Угроза Галактике

Проксима Центавра. Полковник Рязанцев

Александр Семёнович Рязанцев с тоской смотрел в окно своей каюты. Открывающийся вид вгонял его в тоску, граничащую с депрессией. До самого горизонта простиралась безжизненная каменная равнина, тут и там изрезанная длинными глубокими оврагами. Кое-где взгляд цеплялся за невысокие холмы да огромные валуны, невесть каким образом очутившиеся здесь. На этом разнообразие пейзажа заканчивалось. Царство серого камня не нарушала ни зелень травы или деревьев, ни голубизна воды. А с неба вместо белоснежных облаков и пронзительной синевы смотрели холодные звёзды. Чужие звёзды.

Планета Проксима-Бета в системе Проксима-Центавра, ближайшей к Солнцу звезды, не могла похвастаться гостеприимством. Разряженная атмосфера, не пригодная для дыхания, отсутствие воды, а следовательно, и жизни. Один камень да песок. И это несмотря на то, что по всем параметрам она считалась землеподобной и находилась в зоне обитаемости 1 .

И за каким чёртом, спрашивается, нужно было основывать тут базу?!

Рязанцев невесело хмыкнул. Ответ на свой риторический вопрос он знал.

Во-первых, несмотря на свою внешнюю неприветливость, планета оказалась богата полезными ископаемыми. Первые результаты сканирования и взятые пробы привели в полный восторг геологов, а чуть позже и в чрезмерное возбуждение министра Внеземных Природных Ресурсов. Потом, правда, всем пришлось немного успокоиться. Расчёты показали, что при существующих технологиях транспортировки и наличествующего грузового флота, способного совершать гиперпереходы, разработка месторождений на Проксима-b будет нерентабельна.

Тем не менее, застолбить планету и обозначить к ней свои экономические интересы было совершенно необходимо. Ведь наука и технологии на месте не стоят. То, что сегодня невыгодно и трудноисполнимо, уже завтра может оказаться вполне доступно.

Во-вторых, – политика! Куда ж без неё. Научно-исследовательская база Святогор, основанная на Проксима-b, стала первым человеческим поселением за пределами Солнечной Системы. Один факт её существования приносил России огромные имиджевые дивиденды. А авторитет страны в области космических исследований, межзвёздных путешествий и экспансии поднялся на недосягаемую высоту.

За это, правда, приходилось платить, и не мало. Зачастую безжалостно урезая различные статьи бюджета. Ну да ничего не поделать! Новая космическая гонка была объявлена, и извечные имперские амбиции России не позволяли ей в ней не участвовать.

Ну и в-третьих! Система Проксима-Центавра прославилась тем, что именно здесь человечество впервые столкнулось с другой разумной расой.

Та встреча оказалась неожиданной для обеих сторон. Небольшой исследовательский кораблик Европейского союза, выйдя из гипера, обнаружил почти в самом центре системы чужой звездолёт. Инопланетяне оказались гуманоидами. Назвались хайнарами. Агрессии не проявили, чего опасались люди, но и радости от встречи тоже не выказали. Всё общение свелось к нескольким сеансам связи. Обе стороны не совсем хорошо понимали друг друга, но похоже, человечество хайнар не заинтересовало. Во всяком случае, в один прекрасный момент они просто развернулись и улетели.

Позже, спустя пару месяцев, этот же корабль прилетел в Солнечную систему, чем вызвал у человечества большой переполох. Но это уже не про Проксиму-Центавру.

Вспоминать перипетии и результаты первых и на данный момент последних официальных переговоров с хайнарами, Рязанцеву не хотелось.

Важно другое, поскольку корабль пришельцев встретили именно в системе Проксима Центавра, у многих людей появилось мнение, что эта система им чем-то интересна или даже важна.

Потому развернуть здесь пост наблюдения и расставить маяки – идея вполне рациональная.

Вот собственно все основные аргументы в пользу появления базы-колонии Святогор.

Полковник отвернулся от окна-иллюминатора. Медленно прошёлся по комнате. Четыре на три метра, индивидуальный санузел и панорамное остекление во всю стену. Не так плохо. По сравнению с условиями, в которых приходилось жить рядовым сотрудникам базы – вообще, царские хоромы. И всё равно Рязанцев хандрил.

Чертовски хотелось выпить, а если уж откровенно, то попросту напиться. Увы, с алкоголем на базе было плохо.

Он клял себя последними словами за то, что формируя грузовую ведомость экспедиции по части министерства обороны, умудрился набрать вооружения и боеприпасов на небольшую войну и не удосужился включить в неё хоть один, маленький самогонный аппарат.

Идиот!

Работать он полетел. Новая звезда, новая планета, новая жизнь! Служба, приключения, интересные задачи, а в свободное время – книги и спорт. Ага, как же. Чёртов лицемерный придурок! От себя не убежишь.

Нет, первое время он справлялся неплохо. Гонял подчинённых, проводил мини учения (с учётом небольшой численности гарнизона), лично принимал участие в картографировании планеты, разрабатывал планы обороны с привязкой к местности и даже несколько раз вылетал на разведывательно-исследовательском корабле Рассвет для обследования системы и установки навигационно-отслеживающих маяков.

Но время шло, азарт угасал, а цели из важных и интересных становились просто рутинными. Командировка на Проксима-b вместе с межсистемным переходом должна была занять три земных года. Полковника хватила на полтора. Дальше пришли уныние, апатия и чёрная меланхолия, так хорошо известная по последним месяцам жизни на Земле.

Бесцельно побродив по комнате, Рязанцев рухнул на низкую, узкую койку, заложил руки за голову и уставился в серый металлический потолок.

Он, боевой офицер, десантник, прошедший две локальные войны, имеющий множество наград, в том числе и звезду Героя России, так и не смог справиться с той трагедией, унёсшей жизни его жены и пятнадцатилетней дочери. Это сломало его. Сломало так, как не смогли сломать три ранения, одна контузия и два месяца в военном госпитале. Он так и не смог оправиться. Да и как тут смочь?! Когда твои самые любимые и близкие люди в один момент погибают в нелепой, чудовищной авиакатастрофе. А ты всё ещё жив. Жив, здоров и даже не стар. Всего-то каких-то сорок шесть.

Всё потеряло смысл. Всё! Служба, карьера, награды, вверенный десантный полк. Даже Родина.

Он запил, стал пренебрегать обязанностями, перестал следить за собой. Командование некоторое время смотрело сквозь пальцы, благо многие были ему обязаны, некоторые даже жизнью. Но после того, как его полк с треском провалил очередную проверку, кредит доверия закончился. Его сняли с должности и отправили в бессрочный отпуск.

Он не расстроился. Ни капли. Собрал самое необходимое, что уместилось в небольшую спортивную сумку, и укатил на дачу. В родительский дом в глухой деревне, затерянной в лесах Кировской области. Там-то, спустя месяц, его и навестил старый армейский друг генерал-лейтенант Сергей Конев. Причём навестил не просто так, а с предложением. Именно оно и закинуло полковника Рязанцева за четыре световых года с хвостиком от дома в Кировской области, и вообще от Земли, на эту опостылевшую базу на Проксима-b.