Чтение онлайн

«Говорить или не говорить… Проклятье, взорвем его мозг».

— Горячая вода, — честно признался Хьёдзин, чувствуя на себе взгляд Лу-шана.

Якумэ уставился на него.

— Я так понимаю, что это на самом деле настолько странно, как Муши — э-э, простите, генерал Айро — говорил, — озадаченно продолжил Хьёдзин. — Разве никто не пытался сделать это раньше?

— Если и пытались, то точно не на глазах всего Царства Земли, — резко ответил Якумэ. — В вашей армии действует столетняя традиция уничтожения покорителей огня, демонстрирующих оригинальные техники. Даже если придется стереть с лица земли весь дом с помощью бочонка взрывной смолы.

Хьёдзин дернулся, но капитан… капитан Лу-шан не выглядел удивленным. И это… было больно.

И было что-то странное в том, как Якумэ сказал это. «Словно кто-то уже пытался сделать это раньше», — подумал Хьёдзин. Но если это было правдой, почему Айро так удивлялся?

Более того, почему Якумэ вообще разговаривал с ними на эту тему? Для парня, заявившего, что ему не нравятся люди Царства Земли, он не выказывал желания покинуть это место…

Золотые глаза встретились с созданными покорением воды зелеными, и Хьёдзин постарался не вспотеть.

— Э… куда вы несете этого ястреба?

— Я собираюсь покормить её, стражник Хьёдзин, — сухо отозвался Якумэ. — А потом капитан Джи получит небольшое взыскание за безалаберное отношение к армейской собственности.

С высоко поднятой головой он удалился.

— Это было… странно, — тихо сказал капитан Лу-шан.

«И слишком уж легко», — понял Хьёдзин. И всё равно он еле удержался от хихиканья.

Лу-шан дважды осмотрел крышу, прежде чем придвинуться к нему.

— Нет, — возразил он.

Хьёдзин широко улыбнулся.

— Нет, — с выражением недоверия на лице повторил Лу-шан. — Ни в жизнь. Он… Ома и Шу, он же подросток. Он не мог этого сделать.

Хьёдзин очень старался не смеяться.

— Капитан, вы когда-нибудь задавались вопросом, как Аватар вернул своего бизона? — Откинувшись назад, он усмехнулся. — Животное было заперто в штаб-квартире Дай Ли.

— У Дай Ли… — простонал Лу-шан.

— Пока Ли не отыскал Слепого Бандита, — уже серьезнее продолжил Хьёдзин. — Вы всё ещё думаете, что мне надо было их сдать?

Лу-шан закрыл лицо руками.

«Корабль». Хьёдзин глубоко вдохнул, внутри него всё пело от радости. «О, Агни, парень. Как тебе это удалось?»

Один корабль против всей мощи Народа Огня. Его не хватит, чтобы отвоевать Ба Синг Се при всём желании…

Но он чувствовал запах моря в ветре. И он пах свободой.

Примечание:

*Тикусё — японское ругательство, «чёрт!», «дерьмо» :D

========== Глава 31 ==========

Курс установлен, обшивка цела. Слава Агни, что им не хватило времени понаделать нам дыр, думал капитан Джи, направляясь на главную палубу. Команда вроде ведет себя нормально, пусть и немного нервничает от того, что на борту два принца.

Он не мог винить их за это. Одно дело читать в книгах по истории о силе рода Хозяина Огня, и совсем другое – увидеть собственными глазами. И то, что сделал принц Зуко помимо обычного огня… Хотя в некотором смысле то, чем он надумал заниматься сейчас, нервировало куда больше.

– Это толчок, - говорил принц, казалось, уже в третий раз. Айро держался позади, наблюдая. – Вам надо превратить огонь в нечто большее. Не делайте его горячее. Сделайте его другим. Словно тающий лед.

Судя по полным сомнений взглядам, остальные покорители огня понимали его ничуть не лучше, чем Джи. Хотя то, как лейтенант Тэруко пожевывала губу, выглядело многообещающе, и… Джи замер на месте, разглядывая изумленное выражение на лице последнего покорителя огня, которого он ожидал увидеть на лекции по огненному исцелению.

– Лейтенант Садао?

– Это… похоже на стекло, сэр, - неохотно заговорил Садао. – Когда оно холодное, то разбивается при ударе. Но если его нагреть… оно становится другим. С ним можно работать. – Он остановился, разочарованный невозможностью объяснить. – Я всё говорю неправильно…

– Идите сюда, - резко велел Зуко. – Не думайте. Просто повторяйте за мной. Я подстрахую вас, если что-то пойдет не так.

– Если что-то пойдет не так? – с сомнением спросил кто-то.

– Покорители воды опираются на ритм волн, и это безопасно, - пояснил Айро. – Мы полагаемся на ритм нашего сердца. И это… небезопасно, если сжимать слишком сильно. – Он слабо пожал плечами. – Мы дети огня. Агни дает нам многое, но безопасность не входит в число его даров. – Он кивнул Садао головой. – На самом деле, лейтенант, я бы посоветовал вам попробовать. Исцеление – это внешний огонь, а не внутренний. Вы более, чем кто-либо из нас, подходите для этой техники.

Садао заметно сглотнул, но подошел к принцу, стоявшему у бочки с огнем, и вытянул слегка дрожащие руки.

– Не волнуйтесь. Вам не требуется быть спокойным, - практично посоветовал Зуко. – Даже лучше, что вы волнуетесь. Это куда больше напоминает битву, чем вы думаете.

– Битву? – оживился Садао. – Но это же исцеление.

– Вы когда-нибудь видели, как целитель привязывает пациента к постели, взглядом усмиряет его и скармливает обезболивающее, чтобы делать свою работу? – иронично спросил Зуко. – Целителям не обязательно быть милыми. Главное - они должны думать. – Его голос стал чуть мягче. – Но сейчас нам думать не надо. Надо просто найти ритм. Для нас и огня. – Он опустил руки и вдохнул. – Делайте, как я.

О, отличная работа, генерал, подумал Джи, глядя на Айро, пока принц играл с огнем. Плавные, неторопливые движения и дыхание, пронизывающее каждое движение, когда Зуко вытянул огненный шар и изменил его. Не представляю, что вы сделали, но вы всё-таки вдолбили терпение в голову этого юноши. Агни, может, у нас ещё есть шанс…

Джи раскрыл рот, когда в огне Садао вспыхнули зеленые искры, похожие на падающие звезды. Лейтенант сглотнул и посмотрел на свои трясущиеся пустые руки.

– …Я потерял его.

– Всё хорошо. – На лице Зуко была улыбка. Маленькая, но улыбка. – Всё отлично. Я упорно тренировался неделями, прежде чем смог его сохранить, даже с помощью дяди. Это то, что надо, лейтенант!

Я никогда не сомневался, что ты сможешь.

Джи слышал эти слова так же ясно, как если бы принц произнес их. И видел влияние этих слов на Садао, в глазах которого внезапно засветилась решимость. И как слова разошлись дальше, передав каждому присутствовавшему члену экипажа чувство признанной заслуги.