В городе Сочи темные ночи (сборник)
Шрифт:
— Так он же не сидел за столиком! Он ходил туда-сюда, туда-сюда. Приставал ко мне… А потом покурить захотел.
— Каким образом пепельница попала в щеку Парашиной?
— А я откуда знаю?.. Чика не поймал…
— Ну рассказывайте, — допытывался следователь у Веры.
— Вот… я отца выпустила… Отец повторил свое требование прекратить безобразие… Тогда он стал угрожать ножом…
Дверь в кабинет распахнулась, и мужчина в костюме с галстуком спросил:
— Обедать идете?
— Да! Сейчас! — откликнулись оба следователя. — Подожди пять минут!
— Ага! — Мужчина закрыл дверь.
Верин следователь вытер с лица пот, включил вентилятор на столе.
— Так кто кому угрожал ножом? — спросил он.
— Сережа — папе, — тихо ответила Вера.
— Громче, я не слышу!
— Сережа — папе…
— Хорошо… Так и запишем… — Он опять принялся стучать на машинке.
— А армяне, которые сидели за столиком с Парашиной, бросились на меня, голову мне пробили! Вот! До сих пор болит, — жаловался Толик. — А Парашину эту я вообще в первый раз вижу! А армян тем более! Один из них мне стулом голову пробил! Вот кого привлекать надо. А не меня! Я в армию собираюсь… Святой долг перед родиной!..
— В своем заявлении Парашина пишет" — перебила его следователь, — что обратила внимание, как вы несколько раз целились в Остапчука разными столовыми приборами, хотели разбить ему очки, плевались, выражались нецензурно, нарушали общественный порядок, проявляли явное неуважение к окружающим.
— Не было этого! — честно сказал Толик.
— Самой же Парашиной вы угрожали вступлением в половую связь противоестественным образом…
— Я?!!
— Да… Все ваши действия подпадают под статью 206 УК РСФСР, а это, как вы знаете, хулиганство. Наказывается до трех лет лишения свободы…
— Да вы что?! Парашина со зла наговаривает, а вы!.. Это несчастный случай!.. Я передал пепельницу Чике. Он не удержал ее!..
Верин следователь кончил печатать и спросил:
— Когда вас допрашивали в первый раз, вы говорили, что в тот момент, когда ваш отец ранил Сергея, вы находились в другой комнате и ничего не видели… Почему вы изменили свои первоначальные показания?
— Я была в шоке… Очень сильно испугалась… Теперь решила честно рассказать то, что было на самом деле…
— …То, что было на самом деле, — продиктовал сам себе следователь.
Вера вышла из кабинета.
Около дежурного милиционера ее ждала мать. Увидев дочь, Рита вскочила:
— Ну что?
— Все!
— Чего все?! — обомлела Рита. — Чего ты сказала?
— Чего, чего… Закудахтала, клуша!
— Ты им что сказала? Ты сказала, как я тебе велела?
— Да! Да! Да!
Рита быстро полезла в сумочку, достала пачку таблеток в серебристой упаковке. Вытащила таблетку и протянула Вере:
— На, прими. Виктор велел это пять раз в день принимать. Запить жалко нечем…
Она засунула таблетку Вере в рот, другую незаметно себе.
— К Сереже вместе пойдем или ты сама? — спросила Рита, когда они вышли на улицу.
Вера молчала.
— Хочешь, я одна схожу? Сейчас домой придем, я еды наготовлю и пойду. А ты поспи пока, девочка моя. Видишь, как все хорошо получается… А ты завтра сходишь, соскучилась, наверное…
У табачного киоска Рита остановилась, купила пачку сигарет и сунула Вере.
— Возьми, говорят, помогает при депрессии.
Вера безразлично приняла пачку, посмотрела на нее и бросила на землю.
— Чего же это ты делаешь?! — возмутилась Рита. — Отцу отдадим. Зачем бросаться-то! Некультурно же!
— На следующий год в порядке будем, — не спеша прожевывая кусок мяса, говорил Николай Семенович Виктору. — Арендуем с братьями поле. Нашел я одного председателя. Посадим арбузы… Машина, слава богу, у меня есть… Помнишь соседа нашего по Новоселовке? Он свежие арбузы на Новый год ест. Хранит в соломе. А если продавать, а? Чего! Инициативу сейчас разрешили!
Виктор кивал.
Рита наливала бульон в бутылку из-под кефира. Когда бутылка наполнилась, она достала из ящика кусок целлофана и надела на горлышко, прижав резинкой. Протянула Вере сумку:
— Фрукты я уже положила. Вот для бульона место… Осторожней в троллейбусе — не опрокинь…
Вера кивнула.
— И веселее будь! В прошлый раз мы с ним посмеялись даже! — Рита улыбнулась. — Бледненький, правда, такой… На, прими. — Рита сунула Вере в рот таблетку. — Запей.
Вера взяла сумку и вышла из квартиры. На лестнице она выплюнула таблетку.
На троллейбусную остановку вожатая — тетка с красным галстуком на шее — привела с моря отряд пионеров. Вере казалось, что пионеры преследуют ее. Эти девушки, почти невесты, и мальчишки, на голову их ниже. Они галдели, трясли мокрыми волосами, гонялись друг за другом, задевая прохожих.
— Замолчите! Не в школе! — кричала им сердитая седая старуха. — Орете-то чего?
— Хотим, — ответил ей мальчишка.