Чтение онлайн

Он указал на бокал, который в этот момент держал второй бармен. В высоком тонком бокале плескалась бледно-серая жидкость, в которой клубилось нечто, похожее на туман.

– На вашем месте я бы не стал брать «Призрачную воду», – заметил сидевший слева от нее мужчина, поворачиваясь плечом к бару. – Это просто гремучая смесь. Но себе я возьму.

Дженнер инстинктивно подняла взгляд, потому что сосед серьезно покусился на ее личное пространство, и обнаружила, что находится всего в нескольких дюймах от пары внимательных голубых глаз. На мгновение мир застыл, сердце бешено застучало в груди, а в животе что-то ухнуло. Она торопливо потупилась, прячась от пристального взгляда. Мужчина сидел так близко, что она чувствовала жар его тела, а его грудь почти касалась ее плеча. По нервам прокатилась запоздалая тревога. Дженнер не нравилось, когда ее касались незнакомцы, не нравилось, когда к ней подбирались так близко, особенно высокие и атлетически сложенные мужчины. Она попыталась отодвинуться, но возле стойки собралась такая толпа, что отпрянуть подальше без применения физической силы было невозможно.

– Одни «Качели» и одна «Призрачная вода», принято, – произнес бармен и отвернулся, чтобы смешать коктейли.

Дженнер вперилась в пространство перед собой, не желая снова встречаться глазами с непрошеным собеседником. Клеился он к ней или просто хотел выпить в переполненном баре? В любом случае она сейчас не может позволить себе отвлекаться. Теперь ее поле зрения оказалось закрыто с обеих сторон, и Дженнер не видела, что происходит вокруг, а разговоров доносилось так много, что она не различала, ругается ли кто-то поблизости. Как только будет готов коктейль, надо найти какой-нибудь укромный уголок и перебраться туда.

– Вы здесь одна? – поинтересовался сосед. Из-за тесноты он говорил почти ей в ухо, и Дженнер чувствовала на щеке его теплое, приятное дыхание.

– Нет, – ответила она, потому что так и было. Хоть она и сидела в одиночестве, за ней наблюдали по меньшей мере четверо. Она не поднимала взгляд от барной стойки.

– Жаль, – заметил незнакомец. – Как и я.

В его голосе слышались такие глубокие интимные нотки, что Дженнер против собственной воли опять посмотрела ему в глаза. И душа опять ушла в пятки. Дженнер видала и более привлекательных мужчин, но, черт возьми, ни один из них не источал такой мужественности. И больше всего сбивало с толку то, что незнакомец ничем особо не выделялся. Высокий, но не слишком, мускулистый, но не перекачанный. Короткие темные волосы, голубые глаза и намек на вечернюю щетину на волевом подбородке. На нем были черные брюки и белая шелковая рубашка с закатанными по локоть рукавами, но даже в этой простой одежде он выглядел элегантнее всех присутствующих мужчин, хотя те вовсе не грешили отсутствием вкуса. В целом он смотрелся чертовски привлекательным, но дело было скорее в его харизме, чем в какой-то отдельной внешней черте.

Бармен поставил перед ними напитки. Обрадованная вмешательством, Дженнер потянулась за корабельной пластиковой картой, но сосед опередил ее, подав бармену свою со словами «Плачу за оба».

– Разумеется.

Теперь придется снова взглянуть на него, а ведь как не хочется. Она устремила взгляд на нос собеседника, потому что его глаза слишком выбивали из колеи.

– Благодарю. – Она постаралась сохранить максимально нейтральный тон.

– Не за что, – ответил незнакомец, потянувшись мимо нее к бармену, чтобы забрать карточку.

И в этот момент корабль слегка качнуло влево. Это было первое движение лайнера, которое ощутила Дженнер, но и его оказалось достаточно, чтобы лишить равновесия нескольких пассажиров, уже хвативших лишку.

Справа началась суматоха, раздался вскрик, внезапно сосед подался вперед и уперся руками в стойку с обеих сторон от Дженнер, как щитом, заслоняя ее своим телом. Он выдохнул с легким «уф!», когда кто-то потеснил его, и на мгновение прислонился грудью к спине Дженнер так, что ее голова оказалась прижата к его плечу.

– Прошу прощения, – произнес мужчина в унисон с еще чьими-то извинениями и отодвинулся.

– Сволочь! – послышался нетрезвый женский голос, дрожащий от злости. – Я все видела! Ты даже за выпивкой не можешь сходить, не облапав какую-нибудь бабу!

Дженнер осторожно оглянулась. Прямо за их спинами стояла фигуристая брюнетка с экзотическими миндалевидными глазами. Она вырядилась в обтягивающее красное вечернее платье, подол которого заканчивался буквально несколькими сантиметрами ниже пятой точки, а ноги на высоченных каблуках заметно покачивались – то ли от движения теплохода, то ли от количества выпитого алкоголя. Брюнетка уставилась на Дженнер, объемные свисающие серьги засверкали, когда она вскинула голову.

Дженнер почувствовала, как незнакомец вздохнул, как поднялась и опустилась его грудь.

– Ты пьяна и привлекаешь нездоровое внимание, – тихо сказал он. – Давай вернемся за наш столик.

Мужчина, который недавно оступился и чуть не повалился на Дженнер, огляделся, моргая и будто бы пытаясь уловить смысл ситуации. Его трезвости хватило, чтобы выговорить:

– Не, это я виноват...

– Я сама знаю, что видела своими глазами! – резко бросила скандалистка, не обращая внимания на невнятные слова и подступая к незнакомцу, спасшему Дженнер от падения со стула. – Понять не могу, зачем ты вообще меня пригласил...

– Я тоже, – его голос был жестким и угрюмым. – Но с каждой минутой жалею об этом приглашении все больше и больше.

– А это легко исправить! Забирай свои манатки и проваливай, ублюдок! – выкрикнула брюнетка, и по ее щекам потекли ручейки разбавленной слезами туши. Все больше народу замолкали и оборачивались полюбоваться на спектакль, и Дженнер ощутила себя пассажиром терпящего крушение поезда без всякой надежды на спасение.

Она в отчаянии огляделась, надеясь ускользнуть.

Незнакомец наклонил голову, его лицо стало напряженным.

– Сомневаюсь, что ты можешь выгнать меня из моей собственной каюты, Тиффани, но знаешь что? Забирай ее себе, потому что лучше уж я буду спать в прачечной, чем проведу еще хоть минуту в твоей компании.

Тиффани!

Боже! Страшное озарение ледяным душем обрушилось на Дженнер. Это был Кэйл.

СЦЕНА СТАНОВИЛАСЬ ВСЕ СКАНДАЛЬНЕЕ И БЕЗОБРАЗНЕЕ.

Лицо Тиффани побагровело, она принялась выкрикивать бесcвязные оскорбления. Кэйл не отвечал. Ему и не требовалось ничего говорить. Выражение лица было достаточно красноречивым: Кэйл смотрел на вопящую брюнетку как на мерзкое насекомое. Ошеломленная Дженнер Редвайн застыла от ужаса на барном табурете бок о бок с ним.

До того как прозвучало имя «Тиффани», Дженнер выглядела лишь слегка смущенной, невольно оказавшись втянутой в шумную ссору. Кэйл пристально следил за соседкой и уловил точный момент, когда та связала концы с концами и поняла, кто он такой. Она действительно не подозревала его вначале. Он счел излишним предупреждать ее об изменениях в сценарии, потому что хотел добиться более правдоподобной реакции, хотел застичь ее врасплох. И это удалось.

Вот только Дженнер Редвайн оказалась не единственной, кто был застигнут врасплох.