Чтение онлайн

– Вот и договорились. С другой стороны, ты всё равно не продержишься полгода. Или сама сбежишь или напортачишь так, что я от тебя избавлюсь. Может и обойдётся.

Два года напряжённой работы, фактически, пошли прахом из-за двух неизвестных придурков. Совершенно непонятным образом, они проникли в город и своими действиями, способствовали обострению и без того натянутых отношений Северных и Разинских. Последующие события разворачивались столь стремительно, что Андрей не успевал принять хоть какие-то меры дабы удержаться на плаву. Локтя, он же Локтенков Ю.А. семьдесят первого года рождения, нашли еле живым, спустя два дня после исчезновения. Тот сидел привязанным к трубам в луже засохшей крови и мочи, не мог пошевелиться и даже разговаривать. Освободив своего предводителя, Северные обнаружили, связанные за спиной и уже начинающие чернеть кисти рук. Похитители не озадачились такой мелочью, как нарушение кровообращения в конечностях и просто оставили его умирать. Лепиле, так эти выродки называли врачей, помимо оказания первой помощи, пришлось отнять бывшему положенцу обе руки выше запястья. Новость о падении Локтя мгновенно разнеслась по городу. Однако, управленческого кризиса в группировке Северных не последовало. Правая рука положенца, по кличке Зубастый, он же Соловьёв В.С. восьмидесятого года рождения, быстро объяснил всем недовольным и охочим до власти отморозкам, кто должен стоять у руля. В итоге, уже через неделю, Локоть всё-таки оказался на самом верху, он стоял на крыше центральной башни, но не один, а в связке с Разиным и ещё двумя десятками человек.

– Зубастый! Пощади! Ты же получил коды, ты получил власть, ты забрал у меня всё, даже руки! Что тебе ещё нужно? Зубастый!

Мужчина, некогда заправлявший городом, стоял обмотанный окровавленными тряпками и петлёй на шее. Левая рука отсутствовала по ключицу, правая вывернута под неестественным углом.

– Ты же не знаешь, как здесь всё устроено, пока сам разберёшься...
– увещевал Разин.
– С тобой же никто не захочет иметь дело, без меня здесь всё заглохнет!

– Не заглохнет.
– ответил синий от татуировок мужчина с кривыми, длинными зубами.

Зубастый подал знак и Разина подвели к краю площадки. Петля от его шеи тянулась к шее Локтя, придерживаемого такими же звеньями в этой цепи. Двое бывших подчинённых взяли его под руки и отделили от толпы, а остальных выстроили в шеренгу. Люди стояли плечом к плечу, но их шеи соединяли верёвки длиной не менее тридцати метров. Зубастый назвал это лотереей и даже пообещал сделать подобное представление чуть ли не еженедельным. Он подошёл к Разину и тот разрыдался. Андрей, смотрел на это действо, но не чувствовал жалости к несчастным. Уже сейчас он планировал, как будет уходить за пределы города. Разрешение от начальства на выход уже получено, все детали оговорены. Через двое суток, на севере, его будет ждать группа сопровождения, но до этого, он может не дожить. Неизвестно как скоро Соловьёв сообразит о том, что Андрей представляет угрозу, неизвестно, что вообще учудит этот скот в ближайшее время и теперь, нужно было поторопиться.

Один из двух наиболее удобных путей отхода, подорвали двое неизвестных, прихватив с собой одного из рабов. Зачем им понадобился портал в Море усопших, неизвестно. Либо они сумасшедшие, либо обыкновенные идиоты. Скорее всего именно идиоты. Второй путь, хоть и был более долгим, но менее шокирующим. Тем временем Разин закатил истерику и уже умолял Зубастого, если не о пощаде, то хотя бы о пуле в затылок, тот остался непреклонен и лично столкнул бывшего хозяина города с крыши. Цепочка людей разразилась криками ужаса и отчаяния. Разин утянул за собой Локтя, тот в свою очередь прихватил на тот свет третьего... Двадцать один человек, последовал за предводителем Разинской группировки вниз. Кому-то везло и петля, сломав шею, избавляла его от ужаса падения, а кому-то нет и он, преодолев сотни метров, разбивался о землю.

Показательная казнь округлила число жертв "переворота" до девяносто человек, поставив жирную точку в истории Разинской группировки. Решив, что делать ему здесь больше нечего, Андрей направился к лифту. Недалёк тот час, когда Зубастый решит избавиться и от него, поэтому уходить решил немедля.

Выходить за него не хотелось, но и отказаться было нельзя. Как и всякая девушка, Лиза ждала, что ей обязательно повезёт и будущий супруг будет наделён исключительно положительными чертами характера. Мысленно составив список таких черт, она сама удивилась, насколько нелепы её запросы. И всё же в этом списке не было склонности к насилию, жестокости, грубости, тяги к угнетению слабых. Леонид обладал ими в полной мере - она считала, что не мог не обладать - при этом умудрялся казаться хорошим человеком. За неделю разлуки, менее неоднозначным техник не стал. Она шла рядом с ним, пытаясь решить, чего всё-таки хотела при заключении соглашения, но так и не пришла к однозначному выводу. Будущий супруг, вёл её к пункту номер два из брошюры, дымил третьей подряд папиросой, напевая что-то про Освенцим, совершенно не переживая, хочет она чего-то или нет.

Когда же они дождались делопроизводителя, та выписала им направления на заселение в общежитие. Леонид сразу же спросил про аренду социального жилья и получил вполне простой ответ. Это оказалось возможным, но сначала хотя бы одному из них нужно было устроиться на работу, принести справку с места работы о трудоустройстве, уплатить пошлину, заключить договор, внести предоплату за три месяца вперёд... Пообещав вернуться после обеда, будущая ячейка общества отправилась заселяться. По пути к общежитию, они наткнулись на местное кредитное учреждение, называвшееся просто "Сберегательная касса". Не говоря ни слова, Леонид достал из сумки мультиинструмент, уселся на бордюр и тонкогубцами, вытащил из прорези в каблуке ботинка золотую монету.

– Одна монета уже была, десять мы отжали у того инвалида, две у нас изъяли.
– Пояснил он изумлённой Марковой.

Покинув комнату для допроса, прежде чем отправиться за очередным языком, первым делом он спрятал золото. Не потому, что не доверял Лизе. Как ни странно, ей, техник доверял практически полностью, просто сама идея с порталом на Землю только идеей на тот момент и оставалась. Если сбежать не удалось бы, то рано или поздно, деньги могли бы попытаться отобрать. И что характерно, отобрали, но только те, которые не были спрятаны.

На этот счёт имелись кое-какие соображения, о которых лучше было бы умолчать. Техник думал, что люди Осипова не собирались забирать золото и просто предпочли, а скорее всего получили приказ не находить его при обыске. От таких людей спрятать что-то практически невозможно, а две золотые монеты из карманов, присвоили гуманоиды с хоботами, не особо заморачиваясь с обыском задержанных.

– Осталось ещё девять.

– Угу, четыре...теперь уже три в каблуках, ещё три распиханы по одежде, две в желудке. Согласен, не сильно гигиенично, каждый день приходилось их выблёвывать, чтобы дальше не ушли...

– То есть ты их...а потом обратно? Фу, мерзко, это очень мерзко!

Она представила, как это выглядело и её саму чуть не стошнило.

– Да ладно. Я их водичкой из-под крана всполаскивал. Кстати, угадай, где эти две монеты сейчас и кого сегодня ждёт волшебный акт рефлекторного извержения содержимого желудка?

– Ну, Лёня!
– возмутилась Лиза уже предчувствуя приступ рвоты.

Техник расхохотался, убрал мультиинструмент в сумку, после чего буквально вломился в сберкассу и обменял монеты на ассигнации. Нельзя сказать, что процесс обмена прошёл почти без проволочек.

– Золотой Крюгеррэнд.
– ответил он на преисполненный подозрением взгляд кассира.

Неважно, что крюгеррэнд весил Троицкую унцию, а не всего девять грамм, важно было только наличие профиля на монете и то, что никто из персонала кредитного учереждения не встречался ранее ни с крюгеррэндами, ни с подобными монетами, как собственно и техник. Кассир долго вертела монету в руках, затем исчезла, вернулась с заведующим, они снова исчезли...

Судя по часам продолжалось это действо около сорока минут и техник уже хотел подсказать им способ с кислотой - других, он не знал - для проверки подлинности золота. Но в итоге, за золотую монету получил полторы тысячи уже бумажных рублей, ещё триста пятьдесят за большую часть серебряников.