Чтение онлайн

— Всё не так! — прошипел Калган, не скрывая раздражения. — Я, когда его пытал, постоянно смотрел на характеристики, чтобы знать, сколько здоровья осталось, так вот там был указан наш клан и наш альянс!

— Может, — ответил Лапыгин. — Хотя ему в таком состоянии желательно этого не делать. Силы у него на исходе. Но вы ведь меня не послушаете, даже если я попрошу дать нам немного времени на то, чтобы хоть раны закончить обрабатывать.

Калгану действительно обрабатывали раны. Точнее, это делала медсестра и обрабатывала она поверхностные раны. А врач заканчивал накладывать шов на одну из ножевых.

— Вы понимаете, что он сейчас сказал? — обратился я к Генриху и Сибиряку.

— Калган! — я постарался говорить максимально понятно. — Возможно, он случайно что-то важное сболтнул, а ты не заметил. Просто постарайся сейчас вспомнить абсолютно всё, что он говорил! Возможно, какое-то слово, которое ты посчитал ерундой, окажется очень важным! Прошу тебя, вспомни всё до последнего слова!

В этот раз все уставились на меня.

Едва за ним закрылась дверь, я обратился к своим блатным друзьям:

— Ну что ж, всё не так уж и плохо. Если не считать, что где-то у нас под боком Шаман сидит. Но об этом мы подумаем утром. Я действительно уже ничего не соображаю. Надо хоть немного поспать. Но прежде нужно рассказать о Шамане Смолякову, пусть усилит посты по периметру. И, кроме него, больше пока никому не стоит говорить. И Калгану надо охрану поставить хорошую.

Калган широко улыбнулся, довольный, что его так своеобразно похвалили и сказал:

— Буду! — ответил Арбатов и покинул палату.

Калган широко открыл глаза, а Генрих и Сибиряк аж дёрнулись. Мирон усмехнулся, а я продолжил:

— Гвоздь… — прошептал раненый.

— Ты выживешь! Ты и не такое переносил. Хотя пописали тебя от души. Кто это сделал?

— Не послушаем, — согласился я.

— Поясни! — немного растерянным голосом произнёс Генрих.

— Нет, спасибо! Теперь выздоравливай скорее, и ждём тебя в штабе, работы много впереди.

— Жив бродяга! — радостно воскликнул Генрих, едва мы вошли.

— Не будешь! — неожиданно сказал врач, пытающийся всё это время оказывать Калгану помощь. — Если сейчас не прекратишь напрягаться и разговаривать, ни орком, ни человеком, никем не будешь! Не знаю, что у тебя сейчас по характеристикам со здоровьем, я их видеть не могу, но по факту, ты на волоске от того, чтобы не отправиться в ближайшее время за этим вашим Гвоздём!

— Не ты один, — добавил Генрих.

— Красные, суки, — ответил вместо Калгана Сибиряк. — Кто же ещё?

— Про Шамана повтори! Что он про Шамана говорил?

— Ну типа он лучший, раз выполнил квест.

— У него на теле было слишком много ран! Причём довольно жутких, — я с подозрением посмотрел на Калгана. — Ты хочешь сказать, что это всё один сделал, будучи раненым?

— Легко, — Мирон встал с кровати. — Незаметно это надо сделать?

— Как ничего?

Видимо, очень мы достали доктора, раз он решился на такую тираду. Сибиряк сразу же попытался объяснить последователю Гиппократа, что с уважаемыми людьми так разговаривать нельзя, но Генрих, это дело пресёк на корню. Действительно, мы уже узнали достаточно, и дальше мучить Калгана — означало подвергать его жизнь необоснованному риску.

— Так, я его пытал, — искренне ответил блатной. — Когда понял, что красных не догнать, не стал добивать крысу. Решил узнать, на кого работает.

— Шаман до сих пор на Точке, — уточнил более сообразительный Генрих.

— Ну я же сказал, типа Шаман выбрал его и дал квест, а он Шамана не подвёл.

— Тихо! Тихо! Угомонись, Калган! — Генрих попытался успокоить товарища. — Не трать силы! По теме базарь! Хоть что-то же он тебе сказал?

— Насколько я понимаю, друг друга они видят орками, — ответил я.

— Если это случится, ты не пропустишь. Во-первых, придёт уведомление, а во-вторых, сильно поменяется интерфейс. Но в любом случае это не страшно. Выздоравливай!

Калган облегчённо выдохнул, а Генрих и Сибиряк улыбнулись.

— Вот так. Фуфло пихал, типа это его задание, и он должен был помочь братьям по крови. Сука! — лицо Калгана перекосилось. — Мы с братвой ему больше не братья. Шестерил на красных крысёныш…

— Скажи, Калган, — спросил я раненого. — А почему на теле Гвоздя было столько ран?

Калгану тем временем медсестра начала ставить капельницу, и он замолчал. Мы с Генрихом переглянулись. Вид у моего товарища был исключительно озабоченный, он явно, как и я, уже прикидывал, что нам необходимо сделать, чтобы вычислить и поймать Шамана.

— Тут не переживай, — обратился ко мне Генрих. — Как Калган умеет пытать, так там не каждый сможет со стороны смотреть.

Но всё же, на душе у меня было неспокойно. Вроде и доверял я Калгану в нынешней ситуации, но хотелось убедиться в правдивости хотя бы некоторых его слов. И возможность такая имелась, поэтому я поспешил ею воспользоваться. Попросив товарищей подождать меня у Калгана, я побежал к Арбатову.

— Он не орк! — перебил меня Арбатов. — Может, завтра он им и станет. Но сейчас он человек.

— Сейчас я уже не могу, — грустно пошутил я. — Сил уже почти нет. А вот к обеду ждём.

— Ещё могу чем-нибудь помочь?

— Он орк с Южной Точки. Стал им несколько дней назад. Его хотели сломить, пытали, накладывали заклятия, но ничего не сработало. Потому что он не хотел предавать своих товарищей. Мы не исключаем, возможно, есть какие-то совсем сильные заклятия, которые могут причинить ему вред, но сейчас речь не о том. Калган, я хочу, чтобы ты знал, даже, если ты орк, то это ещё ничего не значит!

Он отрицательно покачал головой и ответил:

— Просьба есть небольшая. Посмотри одного человека, есть подозрения, что он орк. А мы ведь это никак проверить не можем.

Калгану было очень трудно говорить, но он всё ж нашёл в себе силы и прошептал:

— И он где-то совсем рядом, — добавил я.

— Я же не жрец.

— Шаман дал Гвоздю задание помочь свалить красным, — ответил Сибиряк.

— Я так и думал, — Лапыгин вздохнул. — Постарайтесь хотя бы не очень долго. И халаты наденьте, у него раны открытые, их сейчас, как я уже сказал, обрабатывают.