часть заклинания. Может, мермори как эта библиотека.

Форан улыбнулся и сухо сказал:

– Мой дядя говорил: если колдуну придется выбирать, что спасти из горящего здания: книгу или своего единственного ребенка, он выберет…

Голос Форана неожиданно смолк, и Таер обнаружил, что смотрит снизу вверх на ветви дерева.

– Папа! – голос Ринни звучал испуганно и словно издалека.

– Со мной все в порядке, – сказал Таер, инстинктивно реагируя на страх в голосе дочери, прежде чем он сумел оценить ситуацию.

Пока не освободили его руки и ноги, он не понимал, что его держат. Он лежал на спине на улице, мальчики толпились вокруг него, и испуганное лицо Ринни выглядывало из-за плеча Лера.

– Еще один припадок? – спросил он.

Таер резко сел, но если бы Форан незаметно не поддержал его сзади, упал бы снова. Во рту у него была кровь, и он чувствовал изнутри разрез на щеке.

– Этот был тяжелый, папа, – сказал Лер. Голос его не дрожал, слез не было, но Таер видел, что Лер испуган не меньше Ринни.

– Кисел подхватил тебя, прежде чем ты упал, – сказал Тоарсен. – Но, кажется, ты ударился головой, прежде чем я подоспел.

– Спасибо, – сказал Таер, держась за плечо Форана и с его помощью вставая на колени. Не почувствовав никакого головокружения, он встал на ноги.

– Все в порядке, – сказал он, глядя в испуганные лица окружающих, и, будучи Бардом, прекрасно понял, что солгал.

– Ворон мог сам заколдовать Колосс, – говорил Ученый, отвечая на вопрос Сэры и прохаживаясь между ее скамьей и лестницей. – Но это не было бы жертвоприношением, способным связать Старших богов. Только колдуны могли принести в жертву город колдунов. Ворон направлял заклинание, а Хиннум служил его фокусом – но сила заклятия исходила от колдунов Колосса.

– Они убили тех, кого любили, – сказала Сэра, пытаясь представить, как это было. – Уничтожили все, что было им дорого. Как тебе удалось их убедить?

– Мы собрали их всех в храме Ворона и объяснили, что случилось. Они знали, что Ткач и Сталкер высвободились – никто не мог не заметить этого, вся природа пришла в смятение.

– И они не спорили?

Сэра попыталась представить себе комнату, полную Воронов, во всем согласных друг с другом. Ученый остановился у лестницы.

– Нет, – тяжело сказал он, и она услышала смерть в этом одном слове и увидела ее в его согнутых плечах. Он глубоко вздохнул, хотя она знала, что он не нуждается в дыхании. – Мы вышли из города через Университетские ворота. А потом мы принесли его в жертву.

– Но не библиотеку и не личные библиотеки колдунов, – сказала Сэра, медленно собирая воедино части, как поступает Ворон: беря факты и используя их, чтобы интуитивно заполнить недостающее. Она вспомнила, как он смотрел на Хенну, вспомнила, каким голосом он говорил о богине. И сразу вспомнила слова Таера: ему кажется, что Хенна очень стара.

– Но не богиню Ворона. Она ведь тоже планировала умереть, верно? – благоговейно прошептала Сэра. Хенна была богиней Вороном. – Закончив дело, она хотела умереть, как остальные боги.

– Я не мог этого вынести, – сказал Ученый. – Не мог вынести и ее смерть. Я любил ее.

– И что же ты сделал?

– Я отобрал у нее память. Как ты видела, она по-прежнему не помнит. Я изменил ее лицо – немного, чтобы все знавшие ее могли поверить, что она умерла. Так много колдунов погибло той ночью, а все выжившие тоже пострадали так или иначе. Она не единственная потеряла память. Многие колдуны больше никогда не могли колдовать, не владели магией, некоторые из них ослепли. Была одна, которая с тех пор не сказала ни слова.

– Изольда Молчаливая, – сказала Сэра. Он повернулся и посмотрел на нее.

– Откуда ты знаешь об Изольде? Ты из ее рода? Сэра кивнула.

Он улыбнулся, вспоминая о чем-то с удовольствием.

– Нет. Онемела не Изольда. Изольда училась под крылом Совы. У нее был звонкий голос, как хрустальная струна, звучащая на ветру. Во дни после падения Колосса нас утешали ее песни. Мы прозвали ее Молчаливой, потому что она никогда не говорила ненужных слов. – Он помолчал. – Ты не такая, как она, но своими манерами очень на нее похожа.

Сэра поджала губы.

– Не знаю, как ты это делаешь, но ты и есть Хиннум.

– Да.

Откинувшись на спинку сиденья, Сэра оценивала ситуацию. Перед ней величайший колдун Колосса, и она постарается его использовать.

– Человек состоит из души, разума и тела, – сказала Сэра. – Чтобы увидеть душу, колдун должен преодолеть преграды, блокирующие его зрение. – Она со стуком опустила книгу на стол. – Вздор, – сказала книге – и своему новому учителю – раздраженно. – Больше того, бесполезный вздор. Никаких важных подробностей, ничего, кроме собрания громкой поэтически звучащей ерунды. Я проделала все, о чем говорится в книге, и по-прежнему вижу только свой орден – а это не душа.