Чтение онлайн

— Верность не поддается логике, — мягко сказала Мейшанг. — Это как любовь. Вы можете выбирать, к кому присоединиться. Можно держать людей на расстоянии на то время, пока думаешь, достойны ли они более близкого знакомства. Можно рассчитывать свои будущие действия, когда почувствуешь первую тягу к огню другого. — Она улыбнулась мужу. — Но иногда встречаешь человека и понимаешь, что он воплощает все добродетели, которые тебя с детства учили уважать и чтить как святыню. И ты знаешь.

Тингжэ отвел глаза, искренне надеясь, что не покраснел как школьник. Он был гораздо более молодым ученым, когда впервые встретил прекрасную юную беженку, чья каллиграфия была настолько чистой, четкой и быстрой, что обеспечила ей должность библиотечного писца. Он был моложе, но не был молодым человеком, и болезненно осознавал, сколько молодых богатых учеников с важностью павлинов расхаживали пред Мейшанг, стараясь привлечь её взгляд. И он также понимал, что является учителем университета, и ему будет совершенно неприлично создать даже видимость давления на молодую леди, служащую в том же учреждении…

Их первое письмо было как утро в день солнцестояния.

— С чисто практической точки зрения, — негромко вмешалась Амая, — Ли — очень сильный покоритель огня. И он был рядом, когда вы в нем нуждались. — Она помедлила. — И когда я лечила вас… я чувствовала, что вы сирота. Родители или умерли, или оставили вас. Не осталось никого, кто переживал бы о вашей судьбе.

— Война забрала почти всю мою семью, — горько рассказал Широнг. — И как я могу подойти к тем, кто остался, с моей-то удачей? Я не настолько жесток. Да и какое это имеет значение?

— Нам нужны кланы, — объяснила Мейшанг. — Ужасно жить без клана. Верность лорду помогает, но без семьи? Мы одни. Нам грозит опасность. Нам страшно. — Она пристально смотрела на него. — А когда вам страшно или вы злитесь… Широнг, позвольте нам помочь.

— Помочь? — осторожно переспросил агент.

— Они всё обсудили со мной, — сказала Амая. — По моему мнению целителя ран, оставленных духами… вреда не будет. И, я думаю, это может вам помочь.

— Что может? — с ещё большим подозрением спросил Широнг.

— Мама и папа хотят принять вас в семью, — выпалила Суин.

Широнг моргнул.

— Вы и так здесь живете, — прямо заявила Джия. — Вы — покоритель огня, Джинхай — покоритель огня, нам будет куда проще прятать нашу странность, если мы все будем странными.

— Джия, — вздохнула Мейшанг.

— Но это правда, — принялась защищаться Джия. — Подумай о Мине, мама! Он старается быть таким, как другие парни, но это не так. Не знаю, из-за тебя это, из-за папы или вас обоих. Знаешь, сколько других отцов учат своих дочерей покорению земли? Очень мало. А большинство мальчиков в возрасте Мина могут при желании загнать девочку в ловушку, и они знают об этом. Поэтому мы никогда не ходим с мальчиками одни. Мин вежливый. Может быть, сейчас ему кажется, что это плохо, но если он не изменится в ближайшем будущем, то умные девочки будут стучать в папину дверь в компании свах и брачных посредников. Если их родителям хватит ума дать им свое разрешение.

Широнг захихикал.

— Думаю, они уже опоздали.

Тингжэ вспомнил безэмоциональную девушку с ранеными золотыми глазами и покачал головой. «Говорят же: каков отец, таков и сын».

Если это было правдой, тогда предложение Мейшанг было куда важнее, чем он думал.

— Очевидно, это вопрос как инстинкта и чувств, так и разума, — пришел к выводу Тингжэ. — Покорителям огня нужен клан. Вы и Джинхай — покорители огня, а у вас нет семьи. Мейшанг предложила создать клан ради блага вас обоих. — Он подарил агенту кривоватую грустную улыбку. — Вы не против стать нашим младшим братом? Я потерял своего на Стене много лет назад, а Мейшанг потеряла… всех. Она понимает вашу боль.

— Создать клан, — повторил ошеломленный Широнг. — Разве это возможно?

— Мы рождены от войны так же, как от огня, — серьезно сказала Мейшанг. — Каждая образованная женщина обучена этому ритуалу на случай, если у тебя или твоего возлюбленного не останется выживших, и придется всё начинать сначала. — Она вздернула подбородок. — Хотя я внесла изменения. Мой муж от земли. Мы будем землей и огнем. Никто из моих детей никогда не будет чувствовать, что ему некуда идти. — Она подмигнула. — Обещаю, больно будет совсем чуть-чуть.

Широнг посмотрел на неё, на вино и завернутый в шелк чистый нож, лежащий возле чаш.

— Сколько времени потребуется?

— Немного. Ритуал предназначен для экстренных случаев. — Встав на ноги, Мейшанг протянула руку.

Широнг ещё долго разглядывал их обоих. Кивнул, и прошел через комнату, чтобы присоединиться к ним у алтаря.

«Ожидание тяготит», — грустно подумал Тингжэ, поморщившись, когда Мейшанг уколола его палец, дав трем каплям крови стечь в его чашу с подсоленным вином. Широнг, затем она сама, а потом она брала каждую чашу по очереди, переливая, смешивая и снова переливая до тех пор, пока никто уже не знал, где чья чаша, а воздух не наполнился густым летним ароматом винограда. Молитвы уже были написаны, две точные копии, выведенные твердой рукой Мейшанг: одна — для семейного хранения, посвященная Оме, Шу и Гуань Инь, и одна — для сожжения во славу Агни.

Пепел упал в их чаши, и Мейшанг облегченно вздохнула. Раздала чаши каждому и высоко подняла свою.

— Мой брат, мой муж — за Вэнов!

— За Вэнов! — эхом повторил Тингжэ, пытаясь подавить тошнотворное чувство, которое испытываешь, ступая с утеса в пропасть. Он делал это ради своей жены, своих детей и хорошего человека, который начинал становиться его другом. Разумеется, не было причин…

Кровь, вино и соль, и мир обрушился на него.

— …Тингжэ? — голос Мейшанг звучал на грани паники. — О, Агни, я никогда не прощу себе, если ты…

— Ой, — очень четко выговорил профессор. Поморгал и осмотрел окружившие его лица. — Что, во имя всего святого, я делаю на полу?

— Вы все выпили, я что-то почувствовала, а потом… — Подняв обернутую водой руку от его головы, Амая нахмурилась. — Как вы себя чувствуете?

Позволив Мейшанг помочь ему встать, Тингжэ задумался над этим вопросом. Он знал это чувство из покорения земли. Чувство давления, когда на тебя опираются… но вместе с тем и странное чувство силы. Поддержки. Связи.

— Как краеугольный камень в основании арки. — Вдохнув эту силу, он раскрыл руки навстречу своей семье.

Дети толпой кинулись к нему, и Тингжэ почувствовал себя целым.

«Мина здесь нет. — Он выдохнул. — Но мы найдем его».

Он открыл глаза, почувствовав прикосновение такой же горячей, как и у Джинхая, руки, но гораздо крупнее.

— Добро пожаловать домой.

Окруженный семьей, Широнг выглядел совершенно растерянным.

— Я… думаю, простого спасибо здесь мало.

— Ты среди клана, — ласково напомнила Мейшанг. — Тебе всегда здесь рады. — Она сглотнула слезы. — О, Агни, как же я скучала по этому.