Чтение онлайн

Ничего! Вот и мой уставший организм, отринув любые намеки на сексуальные игры, коротко заявив: «Все завтра!», нашел себе лучшее занятие и просто бессовестно уснул.

Признаюсь, были подленькие мыслишки «поиграть» с Расхартом. Я отчетливо сознавала, что присутствие Хаса является сдерживающим фактором, да и вообще, откуда-то была стойкая уверенность, что против моей воли Расхарт никогда не пойдет, а потому соблазн был велик. Но… но усталость взяла свое.

Пробуждение было тяжелым. Я буквально задыхалась от жары и тяжести. Кажется, мне даже снилось, что меня то ли завалило в кратере вулкана, то ли отвезли в крематорий. Вынырнув из сна и дыша как выброшенная на берег рыба, я с трудом осознала, где нахожусь.

Пару минут тупо смотрела перед собой, пока окончательно не проснулась. Оказывается, меня ночью перепутали с любимым плюшевым мишкой. Расхарт практически полностью завалился на меня, обхватив руками и закинув на меня ноги – вот откуда было ощущение придавившей монолитной плиты. Лицом он уткнулся мне в шею, щекоча ее горячим дыханием, а его волосы как раз и пахнули костром и дымом. И, как любая девушка, я была бы рада и наигранно возмущена таким поведением, что уж скрывать, симпатичного мужчины, если бы… если бы не ощущала себя мягким, удобным, но неодушевленным предметом страсти для маленьких детишек. По-моему, даже с резиновой куклой мужики так себя не ведут! Хоть бы возбудился! Или руку куда-нибудь положил! И не надо говорить мне про то, что он спит! Где его подсознание, а? Он что, в действительности не воспринимает меня привлекательной женщиной? Так ведь нет – спит абсолютно так, как я спала в детстве с большой мягкой собакой. Вот ведь гад!

Хас и тот себя ведет как мужик. Придвинулся вплотную, ладонь на моем бедре… а этот… Я тяжело вздохнула.

А ведь тяжелый, зараза! Я запыхтела, пытаясь высвободиться из-под неподвижной туши, но все мои усилия привели к тому, что Расхарт что-то мурлыкнул и посильнее меня придавил. М-дя… и что делать?

Я легонько подула ему в шею, но он только вздохнул. Тогда начала потихоньку вытаскивать руку. Вот уж никогда бы не подумала, что это такое трудное занятие. Хотя теперь я понимаю, почему в детстве моя кошка так вздыхала и укоризненно смотрела на меня, когда я до нее добиралась.

Высвободив наконец-то руку, с облегчением вздохнула – осталось всего ничего: еще одна рука, две ноги и туловище. Глядишь, к утру и выпутаюсь! Кстати, интересно, сколько сейчас времени?

Через плотную ткань, укрывавшую повозку, свет не проникал, и казалось, что снаружи все еще темно. Дождь не утих, как и сопровождавшие его заунывные завывания ветра… Похоже, что еще даже не рассвело. И чего я тогда проснулась?

Прислушалась к себе. Естественные утренние потребности пока не нуждались в удовлетворении, значит, не поэтому. Тогда что? Я сосредоточилась на ощущениях, вслушиваясь в окружающий мир. Нет, сквозь ветер ничего не слышно, но внутри начало что-то нарастать. Тревога?

Закусив губу, попыталась расслабиться. Закрыла глаза, запустила руку в волосы Расхарта… а они у него мягкие… прижалась к теплому телу… Кажется, я снова задремала, пока вдруг, внезапно, словно от удара, глаза сами собой не открылись. Вот теперь мне стало действительно нехорошо. Сердце глухо стучало, на лбу выступила испарина.

Я никогда не относила себя к людям, обладающим хорошей интуицией, но сейчас уверовала в ее существование. Мне было страшно. Осторожно пошевелилась с твердым намерением выбраться. Наверное, я все-таки уснула на какое-то время, потому как Расхарт теперь лежал на боку, обнимая меня со спины. Что ж, так даже проще…

– Куда собралась? – Тихий шепот, и легкое дыхание пощекотало кожу, вызывая толпы мурашек.

– Пусти…

– А если я не хочу тебя отпускать? – Теперь губы Расхарта практически касались моей щеки.

– Не хочешь? – Мой голос дрогнул. Боже, какие мы, женщины, одинаковые и наивные… Скажет нам кто-то, что мы нужны, и все! Можно брать тепленькой. Вот и чувствую, как начала растекаться…

– Конечно… ночь на дворе, там дождь… вернешься грязная, мокрая и холодная… еще и греться ко мне полезешь, – закончила эта скотина.

– Ах ты!.. – зашипела я, чувствуя, как он в беззвучном смехе сотрясается всем телом.

– Тише, ты же не хочешь Хаса разбудить?

– Отпусти меня! – потребовала я, безуспешно пытаясь выбраться.

– Нет. Нечего тебе там делать, – отрезал он.

– Рас, мне надо!

– До утра не дотерпишь?

– Нет!

– Ладно, только от повозки не отходи. – И он отпустил меня.

Мне сразу же стало холодно, но я мужественно поползла вперед. Откинув полог, я чуть было позорно не вернулась обратно. Мне в лицо полетели холодные капли, попадая за шиворот, ветер тут же забрался под одежду… одним словом – неприятно!

Спрыгнув, я сделала пару шагов от телеги. Все-таки меня немного смущало, что придется делать свои дела, так сказать, прямо под «кроватью». Воспитание, чтоб его!..

– Нэя, я же сказал, не отходить! – шепотом рявкнул за моей спиной Расхарт.

Обернувшись, я увидела, как он по плечи высунулся из-под навеса. Сдвинув брови, он кивнул на угол кибитки. Пришлось послушаться… хотя было стыдно.

Вернувшись в повозку, скинула сапоги и поползла на место. От холода меня немного трясло, и я никак не могла успокоиться. Внезапно меня обняли сильные руки, прижимая к теплому телу.

– Ну вот, говорил же, промокнешь, продрогнешь… – зашептал Расхарт, растирая меня руками. – И чего тебе не спалось? – Он наклонил голову, заглядывая мне в глаза.

Его лицо было так близко, что стоило сделать только одно движение, и наши губы соприкоснулись бы. Я невольно представила, как он склоняет голову еще ниже… Видимо, что-то отразилось в моих глазах или Рас своим особым чутьем почувствовал, но он вдруг что-то прорычал и… и исполнил мою фантазию! Его губы были сухими, обветренными и горячими. Он мягко провел своими губами по моим – ласкающее движение, не агрессивное, не напористое… Следом скользнул язык, и я, не сдержавшись, приоткрыла губы, пропуская его внутрь… Господи! Я никогда не любила целоваться, никогда не чувствовала ничего «такого» и искренне удивлялась, когда в любовных романах героини от поцелуя чуть ли не в обморок падали… Теперь же я радовалась тому, что лежу, иначе бы повторила их судьбу. Расхарт был великолепен! Он заставлял меня чувствовать от простого поцелуя такое, что я никогда не чувствовала ни с одним из своих парней. Не знаю, в чем дело: в опыте Расхарта, его расовой особенности или в примитивной химии, но сейчас я мечтала, чтобы поцелуй не заканчивался. Застонав, я прижала Расхарта к себе еще сильнее, стремясь всем телом почувствовать ближе… еще ближе…

– Кхм-кхм!

Раздавшееся сбоку покашливание вызвало эффект разорвавшейся бомбы. Вскрикнув, я оттолкнула Раса, диким глазами уставившись в сторону источника звука. Господи… как я могла забыть, что мы здесь не одни?!

– Нет, я, конечно, все понимаю… гормоны там, молодость, страсть… Но не при мне же!!! Совесть бы поимели!

– Прости, – пискнула я, пытаясь не смотреть на Хаса.

Подняв взгляд, я встретилась с напряженными глазами Расхарта. Ох… кажется, я что-то сделала не то… Не выдержала и спрятала лицо у него на груди, прижавшись. Не хочу, чтобы он обиделся или подумал, что мне стыдно. Точнее, мне стыдно, но не потому, что это Расхарт, а просто… В общем, я сама запуталась, но, похоже, Расхарта мой поступок немного успокоил. Я почувствовала, как меня обняли его руки, а волос коснулось теплое дыхание.