Чтение онлайн

Он хватает меня за плечи, заставляя вздрогнуть, и цедит сквозь стиснутые зубы:

— Так было лучше для тебя.

Я тяжело дышу.

— Конечно. Лучше для меня было разбить мое сердце. Железобетонная логика. — Закатываю глаза.

Он сжимает меня и слегка встряхивает.

— Рей, у меня не было выбора. Я пытался поступить правильно.

— Ноа, не строй из себя мученика. В твоем поступке не было ничего благородного. Ты просто струсил, и если признаешь это, возможно, я сохраню к тебе хоть немного уважения.

— Ты не понимаешь. — Он качает головой, продолжая сжимать мои плечи.

— Может, тогда объяснишь, чтобы я поняла? — спрашиваю, взглядом умоляя рассказать. Все эти годы я задавалась вопросом, что же случилось. Почему Ноа перешел от слов любви к словам, что я отвлечение. Мне нужно знать причину. Мне нужно логическое объяснение.

— Пожалуйста, скажи мне, чтобы я смогла двигаться дальше. — Глаза наполняются слезами.

Сначала он не отвечает. Мы молча смотрим друг на друга. Я вижу, как быстро поднимается и опускается его грудь.

— Прошу, скажи, — повторяю я, и по моей щеке катится слеза.

Ноа смотрит, как она медленно сползает вниз, пока я ее не утираю. Затем, как по щелчку выключателя, опускает веки и скрывает от меня все свои эмоции.

— Рей, садись на байк, — говорит он, отпустив меня.

Качаю головой и вытираю со щеки оставшуюся влагу.

— Я не…

— Садись на чертов байк, — прерывает меня Ноа. — Отвезу тебя домой. — От сдерживаемого гнева его голос напряжен.

Может этот парень испытывает те же противоречивые эмоции, что и я? Когда нахожусь к нему так близко, начинает кружиться голова. Чувства, похороненные в самом дальнем углу моей души, снова извлечены наружу. И что с ними делать, я не знаю.

Как можно хотеть поцеловать Ноа и одновременно выцарапать ему глаза? Хочу причинить ему боль за то, через что он заставил меня пройти, но также хочу любить его вечно.

А потом понимаю.

Это никогда не закончится.

О господи. Я до сих пор люблю Ноа Нолана!

ГЛАВА 12

НОА

— Рей, не заставляй меня ждать, — цежу сквозь зубы, сжимая переносицу.

Рейган резко разворачивается и шагает к моему байку. Ее длинные светлые волосы развеваются в воздухе. Иду следом, отмечая легкое покачивание ее бедер и тонкую талию. Ту самую, которую я ласкал, когда Рей, оседлав меня, насаживалась на мой член. До сих пор в памяти свежи воспоминания четырехлетней давности.

«Парень, даже не начинай».

Из седельной сумки достаю запасной шлем.

Повернувшись к Рейган, надеваю ей его на голову и начинаю затягивать ремешок.

— Я сама, — говорит она, отталкивая мои руки.

Поднимаю ладони, сдаваясь, и отступаю на шаг.

— Извини, что это не закрытый шлем. Помню, ты всегда предпочитала именно его.

— Все нормально, — говорит Рей таким тоном, словно это совсем не так. По хмурому выражению ее лица, понимаю, что она расстроена.

Убираю свой спортивный рюкзак в седельную сумку, затем опускаю темные очки, чтобы защитить глаза от яркого солнца, и застегиваю свой шлем.

— Готова? — спрашиваю, залезая на свою «девочку». Этот байк был единственной «девочкой», на которой я «катался» последнее время. Тренировки были в приоритете, а женщины обычно все только усложняют. После Рейган я не встретил достойную.

Сжимая руль, левой пяткой задвигаю подножку и кивком приглашаю Рей сесть.

Она перекидывает ногу через сиденье и, усевшись, начинает ерзать, стараясь до меня не дотрагиваться.

Завожу руку за спину и касаюсь внутренней стороны ее оголенного бедра. Не сдержавшись, Рейган ахает, и я улыбаюсь. Приятно знать, что мои прикосновения на нее действуют все также.

— Рей, возьмись за меня.

Она неуверенно обвивает мою талию. Взяв ее ладони, прижимаю их к своему животу.

— Держись крепче, — требую, заводя мотоцикл. Рейган обнимает меня сильнее, и мы выезжаем со стоянки.

Девушка сидит позади неподвижно. Если бы не крепкие объятия и тело, прижавшееся ко мне от лобка до упругих грудей, я бы и не понял, что Рей сидит за моей спиной.

Добираемся до дома ее родителей слишком быстро, и лишь только мотоцикл останавливается, Рейган мгновенно спрыгивает. На секунду спотыкается, ее ноги дрожат от езды. Придерживаю Рей за руку.

— Когда ты в последний раз сидела на байке? — задаю вопрос громко, чтобы мой голос был слышен сквозь рев мощного двигателя. Не знаю почему, но мне важно спросить об этом.

— Четыре года назад, — отвечает Рей, расстегивает ремешок и снимает шлем.

Сердце в груди начинает учащенно колотиться. Не понимаю, почему то, что моя бывшая никогда не ездила на заднем сиденье чужого мотоцикла, доставляет мне извращенное удовольствие… но так, черт возьми, и есть.

Она наклоняется, убирает шлем обратно в седельную сумку, откидывает волосы с лица и выпрямляется.

— Спасибо, что подбросил. Я ценю это.

Глазами обшариваю каждый сантиметр ее тела, жадно впитывая красоту. Поскольку завтра воскресенье, мы не встретимся до понедельника. Это не должно иметь значения. Я не видел Рейган четыре гребаных года. А теперь, через несколько недель после ее возвращения, не могу обойтись без нее ни дня. Жалкое зрелище.

Испытывая к себе отвращение, не отвечаю и, кивнув, уезжаю.

***

После долгого сна чувствую себя лучше. Шумиха в СМИ и разборки с Джимми меня измотали.

Долгий горячий душ помогает немного снять напряжение в мышцах. Также не помешает проглотить пару бутербродов и выпить протеиновый коктейль.

Сегодня вечером Гриффин — один из парней, с которыми я каждый день тренируюсь, — устраивает дома вечеринку. Хотя я не в настроении тусоваться, особенно после произошедшего прошлым вечером, но обещал заглянуть. К тому же Грифф — классный чувак и хороший друг. У меня не очень много друзей, во всяком случае, близких. Я трудно схожусь с людьми. Грифф и Ник — единственные, кто знает о моем отце и о том, почему для меня так важен предстоящий бой. Но я никогда не рассказывал парням о Рейган. Они знают, что я так и не смог забыть бывшую, но не догадываются, что Рей — она и есть.