Чтение онлайн

– Не подходит. Нам нужно невинное название, не имеющее ни малейшего отношения к военной технике, не пробуждающее ни малейших подозрений, если оно будет подслушано или упомянуто в письме. Его существование надо сохранить в тайне любой ценой.

– Невинное?! – Эрикссон снова пришел в дурное расположение духа. – Какая нелепость! Если вам нужно что-то невинное, почему бы вам не назвать его стогом сена или… или… водокачкой, цистерной, танком высокого давления!

– Превосходное предложение, – кивнул Шерман. – Танком высокого давления, стальным танком – или просто танком. Итак, решено. Но есть еще один вопрос, по поводу которого я хотел с вами проконсультироваться. Военный.

– Да?

Вынув ключ из жилетного кармана, Шерман отпер верхний ящик стола, вытащил стопку чертежей и двинул ее через стол к Эрикссону.

– Это ряд профилей и схем форта, обороняющего излучину реки.

Взяв их, Эрикссон кивнул.

– Очевидно. Типичная конструкция, встречающаяся по всей Европе. Эти надолбы преграждают подступы к форту, а здесь, напротив, видите выступы, стены приобретают форму звезды. Этот равелин играет важную роль в обороне главных ворот. Конструкция поистрепана временем, да и давно отжила свое. Он не выстоит перед современной артиллерией. Как я заключаю, вы хотите сровнять эту крепость с землей?

– Да.

– Это не так уж сложно. Приведите осадный парк в пределы досягаемости, и через три-четыре дня от стен останется лишь куча щебня.

– Это невозможно. Крепость окружена водой и болотами. Да вдобавок три дня – срок слишком большой.

– Слишком большой?! Значит, вам нужно чудо.

– Мне нужно не чудо, мне нужно, чтобы обстрел уничтожил его не за дни, а за часы. Сам форт меня не интересует, его в любом случае обойдут.

– Любопытно, – пробормотал инженер, подхватывая план форта сверху. – Река, конечно, здесь. Если пушки умолкнут, военные корабли смогут пройти. Вы обратились ко мне, потому что я военный кораблестроитель, а здесь требуется решение корабельщика. Можно забрать чертежи с собой?

– Нельзя. Изучайте их сколько угодно, но только в стенах этой комнаты.

Насупившись из-за этого запрета, Эрикссон задумчиво потер подбородок.

– Ладно, могу и так. Но еще один вопрос: флот, что поплывет вверх по этой реке, – он будет речной?

– Нет, ему придется пересечь океан, чтобы добраться до устья реки.

– Тогда ладно. – Эрикссон встал. – Я покажу вам, как это можно сделать, через неделю, когда буду демонстрировать свой новый стог сена.

– Танк.

– Стог ли, танк ли – все это чушь. – Он двинулся к двери, но на полпути обернулся: – К тому времени я смогу показать вам, как подавить эти орудия. Над идеей я уже начинал работать. – И вышел, с шумом захлопнув за собой дверь.

– По-твоему, он справится? – поинтересовался Грант.

– Если не справится, то уже во всем мире не сыскать такого, кому это по плечу. Он мыслит по-новаторски. Не забывай, именно его «Монитор» навсегда преобразил искусство морского боя.

А по ту сторону Атлантики разыгрывались куда более заурядные события. В Дуврский порт только что прибыл паровой пакетбот из Кале, без каких-либо приключений пришедший через Английский канал из Франции. Альберт Нуаро – всего лишь один из множества пассажиров – сошел по трапу и ступил на английскую почву.

Большинство пассажиров спешили сесть на поезд до Лондона. Но у некоторых, как у мсье Нуаро, имелись дела в здешнем порту. Судя по всему, он приехал ненадолго, потому что не взял с собой никакого багажа. А заодно он вроде бы и никуда не торопился, в прогулочном темпе шагая вдоль причалов. Время от времени он останавливался поглазеть на корабли, а иногда рассматривал склады и здания, обращенные фасадами к порту. Одно из них заинтересовало его в особенности. Рассмотрев гравированную табличку на двери, он двинулся дальше. У следующего поворота остановился и огляделся. Насколько он мог судить, его никто не замечал. Улучив момент, он бросил взгляд на клочок бумаги, добытый из кармана, и неспешно кивнул. Действительно, то самое название, что ему велели искать. «Тринити-хаус». Вернувшись, он вошел в паб, расположенный в смежном здании. «Бочонок и подзорная труба». Tr`es naval. [27]

Пришелец заказал пинту пива на хорошем английском – хотя и с сильным французским акцентом. Его французский был абсолютно безупречен, он прожил во Франции много лет и давным-давно похоронил Михаила Шевчука под новой личиной – но никогда не забывал, кто его господа.

Завести разговор в баре было совсем нетрудно. Особенно благодаря необычайной щедрости, когда подходила его очередь заказывать на всех. К вечеру он успел переговорить с рядом лоцманов из Тринити-хаус и узнать все, что хотел. Им он представлялся любезным агентом французских торговцев корабельными снастями и провиантом с туго набитым кошельком.

Лоцманы дружелюбно покричали ему вслед, когда он поспешил на вечерний пакетбот, чтобы вернуться во Францию.

Год 1865-й окончился пренеприятнейшей зимой. Столь холодного декабря – с бесконечными метелями и морозами – не выдавалось уже много лет. Замерз даже Потомак. Неустанные юридические и дипломатические нападки британского правительства на американцев малость поутихли, когда лорд Пальмерстон, так и не оправившийся после удара и переваливший уже за восьмой десяток, простудился и после непродолжительной болезни скончался в октябре. Лорд Джон Рассел покинул пост министра иностранных дел, чтобы сесть в кресло премьер-министра вместо него. Политика правительства осталась прежней, и хотя во время формирования нового правительства Соединенные Штаты получили кратковременную передышку, давление на них оставалось неизменным до весны 1866 года.

Вторая отсрочка возникла в декабре 1865 года, когда скончался король Леопольд Бельгийский. Его посредничество немало способствовало трудным переговорам между обеими странами. Его сын унаследовал трон как Леопольд II, но никогда не отличался дипломатическими дарованиями отца. Разногласия и противостояние не ослабевали, но прямого военного конфликта все еще удавалось избежать.

Линкольн сдержал обещание, выиграв время, испрошенное генералом Шерманом. Угодить взыскательному и педантичному Шерману было трудновато, но к марту 1866 года он счел, что сделал все возможное для подготовки страны к войне. Не просто участия, а для победы в ней. В сырой и ненастный день он встретился с генералом Грантом и адмиралом Дэвидом Глазго Фаррагутом в сталелитейных и кораблестроительных мастерских Эрикссона в Ньюпорт-Ньюс.

– Вы еще не видели новые морские батареи? – поинтересовался адмирал Фаррагут, отхлебнув бренди. Они ждали Эрикссона в его кабинете, но инженера, как обычно, задерживали дела где-то на огромном заводе.

– Нет еще, – ответил Шерман, – и жду их с большим нетерпением. От этих батарей зависит исход сражения. Зато я осмотрел в гавани новые транспорты и более чем доволен ими.

– Мне внушают опасения эти аппарели в бортах, – хмуро сдвинул брови Фаррагут, – да еще и выходящие на разных уровнях. Они нарушают целостность корпуса.