В поисках Минотавра (сборник)

Это была обыкновенная коричневая папка, примерно с такой я более десяти лет назад ездил в институт. И ни одной живой души вокруг. Нельзя сказать, что она мне сразу не понравилась, но и особых симпатий не вызвала. Вряд ли там были деньги или еще что-нибудь интересное. И если бы она лежала не перед воротами моего гаража, я бы прошёл мимо. Но она, как назло, лежала именно перед воротами, и мне оставалось либо её поднять, либо проехать по ней колесом. Второе было непозволительным хамством, поэтому я её поднял. А, подняв, разумеется, заглянул внутрь. Там лежало несколько бумажных листов формата А4, исписанных ещё более неразборчивым, чем у меня почерком. В верхней части каждого листа был отпечатанный в типографии или на принтере текст:

Никаких допусков у меня, конечно, не было, но что-либо уничтожать, не говоря о том, чтобы куда-то звонить, я, разумеется, не стал.

Вместо этого я просто закрыл папку и отбросил подальше от собственных ворот.

А через пару недель появились они: двое крепких парней и молодая, высокая брюнетка чертовски сексуальной наружности: Высокая, стройная, с красивым властным лицом и средних размеров, но красивой формы грудью (она была без лифчика). На ней были джинсы, синяя блузка и босоножки на каблуках. Мужиков я не разглядывал. Они заявились часа в три ночи, открыли входную дверь своими ключами и ворвались ко мне в спальню. Короче говоря, когда я достаточно проснулся, чтобы более или менее адекватно воспринимать окружающую реальность, я уже сидел, привязанный к стулу, а во рту у меня был кляп. Громилы стояли за спиной, а красотка ходила передо мной по комнате, задумчиво вертя ручку в руках. А я злился, боялся и хотел ссать одновременно. Когда же я решил, что это будет продолжаться вечно, красотка остановилась, и, окинув меня взором, словно только что увидела, произнесла:

– Видите ли, Константин Георгиевич… – она глубоко вздохнула и ещё раз окинула меня взглядом, – не знаю, как лучше сказать, но вы поставили меня перед практически неразрешимой дилеммой, и я, право, не знаю, пристрелить вас сразу или попробовать договориться.

Разумеется, мне безусловно нравился второй вариант ответа, но кляп во рту лишал слова.

– Думаю, вы предпочитаете переговоры? – спросила, наконец, она, как будто в сложившейся ситуации у меня могли быть иные предпочтения.

В ответ я что было сил начал мотылять головой вверх-вниз и натужно мычать, дескать, да, чёрт возьми, да, и ещё раз да!!!

– Объясняю правила, – продолжила она, – мы разговариваем тихо и спокойно. Как только вы начнёте кричать, Кирилл разнесёт вам башку из пистолета. Так что если вас устраивает такая смерть, можете звать на помощь. Вам понятно?

Я повторил свой танец «да».

– Будете кричать?

На этот раз мне пришлось исполнить танец «Нет».

– Очень хорошо. Развяжите ему рот. Надеюсь, вы не станете отрицать, что вам знакома эта вещица? – спросила она, сунув под нос фотографию папки, когда кто-то из громил освободил мой рот от кляпа.

– Не стану, – признался я.

– И вы заглянули внутрь? Мы обнаружили на внутренней стороне и на бланках отпечатки ваших пальцев, – поспешила добавить она.

– Заглянул.

– И вы не уничтожили документы и не позвонили в органы госбезопасности, – осуждающе констатировала она.

– Я подумал, что это просто прикол, – попытался отмазаться я.

– А это никакой не прикол. И теперь вы – ненужный свидетель, да ещё и изменник Родины. Ну, зачем вам понадобилось читать документы?

– Да я их не читал. Там всё равно неразборчиво и непонятно.

– Хотите сказать, что вы ничего не поняли? – в её голосе появились нотки сочувствия.

– Да, – старясь произнести как можно убедительней, ответил я.

– А как вы думаете, шпионы, которые крадут документы, всегда разбираются в том, что крадут? Или им достаточно скопировать информацию и передать заказчику?

– Но я не шпион, я просто…

– Да, мы понимаем, – перебила она, – но инструкция есть инструкция, а по инструкции мы не можем оставлять вас в живых.

– Ну так стреляйте! Чего душу мотать! – не выдержал я.

– Разве что нам придётся принять вас на работу, – закончила она свою мысль, не обратив внимания на мою истерику.

– Что?!!! – её слова заставили меня усомниться в том, что я бодрствую.

– А что, мы примем вас на работу задним числом, а потом вкатаем выговор за халатное отношение к документам. Думаю, выговор лучше, чем пуля.

Я не верил своим ушам.

– Так вы согласны? – спросила она.

– А можно мне в туалет? – попросился я.

– Только если вы согласны.

– Я согласен. Вы даже не представляете, как я согласен!

– Вот и отлично. А теперь идите в туалет, а потом продолжайте отдыхать. Завтра, а точнее уже сегодня, часов примерно в девять, зайдёте по этому адресу, – она положила на стол визитку. – Вам понятно?

– Да, – ответил я, еле сдерживаясь, чтобы не обмочить трусы.

– Я буду вас ждать, – предупредила она.

Меня освободили от пут, и я смог, наконец, добраться до унитаза. Когда я вышел из туалета, их уже и след простыл.