Чтение онлайн

Сильви почувствовала, что бледнеет. Персеваль понял, что наслушался достаточно. Не отходя от кресла своей крестницы, он указал пальцем на дверь.

— Уходите! Не знаю, какую цель вы преследуете, неся весь этот вздор, зато знаю точно, что мы уже потеряли с вами достаточно времени. Вон отсюда!

Он уже потянулся к звонку, чтобы вызвать лакея, но Сильвн остановила его жестом. Она была удивлена тем, что Персеваль, обычно такой хладнокровный, в этот раз так легко вышел из себя.

— Погодите! Я хотела бы узнать об этом субъекте побольше. Начнем с того, что одно дело — объявить себя обладателем некоего документа, и совсем другое — быть в состоянии его предъявить…

— Если загвоздка только в этом, я рад вам его показать… То есть не сам документ, а его точную копию, поскольку подобную ценность было бы неосмотрительно повсюду носить при себе. Я все подробно скопировал, вплоть до рисунка на зеленой восковой печати.

Сильви мельком глянула на факсимиле и передала его Персевалю.

— Вы называете это точной копией? — проворчал тот. — Откуда мы знаем, что это — не единственное, чем вы располагаете?

— Очень просто, можете оставить ее себе и изучить в мельчайших подробностях, дабы увериться, что это не шутка. Оригинал вы увидите после того, как он окажется у судьи. Впрочем, я ожидаю, что до этого не дойдет…

— Вот именно! — молвила Сильви. — На что вы надеялись, явившись в этот дом? Думали, я скажу, мы крайне удручены тем, что занимаем его вместо вас, и все сделаем так, как пожелает истинный господин герцог? Что я соглашусь предать забвению свою свадьбу в Пале-Рояль, в присутствии короля, королевы и кардинала Мазарини?

Фульжен де Сен-Реми позволил себе дерзкую улыбочку.

— Успокойтесь, герцогиня! У меня и в мыслях не было ничего подобного! Просто я беден, не имею семьи и надеялся ее обрести.

— Здесь, у нас? — воскликнула Сильви, пораженная его самоуверенностью.

— А почему бы и нет? Мы с вашим покойным супругом были сводными братьями. Можете не сомневаться, из меня выйдет прелестный дядюшка для ваших детей.

— Ваши шутки не смешны, молодой человек! — прорычал Персеваль. — Советую вам удалиться как можно быстрее.

— Куда же мне идти? Глядите, у меня не осталось ни гроша. — В подтверждение своих слов он встал и вывернул карманы. — Нищета — плохая советчица. Я истратил на путешествие последнее, что у меня было.

— И решили, что шантаж — подходящий способ пополнить финансы? Что ж, вы просчитались. Можете трясти своей бумажкой перед носом у всего парламента — на нее все равно никто не обратит внимания. Если же вы затеете судебный процесс, то он может растянуться на годы…

— В теперешнем положении у меня, разумеется, нет средств судиться. А вот если случится несчастье и юного герцога, не дай бог, не станет… К этому должен добавить, что заручился протекцией господина Кольбера.

Сильви вскрикнула от ужаса, к ее крику добавилось гневное восклицание шевалье де Рагнеля. Звонок зазвенел так пронзительно, что в библиотеку влетели сразу четверо лакеев.

— Вышвырните этого негодяя! Чтобы духу его бол здесь не было! — завопил Персеваль.

Сильви тем временем вынула из секретера кошелек и сунула его выставляемому вон.

— Не бывало еще такого, чтобы я не откликнулась просьбу о милостыне. Здесь пятьдесят экю, найдите им хорошее применение, только больше не возвращайтесь!

Глаза Сен-Реми вспыхнули, он осклабился и рывком стряхнул с себя лакеев.

— Я уйду сам! Премного благодарен, госпожа герцогиня, вы очень добры. Я буду об этом помнить.

Сопровождаемый ливрейным эскортом, он величественно покинул зал. Персеваль обратил свой гнев на Силви!

— Вы с ума сошли? Зачем было давать ему деньги. Слышали, что он сказал? Что не забудет вашу щедрость. Иными словами, вам теперь никогда от него не избавиться. Понимаете, никогда!

Ужас, который Сильви испытала при намеке Сен-Реми на возможность гибели ее сына, нашел выход в гневной тираде:

— Что ж, он всего лишь присоединится к тем пользуется моей щедростью. Я достаточно богата, чтобы снести это! Разве вы не поняли его речей? Если ему и мочь, он примется за Филиппа. Я все сделаю, чтобы речь моего мальчика!

— Ах, Сильви, Сильви! Вы попали в переделку, которой не будет конца. Он понял, что вы его боитесь, и решит это себе на пользу. На сегодня он удовлетворило что вы ему дали, — кстати, милостыня вышла чрез? щедрой, но уже завтра явится снова и потребует больше. Учтите, от таких бессовестных людей позволительно ожидать любой низости. С него станется просить вашей дочери — ведь он мечтает влезть в семью! Как поступите тогда?

— У вас есть что предложить?

— Взять Филиппа из школы и держать дома до тех пор, пока мы не избавимся от этого наглеца.

— Я подумаю об этом, тем более что вы и аббат Резини обучите его ничуть не хуже. Что еще?

— Предпринять все необходимое, чтобы устранить, опасность. Будьте уверены, он настроен серьезно. Перво — наперво, все о нем разузнать. Его рассказ показался мне слишком кратким. Полагаю, здесь нам сможет помочь аббат Фуке.

Сильви уже перешла от гнева к задумчивости.

— Одно меня удивляет, как, лишь недавно приплыв с Островов, он умудрился проведать, что мой сын родился через девять месяцев после смерти своего отца? Не хватает только, чтобы он оказался осведомлен о том, что произошло той роковой ночью в Конфлане?

— Раз он все знает, значит, успел разведать, сойдя на берег. Но как? Не представляю, каким образом Кольбер, чьим именем он прикрывается, мог проникнуть в наши секреты. К тому же, как заклятый враг нашего друга Фуке, Кольбер слишком слаб, чтобы пускаться в подобные интриги. Насколько я знаю, у него не должно быть на вас зуба?

— Мы с Кольбером едва знакомы. Когда встречаемся, он раскланивается с безупречной вежливостью, я тоже стараюсь выглядеть любезной, хотя мне и не нравится его внешность и поведение в отношении суперинтенданта.