Укромное место

К стойке аренды автомобилей протянулась длиннющая очередь, и я стояла в самом ее конце.

Я покинула самолет одной из первых, с чем себя уже хотела поздравить, думая, что окажусь первой и в очереди. Однако я совершенно забыла, что в аэропорт Аликанте прилетают и другие самолеты, а пассажиры других рейсов, вероятно, тоже захотят арендовать автомобиль. Теперь же складывалось ощущение, что в этой очереди толпились все, кто прилетел сегодня, и все они стояли впереди меня. Очередь двигалась со скоростью улитки.

Передо мной в очереди суетилась семья из четырех человек, их самолет прилетел почти на три часа позже заявленного времени, и они были этим крайне раздосадованы. Маленькая девочка – годика два на вид – держалась за мамину ногу, капризно хныкая, а ее брат, немногим старше, прицеливался ярко-зеленым пластиковым бластером в ожидающих своей очереди взрослых с воплями: «Попался!» каждые пару секунд. Родители изливали свое раздражение в равной мере, как на авиакомпанию, так и на службу по прокату автомобилей, спрашивая друг у друга: почему, черт возьми, нужно столько времени, чтобы просто выдать ключи? Вопрос произносился достаточно громко, чтобы его слышали все в очереди, и орда ожидающих отвечала на него одобрительными кивками, а некоторые даже бормотали под нос: «Какое неуважение!».

Парочка, чья очередь была сейчас, топталась у стойки уже минут двадцать. Если все, кто стоят передо мной, будут у стойки так же долго тупить, мне придется ждать часа два. А это значит, что я получу машину после полуночи, плюс еще минимум час, чтобы добраться до виллы Наранха. Выходит, в очереди я проведу почти столько же времени, сколько провела в полете, а то и больше. А еще я очень боялась заблудиться в чужой стране.

– Да не заблудишься ты, Джуно, – уверяла меня Пилар, когда рисовала дорогу на карте Google. – Как только выедешь на дорогу к дому, всё будет в порядке. Самое сложное – это поворот на нужную дорогу к дому, он довольно незаметный, и его легко пропустить в темноте. Но ты поймешь, что пропустила его, потому что в таком случае доедешь до Бенифлора.

– А по дороге есть отель, если я не найду дороги?

– В самом Бенифлоре отеля нет, – ответила она. – Но есть один симпатичный, в пятнадцати минутах езды от города. «Ла Игера». Маленький, но комфортный. В нем почти никогда нет свободных комнат, хотя он дорогой. Но серьезно, Джуно, ты найдешь виллу «Наранха» без проблем. Не переживай.

Не то чтобы я переживала, но, несмотря на ограниченный бюджет, мне было бы приятнее выбрать что-то шикарное и дорогое, хотя бы на одну эту ночь. Я прикинула: если тут всё слишком затянется, я всегда могу поехать в Аликанте, остановиться в первом попавшемся отеле и отложить поиск виллы до утра, когда будет светло, и все будет как-то проще и понятнее. Но как только я так подумала, то сказала себе: не будь дурой. Дорогу мне объяснили, а я вполне в состоянии найти частный дом, пусть и в темноте. Я сильная мудрая женщина, верно? Понятное дело, что в последнее время мои сила и мудрость под большим вопросом, но я же не должна быть такой… Такой… Унизительное слово, которым я собиралась назвать себя ускользнуло, когда меня ни с того ни с сего накрыло волной боли и горя, от которой я, как от настоящей волны, в прямом смысле пошатнулась. Я ахнула, извиняясь, потому что врезалась в мать семейства, которая стояла передо мной.

– Ничего-ничего, – сказала она. – Поездки ужасно выматывают, правда? Это просто нонсенс, что нам приходится торчать здесь так долго. Иногда я задумываюсь, а стоит ли отдых всей этой мороки?..

Она продолжала что-то говорить, не дожидась моего ответа, и это меня вполне устраивало: я не слышала ни одного ее слова, и в любом случае ответить бы не смогла. Горло сдавило, а в голове места хватало только для пульсирующей боли. Конечно, проблема была еще и в том, что у меня не было права на боль, не было права страдать. Однако меня скрутило, и скрутило, когда я меньше всего этого ожидала, – и не отпускало.

Сама того не желая, я снова прокрутила в голове момент, когда услышала страшную новость. Момент, когда увидела фотографию на экране – и моя жизнь перевернулась вверх тормашками. Я была совершенно неспособна остановить поток воспоминаний и картинок, наполняющих мое сознание. Все что я могла – это сдерживаться, чтобы не зарыдать.

Очередь снова сдвинулась вперед на миллиметр.

– Мы остановимся у сестры… – Голос женщины из очереди ворвался в мои мысли. – У нее есть местечко в Альтея Хайтс. Там красиво. Вид из окна на море. Уютная терраса. И личный бассейн.

– Звучит заманчиво. – Голос у меня дрогнул, но дама, кажется, не заметила.

– О, это точно, – сказала она. – Жалко, что мы не сможем поехать туда же в следующем году. Купер пойдет в школу, и теперь штрафуют за то, что увозишь детей во время семестра. Это просто нелепо. Все ведь знают, как наживаются на нас авиакомпании, когда летишь на отдых во время школьных каникул.

– Государство-нянька, как оно есть, – добавил ее муж.

Я кивнула в знак согласия. Мне, как одинокой женщине, только что справившей тридцатилетие, не было дела до школьных каникул, но я понимала их раздражение.

– А вы приехали одна, получается? – Дама посмотрела на меня, приглашая к беседе.

К моему невероятному облегчению, в этот момент на стойке аренды открылось второе окошко. Очередь разделилась, засуетилась, продвигаясь вперед, и мне не пришлось отвечать. Чтобы уж наверняка избежать необходимости вести непринужденную беседу, я достала телефон и уставилась на экран. Но я знала, что новое сообщение у меня всё то же самое, от Пилар. Она написала мне перед тем, как я села на самолет в Дублине.

Я взяла с собой две датские булки про запас. Они были размякшими и неаппетитными на вид еще до того, как я положила их в сумку, но мне было все равно. Я не хочу есть. И завтра утром тоже не захочу. Интерес к еде пропал несколько месяцев назад, вместе с шестью килограммами веса. Я знала, что не могу позволить себе потерять еще больше. Я всегда была худощавой, и такая потеря веса мне была уже не к лицу. Но то, как я выгляжу, волновало меня меньше всего.

Я листала другие сообщения, хотя ранее велела себе этого не делать. Остановилась на последнем из переписки с Бредом.

Вот, где у меня сегодня ужин. Забежал к ним ненадолго. Люблю тебя. Скучаю. Б.

Волна горя накрыла меня снова. Я стиснула зубы и сильнее сжала ручку чемодана. Она была тем единственным, что сейчас удерживало меня от падения.

Последнее продвижение вперед – и подошла моя очередь у стойки. Я указала свои данные, и мне вручили ключи от «Форда Фиесты», сотрудник сообщил, что машина находится на третьем этаже парковки. Поблагодарив его, я пошла к выходу. Семья с детьями все еще суетилась у стойки. Мальчик лупил пластиковым бластером по чемоданам, а отец ругался с сотрудником по поводу дополнительных сборов за страховку.