Чтение онлайн

Михаил перевел дыхание, отпил из чашки остывший чай, помолчал. Слушатели терпеливо ждали продолжения. Снаружи бушевала стихия – на крыше по-разбойничьи посвистывал ветер, косые струи дождя заливали окна. Уют небольшой гостиной казался особенно ощутимым: мягкий свет свечей, потрескивание сухих полешек в камине…

Зачарованные слушатели без труда представили себе неспешную жизнь, протекающую на маленьком острове: синее-пресинее небо, бескрайнее море, бедную рыбацкую деревеньку и мальчика с синими глазами Даниеля.

Михаил закончил свое повествование, когда за окнами уже стояла непроглядная темнота.

Тецуо первым нарушил молчание. Проведя ладонью по лицу, тихо произнес:

– Прекрасна. Очень прекрасна… Завтра же еду в Америку, встречусь с Рейном. Через три дня буду в Японии, подготовлю группу для съемок. Месяца через три фильм должен быть снят.

– Три месяца? Это невозможно! – в один голос воскликнули Мэг и Даня.

– Возможна. Чудесный сюжет есть, актеры на главные роли есть, отличная киногруппа есть, – Тецуо, глядя в пространство перед собой, загибал пальцы, – плюс чудесные натурные съемки в Японии, плюс мои деньги. Да, четыре месяца – это максимум. Мы подготовим фильм ко дню рождения императора.

На этот аргумент ни у кого не нашлось возражений.

– Да, в такой команде, пожалуй… – протянул Даниель.

– Миша-сан, скажите, вы ведь не знаете историю династии японских императоров? – темные глаза Тецуо впились в лицо Михаила.

– Ну, не знаю, – залился яркой краской Михаил. Ему было стыдно признаваться в своем невежестве, поэтому он ответил непривычно резко, даже грубо.

Тецуо не обиделся. Более того, вдруг поднялся и церемонно поклонился Михаилу. Подумав немного, так же поклонился Дане и Мэген. Хозяева, не вникая в церемониальные тонкости, ответно поклонились. Что-что, а эмоциональное состояние людей они чувствовали прекрасно.

Несмотря на уговоры хозяев, Тосихоро не остался ночевать.

– Как говорят наши американские друзья, время – деньги, – отшутился гость.

Даниил позвонил Клавдии, приходящей домработнице, и через десять минут появился ее муж Сергей.

– Сергей – отличный шофер, таксист с многолетним стажем. Он часто выручает нас. Хоть и немного мы выпили, но дорога скользкая, темнота. Как говорится, от греха подальше, – пояснила Мэген.

Сергей подал Данин «мерседес» с шиком: выйдя под дождь, распахнул дверцу машины. Тецуо не позволил положить в багажник подаренные ему картины. Устроившись на заднем кресле, он взял их в руки. Большая картонная папка закрыла почти все его лицо, но глаза Тецуо излучали столько тепла и благодарности, что никто не стал приставать с советами и помощью.

– Как думаешь, чего это он мне поклонился? Издевался над моим невежеством? – глядя на уезжающую машину, спросил Михаил.

– Скажешь тоже! По-видимому, ты нечаянно тронул какие-то чувствительные струны господина Тосихоро, – успокоила его Мэген. – К сожалению, мы плохо знаем японский эпос. Вполне вероятно, ты по-своему описал историю, знакомую и близкую каждому японцу. Ты увидел, предугадал и рассказал ее так, как никто прежде. Тецуо сразу почувствовал твою правду.

– Поразительно. Невольно приходят на ум буддийские заморочки, – почесал нос Михаил.

– О которых ты тоже знаешь только понаслышке, – не преминула съехидничать Наташа.

Волнующую тему Михаил продолжил уже за столом. После благополучного завершения авторского дебюта у него снова появился аппетит.

– Нет, ребята, правда. Как это все странно выходит. Выходит, и в буддизме есть много того, что разъясняет необъяснимое.

– Чего ты так волнуешься? – с улыбкой поглядывал на него Даниил. – Вспомни притчу о слепцах, утверждавших, что они знают, как выглядит слон. Тот, что стоял впереди и ощупывал хобот, говорил, что это большая труба…

– Ну да, тот, что исследовал хвост, утверждал, что слон – это длинная веревка, – подхватил Михаил.

– Всё так. Великая мудрость заключена в буддизме, великие знания. Но для меня вся Истина мира, вся красота мироздания заключены в одном имени – Иисус Христос, – с мягкой улыбкой сказал Даниил. – Здесь всё: альфа и омега, начало и конец. Между ними – полная великих загадок, откровений, открытий бесконечность. И все это доступно каждому из нас.

– «Стучитесь, и вам откроется»? – уточнила Наталья.

– Да, каждому в свой срок, по мере духовного возрастания, – ответил Дэн.

– Отец Владимир часто говорит: «Мы не знаем многого не потому, что Бог не хочет поделиться своими знаниями, а потому, что еще не способны вместить радость этого знания в себе».

– «Есть многое на свете, друг Горацио, что неизвестно нашим мудрецам…», – печально произнес Михаил и взял последний пирожок с блюда. – Маш, а у тебя не осталось чего-нибудь посущественней этого? Может, забацаем пиццу?

Утром всех разбудил ранний звонок: Тецуо счел нужным сообщить, что уже договорился с токийской студией. Кроме того, ему удалось привлечь к работе известного режиссера.

Не успели друзья порадоваться удачному началу предприятия, как вслед за Тецуо позвонила Светлана Александровна. Она сообщила печальную весть: Александра Ивановича положили в больницу.

– В какую клинику его поместили? Может, стоит поехать и проверить, как его устроили? – встревожилась Мэген.

– Клиника хорошая: госпиталь для ветеранов войны, – успокоила Светлана Александровна. – Только врачи просили сегодня его не беспокоить, завтра навестите.

Александр Иванович встретил посетителей улыбкой и нарочитым ворчанием:

– Чего вы зря хлопочете? Операция пустяшная, через неделю дома буду. Ну, раз пришли, присаживайтесь, угощайтесь, вон Светлана сколько всего принесла. А свои сумки и не выгружайте, вашими гостинцами роту солдат можно накормить.

Лечащий врач был менее оптимистичен:

– Хирурги у нас замечательные, да и операция, действительно, несложная. Но возраст, сами понимаете. Плюс больное сердце – как оно отреагирует на общий наркоз?

– А нельзя обойтись без операции? – спросил Даня.