Чтение онлайн

Один умный писатель по государственным вопросам (эрудит Ильич имеет в виду Макиавелли. — И.М.) справедливо сказал, что, если необходимо для осуществления известной политической цели пойти на ряд жестокостей, то надо осуществлять их самым энергичным образом и в кратчайший срок, ибо длительного применения жестокостей народные массы не вынесут...

...Поэтому я прихожу к безусловному выводу, что мы должны именно теперь дать самое решительное и беспощадное сражение черносотенному духовенству и подавить его сопротивление с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в течение нескольких десятилетий.

...В Шую послать одного из самых энергичных, толковых и распорядительных членов ВЦИК... причём дать ему словесную инструкцию через одного из членов Политбюро. (Обратите внимание: словесную. Не хочет вождь оставлять кровавых следов. — И.М.) Эта инструкция должна сводиться к тому, чтобы он в Шуе арестовал как можно больше, не меньше чем несколько десятков, представителей местного духовенства, местного мещанства и местной буржуазии по подозрению в прямом или косвенном участии (вы только подумайте: лишь подозрение и... косвенное участие!.. — И.М.) в деле насильственного сопротивления декрету ВЦИК об изъятии церковных ценностей. Тотчас по окончании этой работы он должен приехать в Москву и начнёт делать доклад на полном собрании Политбюро... На основании этого доклада Политбюро даст детальную директиву судебным властям, тоже устную («Тоже устную»! Как же иначе?! — И.М.), чтобы процесс против шуйских мятежников, сопротивляющихся помощи голодающим, был проведён с максимальной быстротой и закончился не иначе как расстрелом очень большого числа самых влиятельных и опасных черносотенцев г. Шуи, а по возможности и не только этого города, а и Москвы и нескольких других духовных центров... (Современные коммунисты! Ау! Вы ученики и последователи этого параноидального циника? Не тогда ли зародились наше советское беззаконие и пресловутое «телефонное право»? — И.М.)

...На съезде партии (имеется в виду XI съезд КП(б), проходивший в Москве с 27 марта по 2 апреля 1922 года. — И.М.) устроить секретное совещание всех или почти всех делегатов по этому вопросу совместно с главными работниками ГПУ, НКЮ [18] и Ревтрибунала. На этом совещании провести секретное решение съезда о том, что изъятие ценностей, в особенности самых богатых лавр, монастырей и церквей, должно быть проведено с беспощадной решительностью, безусловно ни перед чем не останавливаясь и в самый кратчайший срок. Чем большее количество представителей реакционного духовенства и реакционной буржуазии удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше. Надо именно теперь проучить эту публику так, чтобы на несколько десятков лет ни о каком сопротивлении они не смели и думать».

...Изъятие церковных ценностей было, естественно, осуществлено на всей территории Российского государства, доступной в начале 1922 года большевикам. Осуществлено кровавыми, варварскими методами, сопоставимыми с теми, которые применялись при уничтожении первых христиан правителями Римской империи в первом веке нашей эры накануне распада этого некогда могущественного государства.

Двадцать седьмого ноября 1995 года на пресс-конференции председатель Комиссии при Президенте Российской Федерации по реабилитации жертв политических репрессий Александр Яковлев говорил:

— Священников и монахов распинали на царских вратах храмов, расстреливали и душили, делали из них ледяные столбы, обливая холодной водой. В начале двадцатых годов, под предлогом помощи голодающим Поволжья, было изъято церковных ценностей на два с половиной миллиарда золотых рублей. Однако на покупку продовольствия, по нашим данным, ушёл только один миллион. Остальные деньги осели на зарубежных счетах партийных боссов или были направлены на нужды мировой революции.

То есть на «помощь голодающим» Ленин со товарищи истратил сотые доли процента от суммы, полученной в результате продажи награбленного церковного имущества.

Так завершилась четвёртая кампания Ленина в войне большевиков с Русской Православной Церковью.

Но и предыдущие три отличались не меньшими изуверствами и варварством. Вот свидетельство генерала А. Деникина («Очерки русской смуты»):

«После занятия нами Харькова была создана Особая комиссия, которая установила: забравшись в храм под предводительством Дыбенко, красноармейцы вместе с приехавшими любовницами ходили по храму в шапках, курили, ругали скверно-матерно Иисуса Христа и Матерь Божию, похитили занавес от церковных врат, разорвав его на части, похитили церковные одежды, подризники, платки для утирания губ причащающихся, опрокинули Престол, пронзили штыком икону Спасителя. После ухода бесчинствующего отряда в одном из притворов храма были обнаружены экскременты».

Умер Ленин — гонения на церковь, война с ней продолжались при Сталине с не меньшим остервенением, и знаком, символом атеистической деятельности коммунистического режима в ту пору стал взрыв храма Христа Спасителя 5 декабря 1931 года, духовной святыни русского народа. Обращение вождя всех народов к церкви, ослабление репрессий против духовенства и верующих в годы Великой Отечественной войны было продиктовано инстинктом самосохранения: вождь обратился к «братьям и сёстрам» с призывом спасти отечество, апеллируя к самому сильному и святому чувству россиян — вере в Бога. Пришла победа над фашистской Германией, а с ней и прежние атеистические времена: закрытие уцелевших храмов, аресты священнослужителей, преследование верующих.

Преуспел в борьбе с «религиозным дурманом» и безграмотный, невежественный Хрущев. Всё продолжалось...

По разным источникам, за годы советской власти было расстреляно и погибло в лагерях около 300 тысяч священнослужителей, начиная от иерархов и кончая простыми монахами и служителями церкви; было разрушено, разграблено и осквернено около девяноста процентов церквей и храмов; закрыто (и тоже, естественно, разграблено) девяносто восемь с половиной процентов монастырей; осквернены все святые мощи Православной церкви.

Антихрист воцарился в России.

Со времён крещения Руси христианство, обрастая чисто национальной русской плотью (свои мученики веры, отцы церкви, проповедники, религиозные философы, один феномен русского монастырства чего стоит!), — на протяжении всего этого исторического времени основная религия нашего народа стала стержнем, держащим хребтом русского национального характера. Народная нравственность, в основе которой лежат Христовы заповеди, отношение к жизни как к делу, работе духовной и физической, цель которой — служение не только себе, своей семье, но и ближним, милосердие, страх за земные грехи перед Всевышним — такова самая краткая характеристика этого стержня и держащего хребта.

Если оперировать религиозными понятиями, то с Октября семнадцатого года в России воцарился князь мира сего, носитель вселенского зла и — прямо по Фёдору Михайловичу Достоевскому — его слуги, бесы, стали править бал в поверженной державе.

И то, что за десятилетия советской власти Христианская церковь была повержена, распята на кресте, что Голгофа возникла для Православия на русской земле, — всё это абсолютно естественно и логично. Коммунистические властители страны хотели создать «нового человека», послушный и одновременно восторженный винтик в гигантской машине Зла, призванной утвердить на всей планете «светлое будущее» по образу и подобию того «земного рая», который мы создали в Советском Союзе.