Чтение онлайн

С британской стороны в операции планировалось участие англо-индийского контингента, располагавшегося в Ираке: части четырех пехотных дивизий, танковой бригады, артиллерийского полка. Поддержку с воздуха им должны были оказывать три эскадрильи: 94-я бомбардировочная на «Бленхеймах IV», 261-я истребительная на «Харрикейнах» и 244-я непосредственной поддержки на древних бипланах «Винсент». Первая базировалась в Хаббании, две другие — в Шуэйбе. Всего британцы сумели наскрести около 40 машин [278] .

А что же иранцы? Что они могли противопоставить союзникам? Как-никак, а Реза-шах все предвоенные годы активно занимался укреплением своих вооруженных сил.

Вернемся на несколько лет назад и посмотрим, как проходило строительство иранских вооруженных сил. В 1920-е гг. иранская армия была плохо оснащена, во всем испытывала недостаток. Вооружена она была разнокалиберными винтовками («Маузер-Брно»), ручными пулеметами «Брно», станковыми немецкими пулеметами «Максим», пушками «Бофорс», полевыми 75-мм пушками «Шнейдер», коротко- и длинноствольными 105-мм гаубицами. В подразделениях не было даже обжимов для взрывчатки, ее приходилось обжимать зубами.

Наблюдалась удручающая картина разложения иранской армии. Для производства в офицеры не было установлено особых экзаменов или проверки служебных знаний. Не существовало никаких положений в отношении чинопроизводства. В офицеры производились большей частью за деньги, а также за разные личные услуги и очень редко за действительные заслуги. С простыми солдатами, происходившими из сельских районов, офицеры обращалось просто скверно, при каждом удобном случае подчеркивая свое более высокое положение. Постоянно возникавшие проблемы с довольствием вынуждали рядовых красть у местного населения фрукты, заниматься мелкими грабежами и воровством. Кражи происходили как по ночам, так и средь белого дня.

Над армией постоянно висела угроза эпидемии сыпного тифа. Чтобы убедиться в этом, стоило хотя бы раз заглянуть в иранскую казарму. Бойцы здесь спали на одеялах и циновках, брошенных прямо на пол. Утром все это тряпье собиралось в одну большую кучу, а на ночь вновь раскладывалось по казарме. Все это вело к тому, что, несмотря на личную чистоплотность отдельных сарбазов (иранских солдат, «сарбаз» — буквально «стрелок». — А. О.), в массе все становились вшивыми. Поголовная вшивость солдат нередко служила причиной создания местным населением пословиц и поговорок [279] .

Особую роль в иранской армии играла так называемая «казачья бригада». Называлась она так потому, что была организована и вооружена по типу русских казачьих частей. И командовал этими казаками русский офицер в чине полковника кавалерии. Последним командиром «казачьей бригады» был полковник императорской армии из Санкт-Петербурга Всеволод Ляхов [280] . Персы, служившие в бригаде, имели, как правило, низшие офицерские чины. Исключением стал Реза-хан, сам сделавший головокружительную военную карьеру, служа в этом необычном воинском формировании.

В армии сказывалось также и французское влияние. Это объяснялось значительным числом французских инструкторов и преподавателей в военных школах, а также учебой иранских военных во Франции. Обмундирование, выдававшееся дав раза в год, также в основном поступало из Франции.

Положение в армии остро воспринималось Реза-шахом. Это видно уже из его заявления, сделанного сразу после февральского переворота 1921 г.: «Наша цель установить… сильное правительство, которое создаст мощную и достойную уважения армию, потому что могучая армия это единственное средство спасти страну от того униженного положения, в котором она находится» [281] . На необходимость модернизации армии указывали иранские военачальники. Стоит только обратиться к работе военного министра А. Нахджевана, в которой красной нитью проводилась мысль о неизбежности приближавшейся войны, а, следовательно, милитаризации Ирана [282] .

Армия стала предметом особой заботы Реза-шаха, его самой возвышенной страстью. Армия не может испытывать финансовые затруднения, она должна иметь все. Офицеры приохотят народ к современности, к дисциплине и послушанию. В таком духе рассуждал иранский монарх.

И реформам был дан зеленый свет. В ходе модернизации иранская армия должна была получить относительно современное и эффективное вооружение, применение которого позволило бы остановить любого противника уже на границе, не допуская вглубь территории. Также предполагалось расширить сырьевую базу, увеличить число предприятий по производству вооружений, запасных частей, создать запасы продовольствия и т. д.

Стремясь выправить ситуацию, по указанию Реза-шаха были развернуты значительные работы по военной подготовке населения. В средних и высших учебных заведениях вводились обязательные строевые занятия под руководством офицеров. В стране были созданы военизированные бойскаутские отряды, члены которых готовили себя К службе в армии.

К чему привели реформы в военной сфере? Что в итоге увидел Иран? Отметим новую структуру иранской армии. К началу 1940-х гг. она выглядела так: руководство армией принадлежало Высшему совету национальной обороны, военному министерству и Генеральному штабу. Главнокомандующим армии являлся сам шах.

Высшими соединениями в армии считались дивизия и бригада. Всего дивизий насчитывалось девять. Они располагались в Тегеране (две), Азербайджане, Курдистане, Хузестане, Фарсе, Белуджистане, Хоросане и Горгане.

Иранская дивизия состояла из трех или четырех пехотных полков, одного или двух кавалерийских полков, одного или двух артиллерийских полков, одного инженерного батальона и унтер-офицерской школы. В гвардейских гарнизонах, расположенных в Тегеране, имелись бронетанковые части.

В пехотном полку наименьшей единицей считалось отделение. Отделение могло быть стрелковым или пулеметным, вооруженным ручным пулеметом. В отделении имелся командир и семь бойцов. Два стрелковых и одно пулеметное отделение составляли группу (полувзвод), а две группы — стрелковый взвод. Три стрелковых взвода образовывали стрелковую роту.

В пулеметных частях, вооруженных станковыми пулеметами, наименьшей огневой единицей считалось пулеметное отделение. Оно состояло из шести бойцов и трех коноводов. Взвод имел два пулеметных отделения, а три взвода образовывали пулеметную роту. В каждой роте было по шесть станковых пулеметов «Максим».

Батальон имел штаб, три стрелковых и одну пулеметную роту, полк — штаб, три батальона, нестроевую роту, состоящую из двух взводов — хозяйственного и музыкантского, и, кроме того, взвод связи из двух отделений — телефонно-телеграфного и светосигнального.