Чтение онлайн

Брэйс заставил нас потушиться в собственном соку шесть минут пятьдесят секунд.

– Войдите!

Брэйс восседал в конце конферецстола. Руки сложены. Челюсть выпечена дальше, чем обычно. Справа сидел дрянной лейтенантик военно-морских сил, носящий на плечах медь судебного адвоката. А слева от Брэйса застыл Крысюк. Распластавшись на стуле, он выглядел омерзительно.

Круглый, серебристый узколучевик зажужжал, нацеленный на сверкающий синтестол, и появилась объемная голография.

Наша команда состояла из веснущатого обвиняемого, его начальника, то есть меня, и Говарда, как свидетеля, который лучше остальных видел случившееся.

Моментом позже рассудительный Орд, сделав вид, что занимает нейтральную позицию, проскользнул в люк, закрыв его у себя за спиной. Широким шагом прошествовал он в центр комнаты и встал, словно на параде, равноудаленный от обоих лагерей.

Брэйс прочистил горло и пронзил Брамби взглядом.

– Сержант Брамби, как командующий офицер этого судна, я рассмотрел произошедший случай. Будучи лично свидетелем происшедшего инцидента, я решил, что нет нужды проводить предварительное дознание. В самое ближайшее время будет собран генеральный военно-полевой суд, чтобы вынести обвинение.

Брэйс посмотрел на начальника военно-юридического управления, который читал что-то с экрана. Брэйс оставил в стороне конструктивное дезертирство, а решил обвинить сержанта в банальном мордобое, тем самым поставив крест на его военной карьере. Тогда Брамби до конца года сидеть на гаупвахте.

– Что скажет обвиняемый? – обратился Брэйс к Брамби.

Сержант лишь сглотнул и чуть склонил голову влево.

– Сэр, мне очень жаль, что я ударил его. Но если я признаю себя виновным и скажу, что находился под воздействием алкоголя, будет правильно?

Брэйс скривил губу.

– Какая разница? Если вы не способны отвечать прямо, пусть за вас ответит кто-то другой!

Тишина.

Брэйс вздохнул.

– В интересах справедливости, список присяжных заседателей для судебного разбирательства будет выбран не из подразделения обвиняемого, а из подразделения военнослужащего получившего оскорбление.

Другими словами, присяжные будут выбраны из единственного другого подразделения, достижимого на расстоянии в несколько миллионов километров – из Третьей дивизии Организации Объединенных Наций, тех кто преследовал нас на борту «Эскалибура». Они были опытными солдатами, вроде Орда, собранными по всему миру, а не военными сиротами вроде нас. Они уважали нас за то, что мы выжили. Солдаты Третьего тоже в какой-то мере негодовали, потому что политиканы послали ветеранов Третьей за мной и остатками дивизии, собранной из парней, у которых еще молоко на губах не обсохло.

Начальник военно-юридического управления смазано прошептал что-то, зачитывая с экрана, потом развернул экран так, чтобы Брэйс смог прочесть, что там высвечивалось.

– Предварительно дело. Обвиняемый унтерофицер [20] . По существу он может сделать выбор перед тем как будет утвержден список присяжных заседателей: будут ли они ровней вам по званию – из унтер-офицеров или из обличенных полномочиями офицеров.

Брамби повернулся ко мне, ладони влажные, подбородок вздернут.

В свое время я изучил военную систему правосудия с практической стороны, причем весьма неприятным способом. Ни майоры, ни полковники никогда не стремяться с особым рвением выполнять свой долг. Дерьмо, вроде искового заявления для присяжных, всегда падает на плечи младших офицеров. А младшие офицеры – ребята неопытные, мягкие и полные симпатий к провинившемуся. Унтер-офицеры – сержанты – приверженцы уставов. Каждый из них знает, что в исковом заявлении. Сержанты методично устремляются к уставам в поисках нужных слов для обвинения.

Я почти уже с облегчением сказал «Офицеры», когда уголком глаза заметил движение. Орд мне подмигнул. Я отлично знал его; знал, что просто так он не станет мигать, тем более при начальстве. Я внимательно посмотрел на него. Он мигнул снова. Змея, а не человек.

Орд хотел, чтобы Брамби судила группа присяжных из седых сержантов, а не вспыльчивых молодых младших лейтенантов. Разумное решение.

Я заколебался. Орг был на нашей стороне. А может нет?

Брэйс начал барабанить пальцами по синтетической поверхности стола. Жертва заворочалась в кресле. Пластыри на лице делали его похожим скорее на глубоководную рыбу, чем на крысу. Но больше всего в этот миг он походил на маленького кальмара.

– Вы согласны? – обратился ко мне Брэйс.

Неожиданно мне все стало ясно.

– Обвиняемый выбирает присяжных из унтер-офицеров.

У Брамби челюсть отвисла.

Начальник военно-юридического управления закрыл нижнюю часть лица ладонью, чтобы не видно было его улыбки.

Брэйсм от удивления поднял брови, потом кивнул. Он встал и выключил экраны.

– Очень хорошо. Дело будет представлено в суд. Предварительное слушание закончено.

Через минуту я и Брамби уже шли в сторону Страны пехоты.

– Присяжные из унтеров, сэр? – спросил он. Брови сдвинуты, веки ходят ходуном, словно дворники на переднем стекле во время ливня. – Надеюсь, вы знаете, что делаете.

Я повернулся, чтобы спросить у Орда правильно ли я понял его подмигивания, когда выбирал судьбу Брамби.

Но Орд исчез.

Судебный процесс над Брамби начался через неделю, в переоборудованной операционной, которая использовалась для вскрытия слизней погибших в бою. Здесь воняло формальдегидом. Я удивлялся, что Брэйс выбрал именно это место. Или он хотел сразу показать, что Брамби – мертвый кусок мяса. Нет, у Брэйса не хватило бы чувства юмора.

Космическая полиция – ВП [21] в версии Космических сил – несла охрану люка, как я подозревал, на тот случай, если осужденный попробует убежать в вакуум. А может для того, чтобы подавить хулиганскую вспышку солдат, которых представлял Брамби и я.

Восемь присяжных сидели по правую руку от нас. Каждый в форме сержанта класса А или ее аналоге. Однако тут не было никого в форме вооруженных сил Объединенных наций. Все носили три шеврона наверху и три внизу. Через службу записи файлов я узнал, что все они не только старшие ВСС [22] , но и тупые, как кирпичи. Свидетельский стул слева от судьи по административным правонарушениям [23] занимал полковник из Третьей дивизии, который не был юристом, но который ранее председательствовал в военном суде. Морской начальник военно-юридического управления – прокурор расположился за дюралюминиевым складным столом лицом к председательствующему офицеру. Брамби, его заранее назначенный адвокат и я сели за стол слева.