Чтение онлайн

Прежде, чем Проныра успел открыть рот, Деверелл обратился к Миднайт. “Также патруль может проводить вас до Перевала Желтого Змея, если конечно, вам это по пути”.

Несколько офицеров облегченно вздохнули, довольные тем, что они несли постоянную службу внутри гарнизона.

“Мы безусловно будем рады принять ваше предложение”, — произнесла Миднайт. Она еще не обсуждала дальнейший маршрут до Уотердипа со своими спутниками, но знала, что Адон и Келемвор согласятся с ее решением. Они удалились на север слишком далеко и поэтому пересечь Равнину Тан и Перевал Желтого Змея будет гораздо легче, нежели отправляться на юг, в надежде присоединиться к какому-нибудь каравану.

“Вот и хорошо”, — устало произнес Деверелл. “Я прикажу интенданту собрать необходимые вещи. Вам понадобятся горные пони, теплая одежда, запасное оружие, веревки, карта…”

* * * * *

Сайрик, укрывшись теплым плащом, примостился позади огромного валуна. По обеим сторонам от него, куда только хватало взгляда, вздымались горы, утыкаясь своими изрезанными заснеженными вершинами в серое брюхо небес. Люди Сайрика разбили лагерь на единственном ровном клочке местности, площадке из камней размером с человека, образовавшейся у основания высокого утеса. Площадка заканчивалась на вершине другого утеса с которого открывался обзор на дорогу ведущую из Хай Хорна.

В долине властвовал мягкий, прохладный бриз, приносивший с собой кисловатый запах источаемый странными невысокими растениями, едва достигавшими роста дварфа.

Рядом с Сайриком стоял Далжел.

“Костры разжигать нельзя”, — ответил Сайрик. После холодной, промозглой ночи на небосклоне вместо солнца сиял зеленый глаз. Хотя он и освещал горы зеленоватым светом, его лучи не несли с собой желанного тепла, вызывая в рядах людей Сайрика еще большее недовольство. Наконец, в середине дня облака сжалились над ними и скрыли глаз. По крайней мере день стал выглядеть таким, каким он и должен был быть.

Холод не волновал Сайрика. Хотя вода в его фляге превратилась в кусок ледышки, он чувствовал себя так, словно сидел подле потрескивающего костра. Хотя вор и не понимал истинную причину этого, он подозревал, что в этом как-то замешан его новый меч.

“Мы совсем не подготовлены для путешествия по горам”, — произнес Далжел, у которого от холода побелели нос и уши. Он перевел взгляд на запад, где сидели остальные члены отряда. “Люди замерзли и хотят есть”.

Один из зентильских солдат издал мучительный крик, который повторялся каждые несколько минут начиная с самого рассвета. Это нервировало лошадей и выводило Сайрика из состояния равновесия.

“Никаких костров”, — повторил крючконосый вор. Хотя его люди замерзали, огонь разводить было нельзя, так как от огня шел дым, а дым был виден на много миль вокруг. “Мы согреемся, когда наши разведчики заметят Миднайт и мы бросимся за ней в погоню”.

“Это мало утешает”, — ответил Далжел, потирая руки. “К тому времени половина отряда превратится в кучку замерзших трупов”.

“Да ты подумай своей головой!” — взорвался Сайрик. Он указал кончиком меча на ближайший камень. “Это мы”. Затем переместил его на несколько дюймов к востоку. “Здесь Хай Хорн. В нем пять сотен кормирцев, да еще куча патрулей блуждают в окрестностях”.

При упоминании Хай Хорна Далжел заметно вздрогнул. Предыдущей ночью они разбил лагерь в миле от крепости и конечно же на них наткнулся патруль из пятидесяти кормирцев. Потеряв нескольких людей, Сайрик был вынужден бежать в горы.

Кормирцы, путешествующие на горных пони, преследовали их почти всю ночь. Вражеский патруль отступил лишь, когда банда головорезов Сайрика устроила им засаду в узком ущелье. Оставшуюся часть ночи зентильцы потратили на поиски дороги и места для стоянки. За это время Фэйн умудрился сломать обе ноги, поскользнувшись на шатких камнях, две лошади сорвались с обрыва и половина животных захромала от постоянных ушибов. Вначале, когда Далжел только увидел кормирских пони, он лишь рассмеялся, но сейчас он бы с радостью обменял троих своих людей на дюжину низкорослых, коренастых животных.

Сайрик указал кончиком меча на точку чуть севернее их нынешнего местоположения. “Это Топи Фарси. Родина Нации Ящеров”. Он переместил меч к западу. “Даркхолд, крепость Зентиларов”.

“По крайней мере, с этого направления опасность нам не грозит”, — произнес Далжел. “Силы Даркхолда истощились из-за битв у Тантраса и Шедоудейла”.

Вновь закричал Фэйн, из-за чего заржали перепуганные лошади. Они на миг перевели взгляд в ту сторону, затем вернулись к своей беседе.

“Даркхолд не стоит сбрасывать со счета”, — отрезал Сайрик. “С уменьшением гарнизона их командир наверняка вышлет на Равнину Тан всадников для поисков новобранцев. Не думаешь, что мы первыми окажемся у них на пути?”

Далжел неохотно кивнул, — “Пожалуй, ты прав”. С этими словами из его рта вылетело облачко пара и окутало его лицо. “Мы будем привязаны к гарнизону крепости на всю оставшуюся жизнь”.

“Если только они не примут нас за дезертиров”, — добавил Сайрик.

Далжел вздрогнул. “Сражаться с кормирцами это одно, но быть подвергнутым пыткам за дезертирство это уже совсем другое”.

“Значит, особого выбора у нас нет?” — сердито рявкнул Сайрик. Внезапно им овладело страстное желание убить своего помощника. Он занес меч, но тотчас понял, что делает и остановился. Закрыв глаза, он взял себя в руки.

“Что-то не так?” — спросил Далжел.

Сайрик открыл глаза. Гнев исчез, но его место заняла жажда крови — такая сильная и зловещая, что вор едва мог подавлять ее. Это чувство принадлежало не ему, и именно это злило Сайрика еще больше.

“Пойди, проверь караул”, — буркнул крючконосый вор, чтобы заставить Далжела убраться долой с его глаз. “И дай мне знать, кода прибудут наши разведчики из Хай Хорна”.

Далжел незамедлительно подчинился, не задавая лишних вопросов. Он видел, что его командир с трудом сдерживает себя и не хотел подливать масла в огонь.

Сайрик облегченно вздохнул, затем положил меч на колени. Вместо обычной красноты клинок отливал бледным серым цветом. Им овладела жалость к оружию.

Сайрик громко рассмеялся. Вновь чувство овладевшее им — чувство жалости к мечу было — принадлежало не ему.

Вновь взвыл Фэйн, отчего по спине вора пробежала болезненная дрожь.

Убить его.

Сайрик сбросил меч с коленей и тот жалобно звякнул о камни. Эти слова в его разуме произнес легкий, женственный голос.

“Ты живой!” — прошипел Сайрик. Впервые за долгое время его уши и нос защипало от мороза.