Чтение онлайн

— Ну, понимаете, капитан, космос, он как живой, пронизан волнами, которые испускают звёзды. Это как песня.

— Солнечный ветер? — уточнил Мурр, и я кивнула. Знания мои, конечно, очень мизерные, чтобы правильно объяснить то, что я слышу.

— А вот в этих областях ничего. Глухо. Так не бывает. У эйлоров есть телепаты?

— Да, есть, но единицы, — поддерживал разговор капитан, приглядываясь к маякам.

— Возможно, они и блокируют. А вот тут, — я подошла к другой части исследованных зон, к самой ближайшей к нам, — я слышала мысли. Не знаю что там, но они не готовятся к битве. Обычные спокойные мысли. О доме, семье, тоска по любимой.

— Всё так, как я и думал. Молодец, — похвалил меня капитан, подошёл к столу и выключил карту. — Ты даже не представляешь, как помогла. В ответ я помогу тебе.

— Как? — насторожилась я.

Что-то исходило от капитана в этот момент нехорошее. Он кинул папку, которую всё это время не выпускал из рук на стол, кивнул на неё.

— Почитай, — приказал мне.

Я села, протянула руки, пытаясь прочитать не то, что внутри папки, а то, что творилось внутри капитана. Но глухая стена не давала этого сделать. Блок, причём сильный. А я раньше не могла понять, почему его так тяжело читать. Значит, он позволял это делать, как и я, порционно выдавая информацию.

Открыв папку, замерла.

— Лита Морган — самый сильный телепат среди женщин, с которыми я встречался в своей жизни. Знаменитость Пси-корпуса. Яркая звезда. Твоя мать. Знаешь, проснулся от того, что, наконец, понял, на кого ты похожа. Опять не выспался, зато успокоился.

Я слушала, леденея в душе. Было страшно поднять глаза на капитана.

— Так вот, Лита Морган была исследователем. Это она открыла, что полукровки сильнее чистокровных. Диссертацию защитила.

Я не знала ни о чём подобном. Для меня она всегда была мамой, которая уходила на работу, пока я училась в школе.

Капитан перелистнул страницу и со следующего снимка на меня смотрел мой отец.

— Эноор Кейро, твой отец.

Моё сердце стучало так громко. Как он сумел так быстро узнать о моих родителях? Неужели только из-за сходства с мамой? Я не понимала его поступков.

— Он так же состоял в рядах Пси-корпуса, — между тем продолжал Мурр, — где познакомился с твоей матерью, и они начали встречаться. Они не были женаты.

Я удивлённо взглянула на капитана.

— Да, — кивнул он на мой немой вопрос, — к сожалению, не были.

— Почему? — тихо спросила.

— Знаешь, я твою мать знал не так долго, да и то мельком. Могу сказать одно: она была очень заносчивая и гордая. Настолько гордая, что не хотела расписываться с твоим отцом.

Неправда, она любила отца. Я помню, как она горевала. Я помню её боль. Они любили друг друга.

— Не хотела расписываться или не могла? — решила уточнить.

Ведь это было важно.

— Не хотела, а потом было поздно, — с горечью ответил капитан, отводя взгляд.

— Почему? — как заело, я повторяла этот вопрос. На другое была просто не способна.

— Ты уверена, что хочешь услышать всю правду? Может, оставить всё как есть? Ты же помнишь своих родителей, и я вижу, что помнишь только хорошее.

— Я не помню, — неуверенно ответила.

Но улыбка капитана остановила меня.

— По глазам вижу, что помнишь и любишь. Как отца, так и мать. А правда такова, что тебе будет больно.

— Почему?

Капитан протяжно вздохнул, положил руки на стол и чуть придвинулся ко мне, вглядываясь своими чёрными глазами в моё лицо.

— Яниис Тоов, мой отец, — тихо шепнул он, а я вздрогнула и вжалась в кресло.

— Ну вот и подтверждение того, что ты прекрасно знаешь своих родителей и моего отца, — с наигранной радостью произнёс Мурр и тоже откинулся на спинку своего кресла.

Мы молчали. Я вспоминала высокого статного мужчину, который поселился в нашем доме после свадьбы с моей матерью. Я помнила его холодные глаза, высокомерные взгляды. Прямой, чуть длинноватый нос. Он был красив, но отталкивающе холоден. С Мурром ничего общего, только что оба брюнеты, да и это не показатель.

Слёзы потекли из глаз, когда я смотрела на капитана и вспоминала, как ругалась с его отцом мама. Как он, не прикасаясь к ней, заставлял молчать и делать, как он пожелает. Я помнила это.

Зажмурившись, тихо произнесла:

— Я не знала, что у него есть сын.

— У него была семья до того, как он влюбился в твою мать. Дружная, крепкая семья. А потом всё разлетелось на куски. Любовь арчей эгоистичнее, чем у землян. Мою мать он не любил. Это был брак по расчёту. Никто не ожидал, что он встретит свою любовь так поздно. Но встретил.

Я молча следила за капитаном. Кусала губы и боялась спросить. Он хотел мне отомстить за свою боль?

— Твоя мать была очень заносчива и амбициозна, — повторил капитан.

— Перестань, — попросила его, не желая слушать гадости о ней, — она любила моего отца, меня любила.

— Любила. Она тобой гордилась. Там дальше её диссертация, которую она писала не из головы. Объектом исследования была ты, её дочь. Как и твой отец был для неё испытуемым. Она вас очень любила, — с сарказмом произнёс капитан.

— Ты меня ненавидишь? — тихо спросила, осознавая причину поведения мужчины.

— Ты-то тут при чём, Рит, или Берта, как тебя называть? — с тоской спросил Мурр, а я подняла на него глаза. Он не был злым, просто грустным. Словно эти воспоминания приносили и ему душевные страдания. Хотя, наверное, так и было. Он ведь тоже был молодым, когда его отец бросил мать и женился на другой.

— Берта умерла. Меня зовут Маргарита, — голос меня плохо слушался. Слёзы душили. Как оказалось легко и просто найти обо мне правду. Я перелистнула страницу и решилась прочитать диссертацию матери. Не ожидала, что я настолько сильный телепат. Настолько, что она с гордостью выставляла меня напоказ. Я не помнила, что выступала перед аудиторией. Не отложилось это в памяти. Коллегия признала, что работы матери имели под собой основания.

— Мой отец разработал проект «Счастливы вместе», когда твоя мать отказала ему. Он загнал её в ловушку, — тихо продолжил капитан, давая мне возможность прочитать другую статью о проекте закона. Отец Мурра продвигал этот проект, основываясь на изысканиях моей матери. Он раскрутил её, сделал знаменитой и влиятельной, а затем заставил её выйти замуж, так сказать, подтвердить на практике её же слова.