Уроборос
Шрифт:
– Вы несправедливы к Иссею, – сказала тихо подошедшая к нам Зиновия. – Руки он наложил только на меня.
– Что?
– Что?!
– Я, наверное, не слишком хороша в японском, но разве “наложить руки” – это не “облапать”? Если так, то он тискал лишь мою грудь, а с Ириной просто целовался. Хотя, конечно, я могу только догадываться, что он вытворял с Ассией. Ассия, привет!
Зиновия! Ты не помогаешь! Бедных засранцев сейчас хватит удар!
– Привет, Зиновия, – улыбнулась Ассия. – Вы так рано ушли из дому, что мы с Исе-куном не успели даже пожелать доброго утра!
Ассия, ты думаешь, что говоришь? Неужели ты не слышишь эту гробовую тишину в классе?
– Мне вы пожелали, – раздался безэмоциональный голос Юми. – Но мне не до конца понятен смысл этого ритуала.
Каждое её слово прозвучало стуком молота, заливающего в крышку моего гроба новый гвоздь.
Класс не мог дольше сдерживаться и взорвался воплями.
Мацуда и Мотохама вновь включили зомборежим и вцепились мне в горло. И, если мне не показалось, то Мацуда даже попытался меня укусить. Инцидент был исчерпан мощным ударом учебника по голове Мацуды. Нежные изящные пальцы Айки сжали его ухо и отволокли за парту. С Мотохамой разобралась Катасе, ухватив его за ногу и утянув прочь. Обе девушки синхронно вздохнули, переглянулись, и одарили меня осуждающим взглядом. А причём здесь я?
– Класс, раз уж вы так хорошо поладили, – раздался голос учительницы, – то мы можем начинать урок.
***
Как я вообще оказался в такой ситуации? Да очень просто! Позавчера вечером я почувствовал с небольшим интервалом два призыва, после чего забрал сначала Зиновию, а затем и Ирину. У девушек почти не было вещей, так что справился я быстро. Я знал, что с Зиновией всё будет в порядке, поэтому опасался лишь за Ирину, ведь вести о смерти Бога могли слишком сильно ударить по её внутреннему миру.
Этого не произошло. Всё, что испытывала Ирина, это злость.
– Я тренировалась с детства! Верила их словам, посвятила Церкви всю жизнь! А что взамен? Они вышвырнули меня, потому что я узнала их грязный секрет? Назвали еретиком! Облили меня грязью!
– Прямо как Ассию? – невинно спросил я.
– Исе, заткнись!
– И что теперь? Поедешь к папе? Он где-то тут, в Англии?
– Я бы предпочла сменить обстановку. Тем более, ты что-то говорил об Михаэле-сама?
– Да, но придётся подождать, пока систему не доведут до ума, а это пара месяцев. К тому же, сначала будет мирный договор. Михаэль-сан там будет тоже, как и Азазель-сенсей и двое Сатан.
– Ну тогда чего мы ждём? В Японию!
И через минуту Ирина присоединилась к Зиновии у меня в гостиной. Мы сидели втроём и пили чай, поданный надменно выглядящими горничными, Калаванэ и Райнар словно распирало от самодовольства. Ирина и Зиновия виновато мялись и чувствовали себя неловко. Как я их понимаю, такой удар кого угодно выбьет из колеи.
– Не расстраивайтесь, – попытался я их утешить. – Пусть вы больше и не связаны с Церковью, но тут вам будут всегда рады!
Девушки переглянулись. Первой заговорила Ирина.
– Но мы расстроены совсем не этим!
– Да? А чем?
– Ты позвал нас в гости, мы будем учиться в твоей школе, верно?
– Да, конечно!
– Но при этом мы обе висим на шее у твоих родителей!
– Моих родителей нет.
– О Исе, соболезную! Неужели Кокабиэль смог…
– Нет-нет-нет! Они уехали в отпуск на пару лет.
– Понятно. Но дело не в том. С сегодняшнего дня живём в твоём доме за твой счёт. Ты нас кормишь и даёшь кров.
– Конечно, и в чём проблема?
– Мы – иждивенки, – прямо сказала Зиновия.
– У нас совершенно нет денег, даже чтобы купить продукты и что-то приготовить! Даже одежда – только та, что надета сейчас. Мы бесполезны!
– Можно попробовать заработать. Старые трюки с мечами всегда срабатывают.
– Зиновия, у нас даже нет мечей.
– У меня есть.
– Но ты не можешь потешать людей Дюрандалем.
– Да? Тогда не знаю.
– Успокойтесь-успокойтесь! Деньги у меня есть! Я вас всем обеспечу!
Зиновия встала, скинула свою белую церковную мантию, оставшись только в боевом костюме экзорциста. Она что, получила новый после той заварушки? Я уже говорил, как обожаю этот фасон? Но она на этом не остановилась, потянулась к застёжкам и начала их расстёгивать.
– Что ты делаешь? – воскликнули мы хором.
– Я становлюсь иждивенкой, ты меня всем обеспечиваешь. Я про такое читала. Не значит ли это, что я теперь твоя любовница и должна ублажать тебя разными невообразимыми способами, а ты на меня накидываться, словно дикий зверь?
Мысли роились в моей голове, кровь толчками пульсировала в ушах. Это было немыслимо! Немыслимо прекрасно! Именно то, что делает услышать каждый парень!
– Ирина, а ты чего сидишь? Таковы порядки.
Ирина вскочила и начала стаскивать балахон.
– Церковь такое запрещает, но мы уже не принадлежим церкви. Я на такое никогда бы не пошла, но если это Исе-кун, тогда можно!
Скрытые внутри меня порядочный парень, рыцарь без страха и упрёка, и благородный дракон требовали их остановить. Но маленькое подлое чувство, гнездящееся в глубинах сознания, не давало сказать ни слова. Предложение этих красоток настолько манило, настолько будоражило! Я не должен пользоваться их беспомощностью! Не должен! Но не могу себя сдержать, так что воспользуюсь их беззащитностью в полной мере. Так что я дождался, пока их костюмы не окажутся расстёгнуты, а сиськи не предстанут во всём своём великолепии, и только тогда позволил совести взять верх.
– Не стоит, – остановил их я. – Если вы не хотите быть иждивенками, то есть прекрасный способ с лихвой всё отработать.
– Вот как? – удивилась Зиновия. – Способ? Мне приходит в голову только один.
– И что это за способ? – мне показалось, или в голос Ирины скользнуло разочарование?
Я ещё раз полюбовался их сиськами и сказал:
– Пусть вас и изгнали, но вы всё равно остаётесь прекрасными бойцами.
– А разве в битве тебе нужна помощь?
– Помощь мне нужна в тренировке фамильяра. Я могу на вас рассчитывать?