Чтение онлайн

И ведь вчера, в том злачном заведении, он прекрасно знал, кто я такая! Наблюдал за моим смятением, зубоскалил, даже жестом предложил присоединиться к разврату! О Боже, какой позор! Я в тот миг готова была провалиться сквозь землю от унижения…

А теперь этот нахал является в мои покои, как ни в чём не бывало? Врывается без стука, откровенно пялится, фамильярничает? Уж не издевается ли?

В голове не укладывалось, как тётушка могла нанять подобного субъекта. Неужели не знала о его репутации? Или, не дай бог, потворствовала его непотребным занятиям?

— Вы?! Управляющий тёти Беатрис? — выдавила я, борясь с подступившей дурнотой. — Но… как такое возможно? Вы знали, кто я, но вместо помощи… унизили меня своим непристойным предложением!

Щёки вспыхнули при одном воспоминании о вчерашнем унижении и я обхватила себя руками.

Марко лишь криво ухмыльнулся, ничуть не смутившись.

— Синьорина, поверьте, палаццо — лишь часть моих обязанностей. У вашей тётушки был широкий круг интересов. А вчерашнее приветствие… Всего лишь шутка, синьорина. Своего рода проверка. Хотел убедиться, насколько вы выдержанны… и любопытны.

— Да как вы смеете! — задохнулась я от негодования. — Издеваться над порядочной девушкой, ставить меня в унизительное положение! Никогда в жизни не чувствовала себя настолько оскорблённой!

Голос мой дрожал и срывался от обиды и смятения. Какая же я глупая — поверила уговорам тётушки в письме! Теперь расхлёбывай последствия…

Марко, казалось, лишь забавляла моя тирада. Снисходительно улыбнувшись, он небрежно пожал плечами.

— Не стоит так драматизировать, cara. Венеция — не чопорный Лондон, здесь свои порядки.

С этими словами он извлёк из-за пазухи кожаную папку и швырнул её на столик рядом с подносом.

— Что это? — нахмурилась я, кивнув на злополучную папку.

Марко закатил глаза и фыркнул, всем своим видом давая понять, как я его утомляю.

— Всего лишь документы на наследство. Как я понимаю, после вчерашнего представления вы жаждете поскорее избавиться от подобного подарочка. Что ж, подпишите отказ — и можете паковать чемоданы. Возвращайтесь в свою благопристойную туманную обитель.

Его голос сочился ядовитой насмешкой пополам с презрением. Его наглые инсинуации привели меня в бешенство. В груди вскипела волна праведного гнева. Да что этот хлыщ о себе возомнил?! Я, Элизабет Эштон, буду плясать под его дудку, трусливо сбегу при первой же трудности? Ну уж нет!

Выпрямив спину и вздёрнув подбородок, я процедила:

— Не дождётесь, синьор Альвизе! Не думайте, что я позволю помыкать мной, да ещё и столь вульгарно! Извольте не торопить меня с решением. Я приехала узнать правду и сделаю это! Даже если придётся терпеть ваше возмутительное присутствие.

Выпалив эту отповедь, я застыла в ожидании реакции, сама дивясь собственной дерзости. Но Марко лишь хмыкнул и смерил меня долгим, испытующим взглядом. Будто пытался проникнуть под кожу, в самую душу.

— О, значит, вы не желаете отрекаться от этого вертепа порока и греха? — протянул он, делая шаг ко мне. — Любопытно, не правда ли, Элизабет?

Я невольно скользнула взглядом по его лицу, отмечая резкие черты. Точёный нос с горбинкой, волевой подбородок, властный излом бровей. А эти губы — чувственные, порочные, созданные для греховных поцелуев и обжигающего шёпота.

Он был до неприличия хорош собой и прекрасно об этом знал. Уверена, разбил не одно девичье сердце одним своим дьявольским обаянием.

Моё внимание привлёк крупный бриллиант в его ухе, сверкающий холодным огнём. Эта деталь лишь подчёркивала едва уловимую угрозу, исходящую от Марко. Словно хищник, клеймивший свою территорию роскошью и блеском.

Чёрный сюртук идеального кроя обтягивал его широкие плечи, струился по мускулистому торсу, точно вторая кожа. Серебряная вышивка на груди вилась причудливым узором, гипнотизируя и завораживая. В вырезе воротника виднелась полоска загорелой кожи, будя в моём воображении совершенно неподобающие картины.

Смутившись собственных мыслей, я попятилась, чувствуя, как его близость и аромат пробуждают во мне странное волнение.

— Я… я не то имела в виду, — пробормотала я, пытаясь совладать с мыслями. — Но вы не вправе распоряжаться моим наследством!

— Вашим наследством? — переспросил Марко, вскинув бровь. — А вы уверены, что знаете, что именно вам досталось, дорогая Элизабет?

— Объяснитесь, синьор Альвизе, — потребовала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — И немедленно!

Марко усмехнулся, но в его глазах мелькнула искра раздражения.

— Послушайте, синьорина Эштон, — сказал он, доставая из внутреннего кармана сюртука конверт, — будем откровенны. Вы — чопорная англичанка, которая совершенно не вписывается в жизнь Палаццо Контарини. А я — человек, который знает, как управлять этим… скажем так, предприятием.

Он распечатал конверт, и я увидела толстую пачку банкнот.

— Вот что я вам предлагаю, — продолжил Марко, небрежно помахивая деньгами перед моим лицом. — Вы подписываете бумаги, передаёте мне Палаццо, а взамен получаете эту сумму. Поверьте, её достаточно, чтобы безбедно жить в Лондоне и забыть о существовании Венеции.

Я почувствовала, как кровь прилила к щекам. Возмущение обуяло меня с новой силой.

— Вы… вы пытаетесь подкупить меня? — воскликнула я, отступая на шаг. — Как вы посмели! Я не продаюсь, синьор Альвизе!

Марко закатил глаза, явно теряя терпение.

— Не будьте наивной, синьорина. Вы понятия не имеете, во что ввязываетесь. Палаццо Контарини — это не просто дом, это…

— Мне всё равно, что это! — перебила я его. — Это наследство моей тётушки, и я не позволю вам его украсть!