Чтение онлайн

— Лишь бы нам самим зелёнкой лбы не намазали. — Негромко высказываю я свои предположения, приоткрыв кран с горячей водой.

— А зачем нам лоб зелёнкой мазать? — удивлённо спрашивает Света.

— А чтобы пуля инфекцию не занесла. Мы свидетели, Свет, ненужные. И вляпались в смертельно опасное дело. Так что сама смекай, сколько мы ещё проживём при таких раскладах. — Гружу я её.

При других обстоятельствах я бы не стал этого делать, но положиться мне было не на кого. Я был «один на льдине», а вот со Светой мы уже были в одной лодке. А союзники или напарники мне сейчас ох как не помешают. Так же это была и своего рода проверка. Если Светка всё-таки в теме и как-то связана с органами или даже работает на них, то этот разговор обязательно передаст Васину. Но тогда я уже буду знать, что союзников у меня нет, да и один из рычагов давления на меня сразу обломится. Кстати, не хилых таких рычагов, можно сказать основных, и тогда мне уже будет совсем нечего терять, кроме своих цепей и придётся действовать по ситуации. Будить Герцена и по заветам Ильича вызывать бурю в стакане воды. А там, глядишь и получится выскользнуть в этой мутной водице, даже и по мокрому делу.

— Ладно, позовёшь. Мойся. Полотенце и бельё на табурете. — Как-то сразу погрустнев, разворачивается и уходит Света, закрыв за собой дверь. Я же, залажу в ванну, и немного отмокнув, тру себя жёсткой мочалкой. Пытаясь содрать не только грязь, но и кожу. Спереди я помылся. А вот сзади. Вехотка без ручек, да и разбередить едва зажившие шрамы на спине как-то не улыбается, плюсом к тому сломанное ребро даёт о себе знать.

— Свет! — Громко кричу я. — Света.

— Что, уже вымылся? — заглядывает она в ванную комнату, как будто всё это время стояла под дверью.

— Извини, ты мне спину не потрёшь? — Прошу я. — Чешется, прямо сил никаких нет, а дотянуться не могу.

— Ладно. Потру. — Ворчит она. — Если убьют, будет хоть кому добрым словом меня вспомнить. А то в госпитале все только обо мне и судачат, да грязью поливают. Думаешь я не знаю, о чём вы в курилке между собой треплитесь. — С ожесточением трёт она мои плечи и верх спины.

— Я не треплюсь.

— Ты нет. А другие?

— А за других я не в ответе.

— Не в ответе он, — продолжает ворчать Светуля, уже аккуратней проходя возле рубцов. — Вставай. Чего расселся. Поясницу помою, а то ты там всю кожу разбередишь. Да не стесняйся. Что ты как маленький? Чего я там не видала. — Фыркает она.

— А я и не стесняюсь, просто встать не могу. Скользко.

— Ох уж мне эти мужики. Как дети малые, честное слово. — Помогает она мне подняться, а в конце ещё и ополаскивает чистой водой из ковшика, так как душевая лейка в ванной не предусмотрена. Смесителя и того нет. Один кран с холодной, другой с горячей водой из колонки.

— Вытирайся и садись на табурет. Сейчас я тебя обработаю. — Подаёт она мне полотенце и достаёт аптечку. После чего начинает вытаскивать нитки.

— Вот и всё. — Минут через пять заканчивает она перевязку. — Завтра, послезавтра сменим повязки, а потом только зелёнкой прижечь.

— Спасибо. И спокойной ночи, дорогая. — Благодарю я медсестричку за работу. Целую на прощанье и оглаживаю по упругой попке. За что тут же получаю по руке.

— Не лапай. Спать иди. — Обламывает она мои «благородные» намерения и уходит к себе.

Делать нечего, иду спать. Но сначала зажигаю «летучею мышь», оставив её в коридоре и гашу везде свет. Дверь в свою комнату не закрываю, в случае чего у меня будет преимущество. Первым увижу противника если не усну. Услышу тоже. Так как возле открывающейся внутрь входной двери я поставил пустое железное ведро. Задвижка хлипенькая, дверь можно с одного удара ноги открыть.

Сложив форму на стоящий в изножье кровати табурет, забираюсь под одеяло в надежде поспать. Не тут-то было. Сначала противно завыла сирена воздушной тревоги, а потом и зенитки часто забахали неподалёку.

— Что делать будем? — выбегает в коридор Светуля. — Надо в бомбоубежище бежать или в подвал.

— В бомбоубежище нас не пустят, а подвала здесь нет. — Спокойно отвечаю я, надев шаровары и сапоги.

— Как нету, есть подпол. Пошли покажу. — Идёт она впереди.

Оказалось, действительно есть. В коридоре перед санузлом лежал половик. Вот под этим половичком и скрывался лаз в подполье. Поднимаю крышку и, подсвечивая себе керосиновой лампой, осматриваю помещение. Небольшая яма где были проложены коммуникации, мешок с картошкой и ящик с корнеплодами возле одной из стен. Перекрытием служит деревянный пол из двухдюймовой доски. И на этом всё.

— Хочешь, залазь и сиди в подполье. — Подаю я Светке фонарь и отряхиваюсь.

— А ты?

— А я спать пойду. Если и убьёт, то во сне. А бегать от каждого самолёта, который где-то там летает, мне лениво. — Зеваю я.

— Какой ты смелый! Тогда и я спать пойду. Закрывай. — Командует она.

— Уверена?

— Да.

Раздевшись, снова ложусь в постель, и закрываю глаза чтобы заснуть, но через некоторое время в дверном проёме появляется дружелюбное привидение и Светкиным голосом начинает канючить.

— Коля, Коля. Мне страшно. Можно с тобой.

— Да, конечно. Ложись где хочешь. — Открыв глаза, выныриваю я из полудрёмы, подразумевая ещё три свободные шконки, так как этот «номер в гостинице» был рассчитан на четверых. Вот только кто-то меня неправильно понял, и скинув халатик, Светуля забралась ко мне под одеяло. На узкой солдатской койке места для двоих немного, поэтому нам пришлось вплотную прижаться друг к подружке, чтобы не упасть. И как-то так само собой получилось, что мы проболтали почти до утра. Ну, как проболтали. В перерывах между разговорами мы занимались кое-чем интересным.

То ли на это повлияла опасность, то ли Светуля изголодалась по мужской ласке. Либо и то и другое сыграло свою роль, но инициативу она проявила нешуточную. Пришлось поддержать, — али мы не гусары? Врать не буду. Я у неё был не первый мужчина, но и все сплетни, которые распускали про неё в госпитале, были враньём. Всё-таки я пожил как на том, так и на этом свете, и могу отличить опытную женщину от девушки, Светуля была не опытной, но страстной, а в умелых руках просто чудеса вытворяла. Причём это шло изнутри, а не наработалось с опытом, которого практически не было. Была в основном страсть и волны оргазмов, накатывающие на девушку одна за другой. Причём она нисколечко не стеснялась и была готова к любым экспериментам. А в паузах между «сплетениями ног», интересовалась как лучше сделать то-то и то-то. Я сам больше неё стеснялся, не решаясь предложить некоторые позы и действия, и тогда она брала инициативу в свои руки, можно сказать угадывая мои мысли. Как я не отдал концы после такой встряски, не знаю, видимо мой организм успел запастись калориями. Ну и мозг работал только в одном направлении, так как я тоже истосковался по женской ласке. Ну и фантазии удалось осуществить. Как ни крути, а двадцать первый век внёс свои коррективы и медсестра воспринимается не как медицинский работник, а как интердевочка в костюме медсестры, проводницы, стюардессы, снегурочки и так далее. О времена, о нравы. Хотя… Да и пофигу. Главное — мы любили друг дружку как в последний раз. Не всю ночь, конечно, любили, иногда разговаривали…

Наши интересные разговоры прервало появление «кровавой гэбни». На крыльце раздался топот сапог и громкий стук в дверь. Так что прихватив свой халатик Светуля ушлёпала босыми ногами в свою комнату, я же не спеша оделся и пошёл открывать.

— Тихо вы. Ребёнка разбудите. — Громким шёпотом прикрикнул я на «гебистов».

— Что? Какого ребёнка. — Не врубился полковник.

— Маленького. — Уточнил я и зевнул во всю пасть.

Чекисты попили чайку и разойдясь по своим местам быстро угомонились. Я тоже уснул, несмотря на богатырский храп Иваныча. Лейтенант Тихий, в отличие от него тихо посапывал. Я так и не понял, позывной это, подпольная кличка или фамилие такое, как у кота Матроскина, только кот был полосатым, а лейтенант негромким. С этой мыслью я и заснул, так как Светуля меня ухайдокала будь здоров. Зато стресс мы сняли и нервное напряжение отпустило. Но оказалось, что я рано расслабился, главное было ещё впереди.