Ух, началось!
Шрифт:
Доктор долго меня не мучил. Закончив осмотр, спокойно сказал, вытирая руки возле крана:
– Неврологические симптомы легкого сотрясения головного мозга проходят через неделю, но даже после легкого сотрясения сохраняются изменения энергетического обмена в мозге. Долго сохраняются, до года.
Валентина Петровна кивнула. Вот это выдержка! Слушает, будто сама ничего не знает, а на самом деле не далее как вчера говорила то же самое.
– Для спокойствия, как проверку на исключение трещин костей свода и основания черепа, сделайте рентген или компьютерную томографию. Для выявления отека мозга или очаговых изменений – ЭХО ЭГ, РЭГ. Чтобы исключить наличие подозрений на гематому, желательно провести МРТ. Потом принесете все мне.
Валентина Петровна вновь послушно кивнула. А ведь что-то мне уже делали, пока я лежала у нее в кабинете.
– Для уменьшения осложнений рекомендую длительный постельный режим до трех-четырех недель, как и сосудистую, противоотечную и вегетотропную терапию.
– Понятно, Виктор Николаевич.
Мы вежливо распрощались, и, когда профессор вышел, неплотно прикрыв за собой дверь, я услышала, как его поймал в коридоре и допрашивает тот самый «маньяк, который не маньяк». Что ему за забота, как я себя чувствую!
Повернувшись к своему доктору, не сдержавшись, спросила:
– Вы и так все знали, зачем он нужен был?
– Ну… самоуверенность никогда до добра не доводила. Тем более врача, – мягко ответила Валентина Петровна, переключившись на свои записи.
Я вздохнула. Ну что тут скажешь?!
Скоро Пиратик приедет. Хоть кто-то близкий рядом. Валентина Петровна уйдет – у нее куча дел, а меня пока домой не отпустят. Я уже осмотрелась в новой комнате и заметила, что выделили мне помещение из разряда «все включено». Есть ванная комната и кухня: с посудомойкой, электропечью, холодильником, с полным шкафом посуды и стиральной машинкой… и все новое. Абсолютно!
Видно, надолго меня тут закрыли.
В дверях появился «маньяк». Валентина Петровна тут же, вежливо кивнув, покинула мою комнату. Елки… Я недовольно взглянула на него. Удивительно, но шрамы, которые явно видела на его лице, почти исчезли. Остались тонкие красные ниточки – и все.
– Как самочувствие?
– Прекрасно.
Меня тревожили его темные глаза, да и улыбка тоже. Что он так на меня смотрит? Зачем это меня так не вовремя волнует, точно как в шутке: «Экономьте время – влюбляйтесь с первого взгляда»? Нет. Это точно сотрясение мозга. Растерявшись от собственных выводов, я, приподнимаясь в постели и садясь, довольно грубо спросила:
– Так что там, с объяснениями?
Но хитрый тип, медленно приблизившись, вновь увильнул от ответа.
– Доктор посоветовал отложить все тревоги на потом. А то, что я хочу сообщить, однозначно приведет к волнению! – произнес он голосом этакого ученого мужа.
Тут что-то нечисто! Голос его, придыхание, а главное, манера придвигаться ближе и ближе во время разговора. Это жутко нервировало!
– Вновь какие-то скользкие обещания? – с угрозой в голосе спросила я и подозрительно прищурилась.
– Нет, – спокойно ответил маньяк.
Терпение кончилось. И меня понесло!
– Теперь меня послушай, умник! Ты, подозрительная личность, ты меня похитил! Приволок непонятно куда, окружил неизвестно кем, еще и никаких пояснений! Не получится! Или ты вводишь меня в курс дела, или я уезжаю домой! Сейчас же!
Он, подобно мне, прищурился и, сложив руки на груди, весело ответил совсем другим тоном:
– Ты никуда не поедешь: сотрясение мозга – это не шутка! Пояснять пока я ничего не буду, это приказ врачей. А для того чтобы ты не ощущала себя обманутой, я отдам тебе свой ноутбук.
Вот нахал! Откровенно издевается! Я раздулась от возмущения.
– Не нужен мне твой ноутбук, хочу пояснений и отправки домой!
Он будто не услышал мой возмущенный рев, так как, словно что-то решая, мирно ответил:
– Так и быть, придется выделить тебе телефон. И – уговорила – лимита на звонки не будет.
Я зацепилась за эту мысль.
– А если я в полицию позвоню и расскажу, что меня похитили?
– Они помочь тебе никак не смогут, а я смогу.
– Да в чем помочь?! Ты объяснишь или нет?
– Вот об этом мы поговорим после, когда разрешит Валентина Петровна.
И быстро ушел, сославшись на дела. Нет, скорее убежал, хлопнув дверью.
Черт. Ну что делать? А вдруг он честно говорит? Разумнее выслушать или все же удрать домой? Голова от таких дум по-настоящему разболелась, и мне жутко захотелось спать.
Появилась Валентина Петровна. Незаметная как всегда, она принесла мне стаканчик с лекарствами на вечер.
– Валентина Петровна! Как вы думаете, стоит доверять…
– Федору Георгиевичу? Несомненно! Он очень ответственный и серьезный.
Имя хоть узнала, а насчет серьезности – вот никогда бы не сказала! Мне постоянно казалось, что он меня специально доводит и очень этим развлекается. Но свой сарказм я оставила при себе, уточнив:
– В смысле – ответственный?
– Я знаю его уже лет десять. Могу уверить, что он благородный, умный и честный…
Я все-таки не сдержалась:
– Всегда считала, что если встречу такой мужской идеал, скорее, поверю в собственные глюки.
Она беззаботно рассмеялась. Мне отчего-то стало легче.
– Дашенька, ты на самом деле считаешь, что положительных и порядочных мужчин не бывает?
– Наверно, бывают, но мне не встречались… Я когда-то, еще в институте, придумала шутку как раз на эту тему: «Влюбленных в море, компьютер и спиртное – не предлагать». Но, как назло, мне попадались только такие «влюбленные».
– Ничего, твоя половинка будет любить только тебя, – мягко сказала она.
– Обещаете? – пошутила я, в душе почти поверив.