Чтение онлайн

Они остались одни. Без света, без оружия.

– Кто старший по званию?! Кто старший по званию офицер?! – негромко спросил кто-то. – Давайте представимся!

В душной темноте кладовки один за другим раздавались голоса, называли имя и личное звание. Дошла очередь и до полковника.

– Полковник Реза Джавад! – сказал он.

Судя по тому, что он слышал до этого, никого старше по званию в комнате не было.

– Полковник, подойдите сюда! – крикнули из темноты.

Спотыкаясь о чьи-то ноги, полковник побрел вперед.

– Мы здесь. Садитесь у стены.

Стена была холодной и сырой. Контраст с установившейся в столице августовской жарой. Лиц собеседников видно не было.

– Я майор САВАК Али Бахонар, рядом со мной – майор Реза Мосальман. Вы полковник Джавад, вы вчера были на параде, верно?

– Верно… А вас там не было?

– Нет. Мы не обеспечивали это мероприятие. Что произошло на параде?

– Спросите у кого-нибудь другого, – буркнул полковник.

– Мы спрашиваем у вас, – голос незнакомца стал требовательным, – вы забыли о субординации, полковник?

– Да пошел ты, – от всей души воскликнул полковник Джавад, – сын собаки! Где ты был вчера? Где вы все вчера были, падаль! Это все из-за вас! Если бы вы взяли под контроль арсенал и доставили нам боеприпасы – ничего подобного бы не произошло. У меня на площади было восемьдесят танков! Восемьдесят танков, ты, сукин сын! И ни в одном из них не было ни единого снаряда! Зато там были такие, как ты, которые, вместо того чтобы контролировать этих долбаных мусликов, контролировали нас, военных. Угроза режиму, мать твою! Если бы мне вовремя доставили боекомплект, сейчас бы здесь сидели эти аллахакбары, а не я! Пошел вон, сын шакала, грязный маниук!

Кулак прилетел из темноты, но полковник уклонился и вмазал наугад в ответ, кулак вошел во что-то упругое, мягкое, ответный удар тоже достиг цели, но рядом уже был кто-то и еще, и еще… они пинали что-то невидимое в темноте с гулким хеканьем, с криками… потом кто-то потащил его за руки… а в темноте продолжалась драка.

– Вы в порядке, господин полковник?

Полковник сплюнул куда-то рядом – губа была разбита и грудь болела… но его и до этого сильно избили, а потом гвардейцы ехали к стадиону, пленников положили на пол машин и поставили на них ноги… хуже этого уже ничего не могло быть…

– Твари… – сказал кто-то, присев рядом, – только распоряжаться могут, грязные твари. Просрали страну…

Голос был знакомым.

– Ты кто?

– Не узнал? – мрачно усмехнулись из темноты. – Багаутдин я. Майор Качауи.

– Майор… Что вы здесь делаете?

– То же, что и все. Мы же придворная часть, твою мать… – Военные говорили по-русски, потому что все закончили русское училище. – Как только началось… командир послал две группы, приказ – прорваться в расположение русских, выяснить, что там происходит, и договориться о совместных действиях. Там, вообще-то, три группы были, но одну сожгли целиком при прорыве. По нашим казармам из «Шмелей» били.

– Из «Шмелей»? – недоверчиво спросил полковник. – Их же даже у нас не было.

– Или из чего-то подобного, я не видел. Ираки и всю его группу сожгли, но нам вырваться удалось… у казарм уже бой шел вовсю.

Майор Качауи был сородичем полковника – выросли в одной деревне на севере, на каспийском побережье. Отцы вместе ходили за рыбой на стареньком траулере. Потом Качауи перешел из армии в Гвардию Бессмертных с большим повышением, с тех пор они общались мало, потому что офицеры из Гвардии Бессмертных не имели права общаться с армейскими офицерами, с теми, мятеж которых им, возможно, придется подавлять.

– Кто вас штурмовал? У вас же укрепленные позиции.

– Не знаю. Профессионалы… там снайперы были. С крупнокалиберными винтовками. Огнеметы… очень скоординированный огонь, гражданские так не стреляют.

– А в городе что?

– А хрен его разберет… толпы на улицах… оружие, еле прорвались.

– Танков не видел?

– Нет. А вы что?

– Мы на площади стояли. Парад, мать его. Ни единого патрона, ни единого снаряда. Потом мои же… этим выдали, часть офицеров тоже, часть с ними уже.

– Значит, у них есть уже и танки, – оптимистично определил Качауи.

– А ты куда доехал?

– Почти до Мехрабада. Там русские… нас на дороге грохнули… у аэропорта бой идет, русские держат аэропорт и отбивают попытки этих захватить его…

Помолчали, переваривая новость. С давних времен русские считались здесь окончательной силой, той, что раз и навсегда устанавливает порядок, об этом старались не говорить вслух, но так оно и было. Если русские держат аэропорт… то рано или поздно они начнут переброску в страну десантных дивизий. Если эти… «правоверные» даже будут сопротивляться, все равно русские победят, потому что у них есть боевые самолеты, а это удесятеряет их силы. Возможно, высадка уже начата, а морская пехота высаживается на побережье, в приморских городах. Если это так… то последние очаги сопротивления подавят примерно через неделю, вот только их самих уже не будет в живых. Гремевшие за стеной нестройные залпы лучше всего говорили об этом…

– И ты что, цел остался? – неверяще спросил полковник.

Вместо ответа из темноты высунулась чья-то рука… схватила его руку. Он ощутил что-то липкое под пальцами…

– Когда машину нашу накрыли попаданием… я уже дверь распахнул, собрался прыгать. Взрывом меня наружу выбросило… отделался контузией и легкими осколочными. Эти… расстрелять хотели, потом все-таки сюда отправили… там, среди тех, кто осаждает русских, не только персы и эти… есть англоязычные белые… они и командуют. Если бы не они… расстреляли бы меня.

– Кто вас?

– А черт его знает?.. Может, и русские, там у аэропорта мертвая зона… похоже, у них гаубицы есть… с беспилотников корректируют.

Но им это уже никак не поможет.

– Что делать будем? – спросил Джавад.

– Тише… – шикнул майор. – Муртаза! Муртаза, подойди сюда.

В темноте появился еще один человек, его не было видно, его присутствие просто ощущалось…

– Это Муртаза. Из десанта.

Майор наклонился прямо к уху полковника.

– У Муртазы есть нож, – прошептал он.