Чтение онлайн

В салон вошел сухощавый, невысокий моряк, поздоровался и представился: «Старший штурман».

«Капитан прислал, чтоб не скучали», — понял Сергей.

Старший штурман заговорил. Немецкий язык Сергей знал получше английского, он понял, что моряк спрашивает, где в Риге филателистический магазин и как связаться с местными коллекционерами марок.

— Хочу обменяться марками. Не угодно ли взглянуть? Флора и фауна: видите — секвойя... Американский выпуск. А вот крокодил. Думаете, символ какого-нибудь африканского государства? Вовсе нет — марку выпустило княжество Монако! Не забавно ли? Маленькое княжество выпускает столько марок, что доход от их продажи составляет значительную часть бюджета государства.

У старшего штурмана было несколько серий марок на обмен. Ему очень хотелось приобрести советскую серию «Покорители космоса». Можно ли обмениваться марками в Риге? И где? Разумеется, не нарушая правил. Честный обмен — и никакого бизнеса.

«Чудак! — решил Сергей. — Марки и бизнес... Всюду у них бизнес!»

— А вот, взгляните, прошу! — у старшего штурмана даже лоб вспотел от волнения. — Очень редкая марка! Выпущена в 1903 году на острове Киттс-Невис, около Америки. Видите, Колумб рассматривает американский берег в подзорную трубу! Но трубу-то изобрел Галилей, который тогда еще не родился... — старший штурман рассмеялся, счастливый. — Курьез!

Вернулся капитан.

В иллюминаторы был виден Экспортный район порта. Глаузинь многозначительно взглянул на Сергея: «Пора!».

«Редер» подходил к причалу. Сергей встал. Наступает самый торжественный момент. Самый ответственный! Он, Сергей Ястребов, должен пригласить в свою страну иностранцев. Заезжих гостей. Ему опять вспомнились Брестская крепость, разговор с комиссаром в Москве... Чувствуя на себе взгляды Глаузиня, лейтенанта-пограничника, капитана, штурмана — теплые, настороженные, торопящие взгляды — он произнес торжественно и значительно:

— Государственная граница СССР открыта — добро пожаловать!

Глаузинь положил на рычаг телефонную трубку, протер очки:

— «Волоколамск» на подходе. Досмотр будем производить здесь, у причала.

Из окна дежурной комнаты были видны только стены портовых складов, но оба уже знали, что у всех причалов, насколько хватало глаз, стояли корабли.

— Где же он пришвартуется?

— Порт найдет место, — сказал Глаузинь. — Для героев найдет...

— Вольдемар Августович, они спасли в Северном море команду английского танкера, а мы их — досматривать... Неудобно как-то, — пожал плечами Сергей.

Глаузинь улыбнулся:

— Положено.

Они вышли.

На большой асфальтированной площадке поблескивали лаком новенькие «Волги», мощные МАЗы (такие чистенькие, аккуратные — в гости собрались!), тракторы «Беларусь». Громоздились ящики разных размеров — на них было написано: «Рио-де-Жанейро. Советская промышленная выставка».

Порт был забит судами. Балтика на время успокоилась. Мест у причала не было: «Волоколамск» встал борт к борту с пароходом «Буг», и чтобы попасть на него, нужно было сначала пройти через первое судно.

Проходя через кают-компанию «Буга», Сергей увидел: несколько женщин сидели на диване и в креслах, изредка обмениваясь одной-двумя фразами.

При появлении таможенников женщины оживились:

— Вы быстро, товарищи?

— Мы ведь из Лиепаи приехали...

— Три месяца и двенадцать дней... их не было, — запнувшись, проговорила с несмелой улыбкой молодая женщина в цигейковой шубке. И покраснела...

Это были жены моряков с «Волоколамска».

— А героев надо было бы встречать на внешнем рейде, — сказал Сергей.

— Конечно, — кивнул Глаузинь. — Сейчас граница уже была бы открыта. Но что поделаешь...

«Да, — подумал Сергей, — раньше «Волоколамска» пришли два корабля — из ФРГ и Норвегии. Заставить их ждать, пропустить во вторую очередь — значит нарушить законы морского гостеприимства. Так называемая «дискриминация флага».

Переходя по трапу на «Волоколамск», они увидели: почти рядом — руками можно друг до друга через борта дотянуться — стоят двое. Стоят, смотрят, молча улыбаются. Она поднимает на руках малыша: вот он, вот...

Таможенники и пограничники старались работать быстро. Вот паспорта, вот поименный список команды, список имеющейся валюты... Глаузинь остался с капитаном, Сергей пошел по каютам: «Здравствуйте, со счастливым возвращением!» — «Спасибо». — «Скажите, пожалуйста, какая у вас есть валюта? Хорошо, хорошо — я просто запишу».

Радист в отутюженном костюме и накрахмаленной белой рубашке открыл чемоданы:

— Пожалуйста.

Сергей заглянул в каждый, потом открыл шкаф, посветил фонариком по полкам, думая: «В лучшем случае я для него — надоедливый чиновник, досадная задержка перед встречей с семьей!»

— Извините, — Сергей взялся за ручку двери.

— Понятно, служба! — сказал радист и добавил нетерпеливо: — У вас еще много работы?

— Не очень.

«А ведь это он услышал «SOS», — подумал Сергей и ясно представил себе, как «Волоколамск», вспарывая морскую волну, подходил к горящему английскому танкеру.

— Разрешите!

В этой каюте жили двое. Матросы. Совсем молодые ребята.

Один водил по подбородку электрической бритвой, другой раскладывал на письменном столике иностранную валюту:

— Эти, товарищ инспектор, мои, вот его. У обоих по пять бельгийских франков, по девять шведских крон. И все.

— Поровну, значит, тратите? — улыбнулся Сергей.

— Ага.

— А что покупали?

— Вот — по свитеру.

— Разрешите? — спросил Сергей и открыл шкаф.

Галстуки, рубашка, два черных костюма, белье. Книги — учебники для восьмого класса...

Закрыл шкаф и еще раз огляделся.

Над письменным столом висел календарь: загорелая блондинка курит сигареты «Честерфильд» над ручейком, вливающимся в синие буквы рекламы. Ниже — по-английски «сентябрь».