Чтение онлайн

— Ни бельмеса не припоминаю, — сказал я. — Излагайте.

Росс отхлебнул горячего кофе.

— Существовал объединенный американо-канадский проект, известный как Северо-Западная система береговой обороны. Подробности к предмету разговора не относятся. Давным-давно устаревший проект, но в те времена он казался неописуемо важным. Происходила непрерывная утечка секретных сведений. Требовался очень высокий, худой человек, способный изобразить вражеского курьера, которого обнаружили мертвым. Человеку надлежало сыскать изменника и выдать его канадским властям. Компьютер указал на вас, мистер Хелм. Во-первых, вы соответствовали требованиям, предъявленным ко внешности; во-вторых, обладали навыками... гм! — выживания в определенных условиях и значительным опытом. Вы и впрямь выжили, но употребленные для этого средства и способы поставили всех, кому велели прикрывать вас по обе стороны границы, в положение по-настоящему отчаянное. Лично мне, к примеру, довелось изобретать правдоподобные объяснения касаемо трех мертвецов. Даже учитывая, что на вас напали, это можно определить как вопиющее превышение пределов допустимой самообороны. И узнав, что Вашингтон сызнова навязывает Канаде столь сокрушительную помощь, я прямо заявил, что услуги тайфуна или цунами обойдутся дешевле.

Впечатляющий экскурс в позабытое прошлое, ничего не скажешь. Я с опаской покосился на Китти, не зная, как воспримет она столь интересную повесть о субъекте, за коего собралась выйти замуж. Бессердечная девка лишь ободряюще подмигнула.

Повесть была интересной и положение тоже. Вдумайтесь: краснокожий индеец, чьи предки развлекались преимущественно снятием скальпов, читает бледнолицему лекцию о неприкосновенности человеческой жизни... Суть его речей, по крайности, ни к чему иному не сводилась.

— И что же, природа-матушка поскупилась даже на завалящее стихийное бедствие? — полюбопытствовал я. Росс пожал плечами:

— К великому сожалению, вы уже орудовали в Канаде и были, так сказать, под рукой. Опытный агент, в нужном месте, в потребное время, с безукоризненной легендой... Меня, увы, не послушались. Возник, правда, вполне естественный вопрос, и я его задал: какого лешего позабыл Мэтт Хелм, он же Поль Мэдден, в Сиэтле, и что вытворяет, шныряя по канадскому северу? Однако начальство решило не заглядывать в зубы дареному, простите за выражение, коню. Мне велели оказывать содействие. Вот и оказывал, и продолжаю оказывать — по мере скромных сил. Завтра прочитаете в местных газетах: взбесившийся безумец завладел револьвером и учинил бойню в санатории «Инанук». Прискорбно, весьма прискорбно. Будем надеяться, репортеры не пронюхают, что кровожадного маньяка в лечебнице просто не существовало.

— Это несправедливо! — сказала Китти. — Я... я тоже участвовала! Двадцать пять процентов побоища — моих рук дело!

— Утихомирься, — посоветовал покорный слуга. — Мы с мистером Россом просто выясняем отношения. Он причисляет меня к беспардонным убийцам; я же считаю его сентиментальным бедолагой. Теперь, заложив прочнейшую основу для дальнейшего сотрудничества, перейдем непосредственно к делу. Расскажите, пожалуйста, Росс: что это за паскудная Партия народного протеста, и с чем ее съесть?

Мгновение спустя канадец расхохотался.

— Основа заложена, признаю. Отвечаю: ПНП, известная как новое словечко из трех букв, которое пишут на заборах и стенках, есть банда террористов, чьи требования и цели толком не ясны, ибо негодяи не заявляли еще ничего определенного. Они пока просто пытаются привлечь к себе внимание правительства. Политические претензии возникнут потом.

— Да они сами толком не знают, к чему стремятся! — выпалила Китти. — Это какая-то религия наизнанку! Веруют в мировую революцию и лучезарное будущее для выживших! Протестуют, галдят, взрывают бомбы и радуются собственной значительности.

— Оттого и опасны, — заметил Росс. — Палестинские либо иранские мерзавцы тоже не дают людям житья, но хотя бы понятно, ради каких целей. А вот загадочная группа с неопределенными намерениями — хуже не придумаешь. Самое скверное, что нынче развелась уйма субъектов, которым очень и очень по душе взрывать бомбы. Из чистого, так сказать, озорства... Понимаете? Вся подобная сволочь летит и лепится к террористическим организациям, точно мухи к зажженным лампам. А с ними вместе — личности, затаившие неутоленную злобу на окружающих, параноики, неврастеники... Иногда, очень редко, люди, подобные покойному Роджеру Атвуду: честно заблуждающиеся бедняги.

Несмотря на явную неприязнь к покорному слуге, Майк Росс казался парнем разумным и рассудительным.

— Сколько взрывов ими устроено до сих пор? — осведомился я. — Не считая Сан-Франциско, Торонто и злосчастного парома? Газетенки гадают на кофейной гуще, но вы-то знаете вернее.

— Газетенок стараюсь не читать, — сухо произнес Майк. — Помимо названных, было еще пять — восемь в общей сложности. А поскольку ПНП добивается известности, правительство предпочитает не называть истинных виновников... Погибло сорок семь человек, учитывая двух членов самой партии.

— По обе стороны границы?

— Да. Три диверсии в Канаде, пять — в Соединенных Штатах.

— И штаб их размещался в санатории?

Майк Росс помедлил.

— Мы обнаружили настоящий оружейный склад. Наиболее отдаленные и укромные уголки «Инанука», по всей видимости, служили для обучения бойцов. Но и ваш горький опыт, и показания служащих свидетельствуют: главный, истинный штаб расположен в иных местах. К сожалению, упущенный вами Жак Фрешетт исчез бесследно и наверняка успел оповестить сотоварищей...

Я рассмеялся:

— Нельзя гоняться за двумя зайцами, amigo.*

— То есть?

— Сперва сетуете на то, что я перебил кучу народу, теперь сожалеете, что перебил недостаточно. Дозволил Фрешетту сбежать, а не ухлопал, как следовало бы... Да! Гэвина Льюиса, водителя, разыскали?

— Да. На беду, кто-то разыскал его раньше нас.

— Убит?

— Сидел за рулем своего мерседеса, точно всадник без головы в седле мустанга. Стреляли в упор, из двенадцатикалиберного дробовика. Череп разлетелся начисто.

— Значит, мог сообщить немало полезного. Например, где обитает Иоанн Овидий. Об Овидии что-нибудь выяснили?

— Пока нет.

— ао любопытной дружбе между пилотом Гербертом Вальтерсом и гангстерским главарем Эмилио Брассаро? Майк Росс развел руками:

— Догадки, но не сверх того.

— Ни Брассаро, — медленно сказал я, — ни Вальтерс не попадают ни в одну из перечисленных вами людских категорий. Вступать в террористическую группу, которая готовится раздуть мировой пожар, попросту не в их духе. Однако же, Вальтерс числился в ПНП доверенным и влиятельным субъектом, в подробности грядущей операции посвящен был! Что известно о Вальтерсе?