Чтение онлайн

Как можно спать, когда она так полна жизни! Как спать, когда ей не терпится оказаться рядом с Рэндом!

Не влюбилась ли она в него?

Конечно, влюбилась! Как же иначе? Всякая на ее месте влюбилась бы! Мысль показалась столь значительной и опасной, что страшно даже додумать ее, особенно если она надеется сегодня уснуть. Если она позволит себе предаваться запретным мыслям и погружаться в странный и влекущий новый мир, она может дрогнуть, утратить последние остатки здравомыслия, не дающие ей пересечь узкий коридор, отделяющий его комнату от ее спальни…

Челси прислушалась. Пружины его кровати заскрипели, словно Рэнд тоже не знал покоя. Что он надел, перед тем как лечь? Должно быть, лежит сейчас, заложив руки за голову, глядя в потолок. Думает ли о ней? Улыбается?

— Прекрати! — велела себе Челси.

Громадным усилием воли она переключила мысли на другую тему. Решила, что отныне она будет стремиться стать лучшим оратором из всех, кто страдает неспособностью к обучению. Она снимет клеймо со всех ей подобных.

Но что слова? Идеи хороши, лишь когда воплощаются в дела. Нужен план. Надо использовать ее популярность для чего-то полезного. Например, можно устроить благотворительный аукцион. Попросить друзей выставить на аукцион свои вещи: у Джен — собачий ошейник с бриллиантами, одну из знаменитых сумочек Линдсэй, свою собственную одежду.

— Надо записать, — сказала она вслух. Ночью идеи так и роятся, а утром могут исчезнуть без следа. И тут Челси поразилась себе. Она — и что-то записывает? Довольно стыдиться. Довольно таиться. Довольно молчать. — Хороший лозунг, — поздравила она себя.

Все же Челси не привыкла к действиям такого рода, у нее даже не было чистого листка бумаги. Наверняка у Хетты где-то есть. И тут она вспомнила о папке в шкафу.

Там, внутри, бумаги, можно писать на обороте. Она достала папку и открыла. Бумаги, как Челси и предвидела, замечательно чистые с одной стороны. Она не стала бы читать и заголовка, но в глаза бросилось имя Рэнда.

Послание от Камерона Макферсона к Рэнду, умоляющее защитить Челси. Защитить? Она нахмурилась. Сначала ничего не поняла. Она не получала писем с угрозами. Ее жизнь не была в опасности. И, внезапно поняв, дрожащими руками отложила письмо Камерона в сторону.

Под ним была стопка писем, действительно адресованных ей, таких злобных, что у нее все внутри сжалось.

— По крайней мере кто-то умеет писать еще хуже меня, — сказала она, пытаясь подавить пробегающий по спине холодок страха.

Она годами не вскрывала своей почты. Посланий было слишком много — подарков, просьб, фотографий посторонних людей, брачных предложений, — чтобы даже попытаться прочитать их. Ее корреспонденция и счета сразу направлялись в офис отца.

И все же Челси чувствовала себя оскорбленной тем, что ей не сказали правду: почему в ее жизни внезапно появился Рэнд Пибоди, а старый телохранитель без лишних сантиментов исчез. И зачем ее сослали на ферму к тете. Все делалось так, словно она была ребенком. Нет, идиоткой! Слишком глупой, чтобы понять. Она почувствовала, что злится на Рэнда.

Почему он не сказал? Пять минут назад она могла бы поклясться, что может доверить ему жизнь. А он смог бы доверить ей свою?

Он даже не доверил ей правды.

Разум пытался подсказать ей, что он доверился ей большим — правдой о себе, но она задвинула эти доводы подальше. Рэнд не доверил ей информацию о ней самой, о ее жизни.

Челси глубоко вздохнула. Что ей теперь делать? Устроить среди ночи сцену? Заманчиво. Она вполне способна разыграть роль разбушевавшейся донельзя богатой испорченной девчонки. Только эта роль в последнее время ей приелась. И Челси внезапно засомневалась, что сможет вернуться к этому образу.

Лучше сделать что-то другое, что подходит взрослому человеку, неподвластному детским истерикам. Она спустится вниз и приготовит себе чашку какао. Раз в жизни предварительно продумает свои действия.

Бенджамин мигнул, поднялся со своего коврика и уселся у ее ног. Она осторожно дотронулась до его головы. Рэнд был прав. Кожа мягкая, как шелк. Свинья довольно хрюкнула. Долгое время Челси сидела, проникаясь собственным превращением. Она смогла увидеть красоту в свинье!

На середине ее размышлений зазвонил телефон. Она попыталась схватить трубку быстрее, чем звонок разбудит Рэнда. Не случилось ли что-нибудь с тетей? Отцом? Сестрами? Только плохие новости приходят среди ночи.

— Да? — произнесла она неуверенно.

— Алло, Челси?

— Тетя Хетта, вы в порядке?

— Все хорошо, милая. Доктор сказал, через неделю смогу отправляться домой. Извини, что так поздно, но мне хотелось бы поговорить с Рэндом.

Естественно, тетя — еще один человек, не принимающий ее всерьез. Что тете надо сказать Рэнду такого, что Челси не может ему передать?

— Вы можете сказать мне.

В трубке раздался заспанный голос Рэнда. Словно бессонница его и краем не коснулась.

— Алло, Рэнд, это тетя Хетта. Челси, ты не против повесить трубку?

В данном случае именно против. И не будет вешать. Вместо того она нажала на рычаг, изображая положенную трубку. И, затаив дыхание, начала слушать разговор, не предназначенный для ее ушей.

— Рэнд, сегодня ночью я не могла уснуть, и сиделка принесла мне журнал — знаешь, из тех, что пачкают пальцы?

— Понимаю, о чем вы. И думаю, знаю, что там было. Фотография — я и Челси. Вы неправильно поняли.

— Фотография? — удивилась Хетта. — Нет. Там была статья о Челси.

— Клиника? Пищевое расстройство? Она знает. Хетта, она прекрасно держит удар прессы.

Чувство праведного негодования Челси слегка притупилось. Еще бы, как он ее хвалит!

— Да нет же, — нетерпеливо прервала его Хетта. — Стала бы я звонить среди ночи из-за подобной ерунды! Не давай ей читать газеты, Рэнд. Они могут серьезно ее травмировать. Завтра все будут трубить об этом.

— Я смогу защитить ее, — тихо ответил Рэнд. Тоже мне защитник! Пора доказать им — она сама взрослая. Пусть все газеты мира катятся туда же, куда она послала неизвестного отправителя писем с угрозами!