Чтение онлайн

(Мерси не удалось сдержать мысленный вскрик, и Эйкен услышал: «Ноданн! Мой Ноданн!») «О друзья мои! Вы знаете, что у тану должен быть король — и если им стану не я, то кто же? Хотите ли вы Селадейра Афалийского? Он утверждает, что не притязает на трон, и я верю ему. Из моих собственных источников мне известно, что бедный старикан убежден, будто потоп стал предвестником конца Многоцветной Земли! Он муштрует свою маленькую дружину, готовясь к тому, что называет приходом Мрака. Это, насколько я понимаю, нечто вроде Армагеддона, который станет финальным актом в судьбе как тану, так и фирвулагов. Но ведь это просто какой-то бред собачий! Шарн с Айфой не рассчитывают ни на какой апокалипсис. Они намерены сражаться и наступить нам на горло».

(И слушающие Эйкена были вынуждены признать: «Он прав. У маленького народа нет настроений обреченности. Они смело отказываются от традиций, мешающих их продвижению вперед. Потоп для них — словно подарок Богини».) «Послушайте меня! Если мы намерены сражаться, то у нас должен быть предводитель. Вы, члены Высокого Стола, знаете, что я сильнее вас. Так кто же другой достоин того, чтобы стать королем? Минанан Еретик? Я понимаю, что в бытность Стратегом он слыл отчаянным рубакой. Но сейчас он стал пацифистом и от фирвулагов защитит вас не лучше, чем Дионкет Целитель! Кто еще остался из правомочных членов Высокого Стола? Катлинель Темноглазая и Алутейн Властелин Ремесел… Только сможете ли вы простить одной государственную измену, которой она запятнала себя, выйдя замуж за правителя ревунов, а другому — смещение с поста стараниями Мерси?»

(И вновь аристократы были вынуждены ответить: «Нет. Ни один из них не может возглавить нас в борьбе с фирвулагами».) Эйкен Драм восседал на своем рослом черном халике. Капля воды потешно свесилась с кончика его длинного тонкого носа; на губах, способных в одно мгновение затвердеть неодобрительной щелкой, сейчас играла улыбка. Он заключил всех в мысленные объятия, продемонстрировав весь блеск своего метапсихического потенциала.

Вслух Эйкен сказал:

— Вы сами видите, как обстоят дела. В списке претендентов на звание короля моя кандидатура осталась единственной. Если кто-то имеет принципиальные возражения против того, чтобы правителем стал человек, то он может взбрыкивать, вопить, чертыхаться, но в конце концов признать меня придется всем. Черт побери, даже старый Селадейр, может быть, еще образумится, когда поймет, что у него есть реальный шанс победить врагов.

— Мои психокорректорские сведения о правителе Афалии подтверждают последнее высказывание Лучезарного, — доложил Куллукет. — Селадейр упрям и допустил невообразимую глупость, вышвырнув вон технически грамотных людей, но он вовсе не безумец и не самоубийца.

Блейн продолжал брюзжать:

— Дело в том, что они просто не знают тебя так хорошо, как знаем мы, Эйкен. Поэтому они и артачатся. Да и сам посуди — восемь городов до сих пор еще не ответили на твое приглашение посетить праздник Великой Любви, а Селадейр прислал категорический отказ. Если ты объявишь коронацию в мае, ты рискуешь потерпеть полное фиаско.

— Любым способом, — сказал Альборан, — мы должны перетянуть на свою сторону колеблющихся и завоевать симпатии как можно большего числа твердолобых.

Эйкен сжал губы, к лицу от напряженного раздумья прилила кровь. Затем глаза его заметались, и он повернулся к своей нареченной невесте.

— Мере, милая, помнишь, когда мы обмозговывали это дело, ты рассказывала мне о каких-то хитрых штуках, которые проделывали в старину английские монархи, чтобы держать в руках своих нерешительных вассалов? О том, как Генри Седьмой и достославная королева Бесе разъезжали по королевству, останавливались в разных городах, приструнивали строптивых, демонстрировали свое королевское обаяние и даже разок-другой пустили в ход меч?

Мерси мгновенно поняла замысел Эйкена.

— Королевские выезды, вот как это называлось. Изумительное политическое средство! — И ее снова посетило странное ощущение deja vu note 6 , мучительная уверенность в том, что когда-то прежде она уже видела лукавое, торжествующее лицо Эйкена. Италия! Портрет во флорентийском дворце!

— Я совершу свой королевский выезд еще до коронации, — сказал он. — Я посещу все города по очереди и объясню, какова обстановка в Многоцветной Земле, я пущу в ход все свои способности к дружескому убеждению и к сладкоречивым уговорам. А еще у меня есть в запасе кое-какой сюрприз!

— Кто же сможет устоять перед тобой, мой изворотливый Лучезарный? — Словно незримая волна пробежала между Эйкеном и Мерси. Неужели она сумела по-настоящему оценить его и ее извечная настороженность слабеет? Но ведь он и вправду уникальная личность.

— Подобный маневр может принести пользу, — согласился Куллукет. — В нем как раз в нужной пропорции сочетаются смиренность, королевская снисходительность и явное нахальство. Сначала ты поедешь по городам, как то и подобает претенденту на престол, а потом правители городов, уже имея какие-то гарантии, смогут явиться к тебе, дабы засвидетельствовать признание твоей власти.

Альборан кивнул в знак согласия с Куллукетом.

— А мы втроем будем сопровождать Эйкена и как члены Высокого Стола придадим его поездке необходимый престиж. Отсутствие же леди Мерси можно легко объяснить.

— Мне нравится эта затея, — веско сказал Блейн. — Сейчас у нас в Гории достаточно тану и новоприбывших людей в золотых торквесах, чтобы организовать внушительную демонстрацию силы.

Эйкен застегнул манжеты костюма и поправил шляпу. Импровизированным психокинетическим финтом он удалил влагу с одеяния всех присутствующих и вновь расправил над ними метапсихический зонтик.

— Мы скрытно проникнем в долину Гаронны и просочимся в Испанию. И первым местом, куда мы нагрянем, будет… Афалия!

Леди Морна потеряла дар речи. Иднар с Тирон излучали волны сильнейшей обеспокоенности.

— Это не так уж опасно, — заверил их Эйкен. — Банда мозгодавов Селадейра состоит в общем-то из второразрядных бойцов, а самого старикана я легко смогу прижать к ногтю. Мы выгодно разыграем эту карту. Сделаем вид, что ничего не знаем о том, как он подкапывался под меня. Я хочу сказать, что Селадейр никогда не вылезал открыто ни с какими наглыми провокациями. Даже его отказ от приглашения на праздник Великой Любви был выдержан в умеренно-вежливом тоне, к тому же я могу сказать, что мы вовсе не получали его письма.

— Если сломается Селадейр, то остальные попадают тебе в руки, как перезревшие апельсины, — сказал Куллукет.

— Из них можно будет тут же выжимать сок, — согласился гаер. — Ну ладно, чем мы займемся теперь? Что вы скажете на предложение отправиться обратно в Горию и приступить к наведению глянца на самые прочные наши доспехи? — По-прежнему отводя дождь в сторону, Эйкен поднял всех вместе с животными в воздух и сказал Мерси: — Надеюсь, старый Пелье и его мудрецы не ошибаются, утверждая, что дождливый сезон почти на исходе. Я пока еще не слишком опытен для перемещения больших групп силой левитации. А в этом плиоценовом Изгнании нет никаких компьютеризованных прокладчиков курса, чтобы помочь человеку благополучно миновать в полете затянутые туманом горные проходы.