Шрифт:
Глава первая
«Зачем же я это делаю?!» – эта мысль все никак не желала покидать мою голову вот уже последние пятнадцать минут, все то время, что я непрерывно шла быстрыми шагами по темной лесной тропинке. Я уже пару раз спотыкалась о выпирающие корни деревьев, в связи с чем успела пожалеть, что не додумалась прихватить с собой фонарик. Кто же знал, что он мне мог сегодня пригодиться?
Для конца марта время суток было еще довольно-таки светлое, но я не взяла в расчет, что лесную тропу будут плотно прикрывать нависшие над ней темные ветви деревьев, не позволяя лучам заходящего солнца проникать вглубь леса. Мне надо было понимать, на что я иду, это все-таки лес, здесь нет никакого освещения, не то, что в городе. Не думала же я, что мой путь будут освещать уличные фонари.
Вряд ли бы моя мама отпустила меня ночевать к Таньке, зная, чем для меня обернется вполне обычный весенний вечер в кругу двух лучших подруг, с которыми я дружу с самого детского садика. Я практически каждые выходные проводила с ними и еще никогда наши совместные посиделки не доходили до такого.
Танька-то с Нелли сейчас сидели в теплой уютной двухкомнатной квартире, которая на выходные полностью осталась в их распоряжении. Беззаботно смеялись, смотрели новую серию нашего любимого сериала и обсуждали мой наиглупейший поступок.
А что же делала я, вместо того, чтобы проводить весело время с подружками?
Я вечером пятницы шла совершенно одна по темному лесу и сама теперь удивлялась, как меня так угораздило…
А вечер начинался-то вполне обыденно, как и все предыдущие подобные вечера. Моя одноклассница и лучшая подруга Танька Водянина пригласила меня и Нелли Гришину к себе на выходные с ночевкой. Таня часто оставалась в квартире одна. Ее родители любили на выходные уезжать на дачу в любое время года, а Танька предпочитала оставаться дома. Вот мы и ночевали у нее в уютной двушке.
Вот и сегодня Танькины родители уехали на дачу, подготовить домик и участок к летнему отдыху, поэтому двухкомнатная квартира семьи Водяниных была в нашем полном распоряжении. Уж безбашенная Танька не собиралась упускать такой шанс и проводить все выходные в компании учебников.
Своей матери я сказала, что мы будем все выходные заниматься алгеброй, которая мне давалась с таким трудом, в то время как Нелли у нас в классе являлась круглой отличницей по точным наукам. Естественно мы не собирались тратить драгоценное время выходных дней на ненавистные точные науки, хоть мне и не мешало бы подтянуть алгебру.
Но нашим родителем вовсе не обязательно было знать, чем мы собирались заниматься на самом деле. Ведь так жалко тратить время короткой молодости на уроки! Все-таки нам по шестнадцать лет, на улице весна в полном разгаре, скоро каникулы, лето…. Так о какой учебе может быть речь!
И вот я вместе с Нелли (мы жили в одном доме) вечером пятницы пришла к Таньке. У нее уже во всю мощь надрывалась стереосистема, из колонок доносилась песня ее любимого певца Сергея Лазарева, и с минуты на минуту курьер должен был доставить пиццу и суши. Из нас троих только Танька является любительницей японской кухни. Я же ее на дух не переносила. Даже смотреть было неприятно на эти липкие комочки риса с восседающим сверху куском сырой рыбы. А уж от вида этих зеленых водорослей, в которые их заворачивают, мне становилось и вовсе нехорошо. Как-то я попыталась их прожевать, с тех пор японскую кухню я избегала.
Когда так называемый ужин был привезен, мы втроем уселись в просторной комнате Тани, стали жевать мясную пиццу и делиться своими впечатлениями о прошедшей учебной неделе. Вокруг наших ног не переставая, носилась собака Таньки – французский бульдог по кличке Дин. Танька протянула своему песику ролл, но тот недовольно сморщил нос. Бульдог отдавал свое предпочтение пицце, а не пресному рису. Хороший песик, правильный выбор!
– А вы видели, какую мобилу родаки купили нашей Принцессе? – спросила рыжеволосая Нелли, посыпая свой кусок пиццы черным молотым перцем. Она была любительницей всего жгуче острого. Она употребляла перец практически во всю пищу, наверное, за исключением одних сладостей, хотя кто ее знает, может и мороженое посыпала перцем. Вся ее семья предпочитала острую пищу, поэтому, когда я оказывалась у нее в гостях, то отказывалась от любой предложенной мне еды. Да, это не совсем красиво. Но не хотелось как-то подвергать свой желудок такому испытанию.
«Принцессой» все в нашей школе называли Олесю Якушеву – дочку богатеньких родителей, владеющими собственной транспортной фирмой. В школе она ни с кем не общалась, всегда ходила сама по себе, задрав напудренный нос, отпуская время от времени различные колкости в адреса простых учащихся. А в последнее время она стала еще несноснее. Наверное, на нее так подействовала весна.
Я всегда недоумевала, как такую фифу занесло в обычную, никакую не элитную, среднюю школу №202 Московской области. Но как говорится – у богатых свои причуды, уж спрашивать у нее лично я не собираюсь. Раз она училась с нами в простой школе, значит, тому была какая-нибудь причина.
– Да уж, – протянула я, потягивая из стеклянной бутылки пиво. Естественно мы все трое несовершеннолетние, но в наше время приобрести алкоголь не проблема. Да и мама разрешала мне иногда употреблять спиртное, но само собой не злоупотребляя. Ведь если что-то запрещать подростку, тот обязательно захочет это попробовать и чаще всего в какой-нибудь плохой компании. – Стоит наверно такой тысяч тридцать и весь в стразиках, под стать ее тряпкам. Меня и мой телефон устраивает за пять тысяч и без всяких там блестяшек, к чему такая ненужная роскошь.
Мы немного помолчали, размышляя о том, какого это иметь такую кучу денег. Я бы точно не стала тратиться на всякие дорогущие телефоны, хотя деньги имеют особенность изменять людей.
Какое-то время в комнате слышались только звуки голоса Лазарева и щелчки Танькиных китайских палочек, которыми она ловко орудовала, подцепляя один ролл за другим. Суши и роллы исчезали быстрее, чем наша пицца. Мне было достаточно одного куска пиццы, чтобы наесться. Я вообще всегда ела мало и по комплектации худенькая, мама часто звала меня Дюймовочкой.
– А ты помирилась с Максом? – Нелли решила сменить тему с Принцессы на меня. Принцессу мы и так обсуждали, чуть ли не каждый день, она постоянно давала новые темы для сплетен и разговоров – то новая сумка, то новый симпатичный шофер, то она обидела одноклассника, обозвав его такими словами, какие по идее богатенькие фифочки знать вообще не должны.
Я театрально закатила глаза. Меньше всего мне хотелось обсуждать моего парня. Но ведь девчонки так просто от меня не отстали бы, они жаждут подробностей из моей личной жизни.