Узник
Шрифт:
Около пяти минут я варила пельмени, после чего залила их кетчупом и отправилась наверх. Впервые я взяла с собой две порции, решив поужинать со своим узником.
– Как ты не сходишь с ума, сидя вот так вот в четырех стенах и ничего не делая? – спросила я своего собеседника после того, как его порция была передана ему через прутья клетки.
– Кто сказал, что я ничего не делаю? – поинтересовался он, заставив меня вопросительно посмотреть на него. – Я собираю вот это, – приглушенно добавил он, после чего показал потертый кубик Рубика.
– Раньше не видела его у тебя, – сдвинула брови я.
– А я раньше не ел пельмени с кетчупом, но не смотря на это решительно убежден, что это ужасно.
– Странно – я была уверена в том, что завернутое в тесто мясо, политое соусом кровавого цвета, тебе придется по душе.
– Мне было бы по душе, если бы начинкой этих пельменей была ты. Но – да, теперь мне действительно приятнее это употреблять.
– Наверное, ты сектант.
– Скорее я жертва сектантов.
– Сложное детство? – спросила я, но он не ответил. – Почему тебя никто не ищет? Ни одной листовки. Нигде. Порешил всех своих знакомых?
– Их порешило время.
– Не уверена, что правильно поняла формулировку твоего ответа, – я не хотела вдаваться в подробности его слов и влезать в душу к тому, кто меня ненавидит, поэтому перевела разговор на более интересующую меня тему. – За что именно я удостоилась твоей ненависти, о, незнакомец, ворвавшийся в мой дом, причем неудачно.
– Почему неудачно?
– По-моему, это очевидно – ты проник через окно в заброшенную комнату в хэллоуинском гриме, с надеждой притаиться, однако дверь изнутри была заперта. Плюс к этому – ты стал пленником. Так почему ты выбрал именно мой дом? Или правильнее говорить – меня?
– Перечитай басню, которую я вчера упомянул.
– Ты непременно хочешь меня прикончить?
– Не пойми меня неправильно, но непременно.
– Как тут вообще можно понять неправильно? – тяжело выдохнула я. – Слушай, я слишком гуманна, чтобы заморить тебя голодом, поэтому ты будешь пока что жить. Однако, если вдруг однажды ты окажешься на свободе и получишь свободный доступ к моей шее, обещай хотя бы, что я не буду мучиться.
Конец ознакомительного фрагмента.