Шрифт:
Пролог
На поляне, пестрящей многочисленными цветами, летали большие бабочки: крылья переливались перламутром, как морские раковины под солнечными лучами. Слышался звенящий смех, будто маленькие колокольчики. Внезапно небо цвета ранней сирени потемнело, и на нефритовую поляну упали первые крупные капли. Бабочки испуганно заметались, прячась в самые крупные цветочные головки, быстро закрывающиеся в предчувствии бури. И она не заставила себя ждать. Небо уже стало цвета поздней сирени, полыхая малиновым заревом, окрашиваясь в багровые цвета. Дождь усилился, молотя по нежным лепесткам. Загрохотало, как будто, где–то разбушевался вулкан. Рваные молнии раскололи небо в разных местах. Одна из бабочек самая изящная с перламутровыми крыльями, отдающими изумрудным отливом, замешкалась и не успела спрятаться. Все цветы захлопнулись, как двери в дома, прячась от непогоды. В центр поляны ударила прыткая молния, безжалостно уничтожая множество цветов со спрятавшимися в них бабочками. Смертельный миг и молнии, будто взбунтовались, ударив по поляне, ещё несколько раз в разных местах. Былой звонкий смех сменился воплями и стенаниями. Погибли все бабочки, кроме той, что успела спрятаться, которая так и продолжала метаться из стороны в сторону. «Король луга, спаси меня! Что же это за беда? Почему осень началась в этом лесу так внезапно? Подруги? Где вы? Что с вами?»
Но ей никто не отвечал, отчаянье захлёстывало нежную душу. Крылья трепетали совсем уже слабо. Дождь безжалостно бил по ним. Бабочка упала на землю, и устало закрыла глаза.
Глава 1. Лесной дух
В окно уютного трёхэтажного дома, в восточном стиле, находящегося в зарослях, постучал симпатичный зверёк в виде белоснежного котёнка с очаровательными крыльями, будто усыпанными лунным блеском.
– Чего ты испугался? Дождь с молниями? Это не ново в нашем лесу, – лесной дух распахнул окно и впустил чудо – зверька.
– Там… мяу… там… – доверчивые глаза смотрели на хозяина, всегда такого ухоженного и вкусно пахнущего какими–то поздними ягодами, свежестью и осенними листьями.
– Отдышись, что там? – бровь мужчины приподнялась.
– Молния убила всех бабочек, – выпалил зверёк.
Миловидное лицо духа посерело, на щеках образовались тонкие орнаментные серебряные рисунки – признак волнения.
– Откуда они взялись в нашем лесу? – схватил жилетку, вышитую лесными нимфами золотыми нитями в виде осеннего орнамента и выскочил наружу, сбегая по ступеням, также увитыми по краям цветами побитыми дождём.
Зверёк прыгнул за ним, на ходу выпалив:
– Они прилетели с поля. Резвились в твоих цветах в альмении.
Лесной дух взлетел и в мгновение ока преодолел огромное расстояние от дома до той поляны. Зверёк то бежал, то летел вровень с ним и показывал дорогу. Разбушевавшийся ветер унёс молнии, будто в кармане, как хмурый старец, собирающий проказников – мышей. Дух остановился на поляне, с тревогой оглядел, глаза потемнели, как небо перед штормом, и увидел побитые цветы. Наклонился, взял одну ультрамариновую головку с бархатными краями, как бахрома, заглянул внутрь – мёртвая бабочка, бывшая когда–то яркой красавицей.
– Жаль, глупые девчонки.
Внезапно раздался слабый стон с другой стороны поляны.
– Помогите…
Дух вместе со зверьком оглянулись, ища глазами, откуда тот исходил. Голос явно принадлежал бабочке – тонкий и звенящий, как трель молодого соловья.
– Драго, ищи её.
Зверёк вприпрыжку побежал по поляне, подёргивая пушистыми лапками от налипающей грязи, и вскоре нашёл живую бабочку, лежащую на земле.
– Она здесь! Совсем юная ещё.
Дух подошёл и бережно взял её в руки.
– Глупая, зачем вы же сюда прилетели? Погода ещё с утра портилась, тем более у нас лето бывает всего несколько часов в моём лесу.
Она, ничего не ответив, потеряла сознание. Он отнёс бабочку домой и уложил в цветок, стоящий на столе.
– Что ты будешь с ней делать?
– Не знаю, я впервые сталкиваюсь так близко с духами–бабочками. Очухается и надо будет её домой отнести, только укутать хорошенько. У нас уже наступила глубокая осень. Она сама не сможет долететь от нас до своего летнего луга.
– Вряд ли она захочет теперь вернуться домой после гибели всех подруг. Бабочки такие самоотверженные, ещё надумает тоже погибнуть здесь.
– Ты прав, они существа неадекватные, насколько я о них начитан.
(Библиотека у духа была огромной)
Ночь прошла спокойно. Дух уснул рядом, сидя за столом, уронив голову на стол. Драго, потёрся носом о его руки, покружился по столу, сложил крылья, и тоже уснул.
Рассвет.
Осеннее солнце слабо пробивалось сквозь многочисленные окна, будто пытаясь разбудить лесного духа. (Света было в доме много)
– Мрррр. Мяу, вставай.
– Что ты хочешь?
– Она… мяу… она…
Дух открыл глаза, потирая виски.
– Что опять? – потрепал его за ушами с милыми кисточками.
– Спасибо, – звенящий голосок внезапно врезался в его ещё сонное сознание.
Взгляд остановился на стоящей у стола девушки; нежной, хрупкой, будто летящей, белокурой с тонкими чертами лица, маленьким носом, пухлыми губами и невероятно выразительными глазами цвета утренней травы.
– Ты кто?
Она засмотрелась на него, на миг, потеряв дар речи. Таких красивых духов ещё никогда не видела. Бабочки – духи были тоже красивы, но совсем не такие. Этот молодой мужчина олицетворял все сразу компоненты мужской красоты, матовая бархатная кожа, высокие скулы, чувственные губы, узковатые глаза с пронзительно умным взглядом, сильные руки, крупный торс, бугристые мышцы, хорошо просматривающиеся под тонкой льняной рубашкой, вышитой осенним пейзажем.
– Чего молчишь как изваяние? Откуда ты тут взялась?
– Мррр, – Драго потёрся о его руку. – Это она.
– Кто она?
– Ба – боч – ка.
– Кто? – его глаза осмотрели её тонкий стан в лёгком полупрозрачном платье, по сути, мало что скрывающем. Тёмные соски и светло–волосяной треугольник отчётливо просматривались.
– Я самый юный дух из бабочек. Зовут меня Валия. Мне только сто лет.
– Теперь ясно, а остальные, которые прилетели с тобой в мой лес, тоже были такие же зелёные и неопытные?
– Все чуть постарше, а почему были? – нежный голос дрогнул.
– Потому что их нет больше в живых. Мой лес безжалостен к чужакам, даже таким красивым и милым как ты. Зачем вы прилетели сюда?
Она присела в стоящий рядом массивный стул с дубовой спинкой, закрыла лицо и разрыдалась.
– Хватит! Ненавижу женские слёзы. Отвечай, что вам вашего летнего луга не хватало?
Девушка открыла лицо, и он снова невольно залюбовался крупными влажными глазами, подсознательно переводя взгляд на соблазнительные губы.