Уровень 1. Драконы солнца

Вечером накануне отъезда Ланс спустился в поселок. Он всегда был общителен, друзей у него везде было много, но в поселок к деревенским он спускался нечасто. Предпочитал проводить время с приятелями из призамкового городка и на побережье у озера. А вниз спустился в дом кузнеца. Прежде, чем уехать, Ланс хотел забрать шпагу, которая, как сообщил управляющий замком, уже была готова. На самом деле это была декоративная шпага, переделанная из учебной: не заточенный узкий клинок, витой эфес из позолоченной филиграни, гарда инкрустирована желтыми глазками полированной яшмы. Почти игрушка, а не оружие, но Ланс надеялся, что она произведет впечатление на девчонок во время прощальной вечеринки. "Отвальную" Ланс назначил сегодня на девять вечера. Вообще-то он часто ездил с отцом в путешествия, но так надолго еще ни разу. Поэтому было вполне уместно попрощаться с замком и с друзьями. Плохо что ли, когда есть лишний повод для гулянки?

Итак, поскольку завтра Ланс мог оказаться не в состоянии думать о шпаге или чем-либо еще, он решил, что забрать заказ у кузнеца надо сегодня. Он спустился по вьющейся мощеной дорожке с холма, на котором стоял Драконий замок, а потом и с другого холма от дома кузнеца к самой кузнице. Соседи сказали, что кузнец там, работает. Дым из труб и огонь в печи под навесом говорили о том же. Ланс сам никогда не работал, поэтому стремление все свое время, даже вечер субботы, проводить за работой было ему непонятно. Впрочем, кузнец вообще был странный малый. Парень немного старше Ланса, он жил на краю поселка у реки один с тех пор, как его мать утонула в прошлом году, перевернувшись на лодке среди озера во время шторма. Она была рыбачкой, Ланс помнил ее: красивая высокая женщина, но какая-то молчаливая. Встречая Ланса или его мать, она кланялась и спешила уйти. Матери она не очень нравилась. Почему, Ланс так и не успел спросить. Когда мать жила здесь, на острове Холмов, они больше ругались, чем разговаривали, а теперь, когда переехала в городской дом в Озерополисе, меняя кавалеров одного за другим, они тем более редко общались. Не досуг было поговорить о важном, а уж об отношениях с деревенскими тем более. Хотя, честно говоря, Ланс не сильно-то огорчался. Свобода, предоставленная ему разведенными родителями, каждый из которых жил от него отдельно, его более чем устраивала.

Войдя под навес кузни, Ланс услышал мерное постукивание молота. Кузнец, кажется, его звали Арт, ковал заготовки для грабель. Несколько готовых уже лежало в корыте с водой и остывало. Стоя лицом к печи и раздувая меха, кузнец не видел посетителя. Его натруженная спина, перехваченная на поясе завязками кожаного фартука, блестела от пота. От природы кузнец был щупленьким, но физический труд сделал его жилистым и крепким. Ланс много времени проводил в гимнастическом зале, чтобы накачать мускулы. Глядя на Арта, он не без зависти подумал, что тренировками такую мускулатуру не разовьешь.

– А, барчук из замка, - сказал Арт, обернувшись, когда Ланс кашлянул, чтобы привлечь его внимание.

– Правильно - молодой барон, - строго поправил Ланс, стараясь принять внушительный вид, подобающий сыну барона Утера, хозяина здешних мест.

Получилось неплохо. Правда, то, что каждая дворняжка на побережье знала, какой он разгильдяй и охламон, несколько портило эффект. Поэтому, наверное, Арт не особо впечатлился.

– Ага, - безразлично кивнул кузнец и вытер руки и лицо висящим неподалеку чумазым полотенцем, - Заказ в доме. Оплата как договорились?

– Естественно, - Ланс потряс кожаным мешочком с серебром.

Денежные вопросы его мало интересовали. Все его прихоти, в пределах разумного, конечно, оплачивали родители. Иногда мать, читая при этом нотации. Но чаще отец. Утер видел в сыне себя в молодости - энергичного, жизнерадостного, предприимчивого, поэтому часто был щедр в финансовом отношении и смотрел сквозь пальцы на шалости и проделки. Ланс и кузнец поднялись по склону холма обратно к дому, и Ланс подождал в горнице, пока кузнец вынесет ему завернутую в кусок черного сукна шпагу. Получив заказ, Ланс вышел на крыльцо, чтобы получше разглядеть работу. Она впечатляла. Переплетения на эфесе были затейливы и безупречны. Тонкий полированный клинок сверкнул как настоящий. Ланс восхищенно присвистнул. Осталось заказать хорошие ножны и можно смело пижонить перед девчонками. Прокручивая в голове перспективы применения столь гламурного оружия, Ланс сделал несколько выпадов, атакуя воображаемого противника. Кузнец хмуро наблюдал за ним, видимо, горя нетерпением опять вернуться к работе.

– Довольны?
– проворчал он.

– Супер, - Ланс бросил ему кошелек с деньгами за шпагу и вдруг уловил в воздухе странные колебания.

Легкие волны движения прокатывались где-то совсем рядом, или где-то очень далеко. Кузнец уже хотел возвратиться в кузницу, но остановился, оперевшись ладонями на перила крыльца, и поднял голову кверху. Ланс последовал его примеру и увидел в небе над холмами и покрывавшим их лесом движущиеся черные точки. Они виднелись вдалеке, построившись клином, летели с востока на юг. Ланс насчитал их пять или шесть - садящееся солнце не позволяло разглядеть точнее. Полет странного клина сопровождали едва уловимые воздушные колебания и размеренный негромкий гул, похожий на стук большого маятника.

– Драконы, - сказал кузнец, щуря глаза на солнце, - Они далеко, а то ветер от их крыльев сбивал бы с ног.

Слушая его, Ланс замер от изумления. Он знал, что кузнец говорит правду, но все равно с трудом верил увиденному. Драконы были у него перед глазами всю жизнь. Их позолоченные фигурки вертелись на ветру, прикрепленные к шпилям замка. Деревянная резьба с их изображениями украшала балясины на перилах каждого деревенского дома. Упитанных пряничных дракончиков, посыпанных пудрой, продавали в каждой кондитерской лавке на Праздник урожая и Новый год. Но настоящих драконов, пусть даже издали, Ланс увидел впервые. Ему стало жутко, сдавило горло, но оторвать взгляд от черных точек на бледнеющем вечернем небе не было никаких сил. Наверное, что-то подобное чувствовал и кузнец. Он тоже стоял, уставившись вдаль над лесом и башнями замка. Драконы помаячили еще какое-то время и растаяли в спускающихся сумерках. Но Лансу показалось, что они оставили в небе светящийся след.

– Откуда они здесь взялись?
– спросил он одними губами, забыв, что кузнец ему не нравится и разговаривать с ним далее он не намерен.

– Полетели к своему Серебряному озеру, - также тихо ответил Арт, провожая глазами исчезнувший драконий клин, - Повезло нам, краем прошли.

Как и предполагал Ланс, на утро болела голова. Хорошо, что Моника и еще одна служанка с вечера собрали вещи в большой рюкзак. Досадуя на привычку некоторых несознательных и безжалостных личностей просыпаться засветло, Ланс закинул этот рюкзак на плечо и спустился по ступеням замковой галереи через двор к драккарной площадке. Там был причален новый драккар отца - чудо красоты, образец быстроходности. Забыв про тяжелую голову, Ланс поставил рюкзак на землю и залюбовался плавными обводами корпуса, изяществом отделки палубных надстроек. Прогулочное воздушное суденышко было всего лишь двухмачтовым, но благодаря большому количеству дополнительных парусов, новой модели солнечного генератора и трем мощным винтам могло развивать скорость до двенадцати с половиной узлов в час. А уж выглядело шикарно, всем на зависть. Ланс пожалел, что они отчаливают так рано. Здорово было бы покрасоваться перед компанией на такой классной посудине, пролететь мимо пляжа над озером на всех парусах. Погода, судя по чистому небу, обещала быть ясной. Если ветер будет несильным и попутным, отец наверняка позволит ему встать к штурвалу. Обычно Утер не брал с собой в путешествия команду. Он предпочитал самостоятельно управлять драккаром и научил этому сына.

– Ну, что, герой, готов к новым свершениям?
– стоило подумать об отце, как он показался на палубе у борта.

Ланс улыбнулся. Утер в своей дорожной одежде, черных ботфортах до колена, видавшей виды кожаной безрукавке, с охотничьим ножом у пояса и подзорной трубой в футляре, висящем на широком ремне через плечо, выглядел настоящим бывалым путешественником. Даже пиратом. Ланс никогда их не встречал, только слышал всякие устрашающие рассказы о них, но был уверен в глубине души, что на палубе пиратского корабля барон Утер не струсит и не потеряется.

– Я готов, капитан, - бодро доложил Ланс, окончательно отбросив похмельные терзания, и шагнул к борту.

Отец перебросил ему с палубы веревочный трап, Ланс ловко взобрался по нему на драккар вместе с рюкзаком. С палубы были лучше видны окрестные холмы, лес, озеро внизу. Его берега окутывала утренняя дымка, но в ровном зеркале воды уже искрились первые солнечные лучи. На галерею замка вышла Моника проводить путешественников. Она махнула рукой Лансу.

– Береги себя, малыш, - сказала она, как всегда.