Улей
Шрифт:
Крейсер-перехватчик "Хищный" тем и отличался от грузопассажирского лайнера, что замечал и фиксировал любое происходящее вокруг себя событие. И он не мог упустить из виду то, что упускали капитаны кораблей, служивших привычной и почти не оказывающей сопротивления добычей Братства.
– Сэр! Заметил группу мелких судов. Имитируют движение метеоритного потока. Изучают меня, - доложил Тургаону капитан "Хищного".
– Ну что?
– спросил Тургаон, оборачиваясь к своему другу и в нетерпении сжимая и разжимая пальцы рук. Рилиот на мгновение прислушался к своему внутреннему голосу.
– Атакуем!
– Это они?
– Да, Тургаон.
– А как же девочки?
– Девочки на другом корабле. На большом и древнем. Все небольшие шхуны можно уничтожить.
– А где он, корабль-матка?
– Обнаружит себя сам. Главное - втянуть в бой как можно больше людей врага. Тургаон нервно кивнул.
– Внимание флоту!
– разнеслось по сверхбыстрой засветовой связи.
– Всем кораблям оцепить куб пространства 1239 на 7147 на 3432 на 4 на 4 на 4! Приготовиться к атаке! Внимание: это не учения! Повторяю, не учения! Противник обнаружен и вступил в бой!
И вот, ни с того ни с сего, сопровождаемый разведчиками кораблик отказался от прямолинейного маршрута и открыл по безобидным парусникам прицельный огонь на поражение. Братья бросились врассыпную, сразу же сообщив по связи дежурным "Улья", что вынуждены вступить в битву, поскольку явное преимущество в скорости на стороне Неизвестного
Едва ли, правда, то, во что они вступили, можно было назвать "битвой" - к тому моменту, когда "Улей" отозвался первыми подкреплениями, у разведчиков осталось всего три парусника. Три корабля от отряда из пятидесяти лучших из лучших...
– Сэр!
– сообщил капитан "Хищного".
– Принял бой. Кораблей противника прибывает. Замечены истребители. Прикажете продолжить или отступить?
– Продолжайте, капитан! Мы уже близко.
– Это те самые пираты, сэр?
– Вероятность: девяносто процентов.
– Значит, мы можем рассчитывать...
– Премия ваша, капитан! Уничтожьте столько этих мерзавцев, сколько сможете, и - премия ваша! Удачи!
Братья продолжали погибать. "Улей" вскипел, как настоящее потревоженное гнездо ос. Целый рой самых разнообразных кораблей от парусника до истребителя - десятки тысяч разъяренных Братьев - вырвался в темноту Галактики и набросился на одного-единственного обидчика.
– Ого!
– сказал капитан "Хищного".
– Становится жарко! Я отступаю!
– Дор!
– закричал по связи Кас, который так и не успел окончательно остыть от сражения на арене.
– Синих в тыл противника! Не давайте ему уйти!
– Не уйдет!
– заверил Дор.
– Теперь уже не уйдет!
– Он не один!
– заметил командующий разведкой Трамп.
– Что?!
– прорычал Кас.
– Вижу еще корабли!
– повторил Трамп.
– Около десятка. Два - тяжелые.
– К черту их всех! Мир принадлежит Братству!!!
На пятидесяти тысячах кораблях Братьев прозвучал яростный гордый вопль абордажников...
А новый враг уже вступал в дело. Два тяжелых крейсера открыли огонь еще издалека, поражая небольшие кораблики Братьев с безнаказанностью учебного тира
– Кто в навигационной "Улья"?
– запросил Кас.
– Я!
– отозвался голос Вика.
– Весь техперсонал здесь. Ждем Отца!
– А где Отец?
– Медитирует. Сейчас присоединится.
– Готовьте к бою "Улей"! Нужна тяжелая артиллерия!
– Понял! Уже готовы! Идем на сближение!
– Есть, сэр!
– закричал офицер на связи у Тургаона.
– Замечен гигантский корабль! Приближается к месту действия!
– Где наши основные силы?
– спросил маршал флота.
– Подходят с разных сторон. В соответствии с приказом, оцепляем куб пространства.
– По кораблю-матке не стрелять! Окружить станциями! Взять в силовой мешок!
– Пока нет возможности - слишком много небольших шхун!
– Все небольшие уничтожить!
В центр управления "Ульем" вошел Отец. Уставший, мрачный, со светящимися, как у демона, глазами.
– Что у нас?
– спросил Владыка.
– Ввязались в бой, - отозвался Вик.
– Похоже, нас здесь ждали.
– Да. Это ловушка, - согласился Отец.
– Нельзя было принимать их условия... Потери??
– Растут.
– Сколько?
– Около трех тысяч.
– А у противника?
– Всего один крейсер. Не уничтожен, но обездвижен - люди Дора высадились на корпус и блокировали двигатели.
– Где сам Дор?
– Сбит, Отец.
– Проклятье!
– Корабли противника специализированы на поражении небольших подвижных целей. Мы ничего не можем сделать.
– Вот-вот включится маскирующее поле - пусть враги шарят в темноте. Скажите всем: погибло три тысячи! Нужно отомстить за смерть Братьев! И... вводите в бой излучатели "Улья"!
– Пока не можем - попадем в своих!
– Не важно, Вик. Если не откроем огонь, погибнет еще больше!
Григ открыл глаза. Небольшая комната с белыми стенами, полумрак, тишина. Попробовал подняться - мешают какие-то провода, какие-то ремни. Дернулся сильнее - резкий приступ боли в позвоночнике, а большинство проводов срывается - появилась возможность пошевелить руками. Точнее, правой рукой - левую Григ едва ощущал.
Он сел и огляделся вокруг. Реанимационная. Саркофаги, барокамеры, роботы и ни единой живой души. Отупляющая тишина.
Болели внутренности, ребра, мышцы. Левая рука почти не работала, как и не болела - результат местной анестезии. Все голое тело - в тончайших трубочках капельниц, половину из которых Григ уже успел сорвать или повредить.
Итак, он жив. Побывал в мясорубке, но выжил. Что же теперь?
Едва лег обратно в свой саркофаг и закрыл глаза, наплыли воспоминания. Обрывки событий, разговоров, лица. Все они перепутались, вызывая головокружение и приступ тошноты - лежать дальше стало невозможно.