Чтение онлайн

Только, увы, у него все не как у людей. Жена к родителям на Украину отправилась. Уже вторую неделю отсутствует. А он все один дома. Нет у него любовницы, некому согреть холодную постель.

Какие в Семиречье любовницы? Его здесь каждая собака знает. Попробуй кого снять, сразу под обстрел любопытных глаз попадешь. И такой треп поднимется… А потом, в их городке не так много свободных женщин. И если есть, то не в его честь. Рылом он не вышел. И язык у него не подвешен, как у того же Ромки Лозового, одноклассника его бывшего. Скольких девок тот попортил…

В дверь позвонили в половине десятого. Он глянул в глазок и обалдел. Роскошная блондинка, ярко раскрашенное лицо. Короткая юбка, майка до пупа, легкая джинсовая курточка нараспашку. А ножки-то, ножки…

Рука сама потянулась к замку. Щелк, и дверь открыта.

— Извините, — мило улыбнулась ему блондинка. — Здесь Иванов Антон проживает?

— Нет… То есть да…

— Значит, вы и есть Антон?..

— Да.

Он безбожно врал. А как же не врать, когда такая красотка на пороге?

— А ваша жена дома?

— Да… То есть нет… Она в командировке… э-э… В отпуске…

— Жаль, — покачала головой блондинка. — Она мне очень нужна.

— А она скоро будет! — снова соврал Леня. — Через час.

— Но она же в отпуске…

— Так дома отпуск и проводит. У подруги сейчас.

— Тогда я чуть позже зайду.

— Да вы что, какое позже?.. Посидите, подождите…

— Если вы не возражаете…

В комнате запахло весной, когда туда зашла блондинка. Она села в кресло, заложила ногу за ногу. Леня чуть не лишился рассудка. Его глаза приклеились к этим чудным ножкам, открытым по всей длине. Еще бы миллиметр, и он бы увидел трусики. А может, она не носит трусиков?.. С Леней едва не случился обморок.

— Чай будете? — делая глотательное движение, спросил он. — Или кофе?

— Лучше водочки, — обворожительно улыбнулась красотка

Бутылка водки, порезанная наспех колбаска, соленые огурчики украсили стол. В предвкушении чуда Леня, как мог, обхаживал блондинку. С каждой выпитой рюмкой его сердце радостно екало. Он надеялся споить ее. И тогда она сама упадет в его объятия. Скоро осуществится его мечта. Его временно холостяцкая постель согреется теплом чужого женского тела…

Проходило время. Но красотка не пьянела. Зато пьянел он сам. В конце концов веки начали тяжелеть. А потом Леня… сладко задремал в своем кресле.

На свою родную улицу Рома вышел в середине ночи. По звездам и луне время определил. Часов у него не было.

Пистолет он с собой из Москвы прихватил. Но по-умному сделал. Не стал его дома хранить. Хорошо смазал ствол, плотно упаковал в полиэтилен и закопал в дальнем углу огорода.

Теперь ему не надо заходить в дом. Опасность там, он это чувствовал. Да и если бы чутье сыщика у него отсутствовало, логика бы подсказала.

Его и Нырков ищет, и менты местные. Наверняка первым делом засаду в его отчем доме устроили. И теперь ждут, когда Рома в ловушку пожалует.

Только не дурак он. Был им, пока за уши не взяли. А теперь все, кончилась для Ныркова лафа. Рома за него всерьез берется.

Рома незаметно пробрался в соседский двор. И тут же носом к носу столкнулся с соседским псом. Помесь кавказской овчарки с сибирской дворняжкой. Собака огромная. Зверь.

— Мухтар! — дружески потрепал он ее по холке.

Псина лизнула его языком. Она не гавкала, не клацала зубами. Она лишь тихо и дружелюбно рычала.

Мухтару лет десять, не меньше, Рома и он друг друга хорошо знают. Не думал Рома, что когда-нибудь их дружба пригодится.

Он тихонько пробрался в соседский сад, по пути прихватил лопату. Двинулся дальше, вышел на огород. Нашел лаз в заборе и шмыг на свой участок. И к тайнику. Лег на бок и начал копать. Взгляд на дом родителей. Не зажжется ли огонек, не появится ли чья-то тень. Но все было спокойно.

Тайник вскрыт. В руках полиэтиленовый пакет. Пистолет «ПМ» с двумя обоймами. «Сбруя» с кобурой. И десять стодолларовых купюр. В хранении валюты ничего противозаконного нет. Но Рома почему-то решил спрятать эти «лишние* деньги. Мало ли что.

Впрочем, деньги его не радовали. Что он с ними будет делать в лесу? Хотя на них можно кое-чем разжиться прямо сейчас.

Рома положил деньги в карман. Затем тихонько расстелил полиэтилен на земле. Без лишнего шума разобрал пистолет, снял с деталей лишнюю смазку, тщательно протер ствол. Снова собрал. Загнал в рукоять обойму, передернул затвор. Потом натянул на себя «сбрую» поверх рубахи. Сунул в кобуру пистолет. Хорошо бы скрыть ее какой-нибудь курткой. Но у него ничего нет. Кожанка дома, а как ее достанешь?

Зато он знает место, где можно раздобыть телогрейку и сухой паек.

Ивана Дмитриевича, соседа, Рома знал хорошо. Когда-то к нему в сад за яблоками лазил, один раз чуть без ушей не остался.

Рома тихонько постучался в дверь. Даже не постучался, а поскреб по дереву. Сосед отозвался быстро. И минуты не прошло… Слишком быстро для поздней поры…

— Кто там? — как-то слишком уж бодро спросил он.

Это насторожило Рому. Инстинкт самосохранения заставил его сунуть руку в кобуру, обнажить приведенный к бою «ствол».

— Дядя Ваня, это я, Рома Лозовой…

Руку с пистолетом он прижал к правому бедру.

— Да, да, сейчас…

Послышалось лязганье засова. И к этому звуку примешался другой. Кто-то задвинул в сторону самого Ивана Дмитриевича.

Дверь открылась. В темноте веранды с трудом угадывались очертания мощной фигуры. Примерно га же комплекция, что и у соседа. Только не совсем…

— Здравствуйте, дядя Ваня! — радостно шагнул вперед Рома.

— Здоров, браток! — в ответ раздался злорадный бас.