Чтение онлайн

– Есть что-нибудь новое?

– Нет, – ответил Дронго, – пока ничего.

– Вы обещали, что у вас будет новая версия, – напомнил следователь.

– Пока ее нет. Я должен еще кое-что проверить.

– Зато у меня есть своя версия, – сказал Расим Галиб, – боюсь, что мне придется увезти с собой одного из ваших гостей.

– Кого? – спросил Дронго. – Кого именно вы подозреваете?

– Госпожа Джанашвили, – пояснил следователь, – она не могла так быстро вернуться, если была уже у ворот. Но она настаивает, что была именно там. Затем она вытерла отпечатки пальцев на карабине и выбросила его в бассейн.

– Кто вам об этом рассказал? – разозлился Дронго. – Самедов?

– Нет. Господин Квитко. Он даже рассказал нам, как прыгал за этим карабином в воду, чтобы достать его оттуда. А господин Самедов подтвердил его слова. Это очень серьезное преступление по нашим законам. Она уничтожила вещественные доказательства в виде отпечатков пальцев убийцы. Боюсь, что судья вынесет ей суровый приговор.

– Так нельзя, – растерянно произнес Дронго, – она сама не понимала, что делает.

– У нас такие законы, – резонно возразил Расим Галиб, – я ничего не могу сделать. Ее судьбу будет решать судья в Измире. Так что она поедет с нами.

– Но это неправильно. Она иностранка, и вы не имеете права арестовывать ее без консула Грузии, – напомнил Дронго, – в таком случае соблюдайте собственные законы.

– Где я смогу найти консула Грузии? – усмехнулся следователь. – Вы, господин Дронго, настоящий крючкотвор.

– Возможно, – согласился он, – и добавлю также, что вы обязаны обспечить ее переводчиком, иначе любой европейский суд признает ее арест незаконным.

– Что вы хотите сказать? – не понял следователь. – У нас есть переводчик.

– Верно. С турецкого на русский. Но этого мало. Она гражданка Грузии и имеет полное право потребовать, чтобы вы обеспечили ей квалифицированного переводчика в тюремной камере и на суде. При этом переводчик должен быть синхронистом и прекрасно знать оба языка. Если у вас нет такой кандидатуры, то не советую вам ее задерживать. Будет грандиозный скандал.

– Хорошо, – согласился Расим Галиб, – мы арестуем ее завтра. Или послезавтра утром, чтобы сразу передать дело в суд. И я уверяю вас, что до этого момента я найду переводчика и вызову сюда представителя посольства.

– Не сомневаюсь, – сказал Дронго, – а у меня появится лишний день, чтобы попытаться найти убийцу. И две ночи.

– Вы лучше послушайте моего совета, – неожиданно сказал Расим Галиб, – будет гораздо лучше, если вы все уедете отсюда и никогда больше здесь не покажетесь. Никогда, иначе вас сразу арестуют и осудят. Я не буду возражать, если вы завтра и улетите. Иногда такое случается, и мы не можем останавливать иностранцев. Вы правы. Мы должны арестовывать их в присутствии сотрудников консульства или посольства. Мы обязаны обеспечивать их квалифицированными переводчиками и содержать в камерах, напоминающих четырехзвездочные отели. Только у нас таких камер нет и не скоро будут. Поэтому будет лучше, если вы просто улетите. А я пойду оформлять запрос на вас в другие страны. Хотя уверяю вас, что никто и никогда не выдаст своих граждан, лишь подозреваемых в совершении преступления.

– У вас оригинальный метод решения всех проблем, – заметил Дронго.

– Зато очень действенный, – парировал Расим Галиб.

Дронго тяжело вздохнул. Один завтрашний день, подумал он. Нужно будет продумать и попытаться найти неуловимого убийцу, который так ловко всех одурачил.

Вечером все собрались за столом. Они были вместе уже третий день и успели надоесть друг другу. Каждый чувствовал, как нарастающее раздражение может вылиться в какой-нибудь неприятный инцидент или завершиться общим скандалом.

– Мы так и будем сидеть в этой тюрьме? – спросил Николай. – Когда нам наконец разрешат отсюда уехать?

– Следователь сказал, что завтра, – ответил Самедов, который хорошо говорил на турецком.

– А до завтра я снова должен спать на диване? – огрызнулся Николай. – Может, мы поменяемся местами? Вы ляжете на мой диванчик, а я поднимусь в вашу спальню?

– У меня двухспальная кровать, – напомнил Самедов, – вы можете подняться ко мне и устроиться рядом со мной.

– Нет уж, спасибо, – окончательно разозлился Николай, – только с мужчинами я еще не спал в одной постели. Давайте сделаем иначе. В больших спальных комнатах есть большие диваны. Может, мы принесем один такой диван вниз, и я нормально устроюсь. Нас четверо мужчин, и вы могли бы мне помочь.

– Только грузчиками мы еще и не работали, – развел руками Самедов, – вы видели, какие там диваны. Их невозможно вытащить. Мы просто не справимся. Будет лучше, если вы просто поднимитесь на второй этаж и устроитесь там на каком-нибудь диване. Я думаю, что Малика не будет возражать.

– Буду, – сказала Малика, – это неприлично.

– Может, тогда он пойдет к вам, Резо? – предложил Самедов.

– Это еще более неприлично, – возразил Джанашвили, – не забывайте, что я буду в соседней комнате вместе со своей супругой.

– Не нужно мне ничего, – недовольно решил Николай, – как-нибудь обойдусь.

– Завтра нас отсюда отпустят, – уверенно сказал Самедов, – нас ведь не арестовали. Просто попросили никуда не уезжать.

– А машину с офицерами полиции оставили для забавы, – напомнила Эка, – не говорите глупостей, господин Самедов.

В этот момент раздался телефонный звонок. Малика взяла трубку и передала ее Дронго.

– Это вас, – пояснила она, – господин следователь.

Он взял телефон и под взглядами всех остальных вышел из гостиной.

– Здравствуйте, – начал Расим Галиб, – мы все проверили. Вскрытие показало, что господина Максудова застрелили из карабина, который мы нашли рядом с бассейном. И у меня еще одна плохая новость. Вашего друга, кажется, хотели отравить. В крови господина Джанашвили нашли очень сильный наркотик. Если он не наркоман, то его явно хотели отравить. Или убить. Я не знаю, как точнее сформулировать.

– Я вас понимаю, – задумчиво сказал Дронго, – вы обещали, что сможете дать мне завтрашний день. Если вы не будете форсировать события, то я постараюсь как-то решить все проблемы.