Чтение онлайн

Бесконечные вопросы Вита о производстве стекла скоро избавили путников от стеснительности. Фаун передвинулась вперед, чтобы лучше слышать Таннера; Даг ехал рядом, такой молчаливый и погруженный в себя, что можно было и не заметить, что он тоже прислушивается. Когда любопытство Вита оказалось утолено, Таннер, оглянувшись через плечо, стал расспрашивать Фаун о том Злом, которого они с Дагом уничтожили летом. Фаун удивленно заморгала, сначала из-за того, что вопросы явно давно вертелись на языке возницы и он не сразу решился их задать, а потом с трудом поверив в то, что кому-то приходится собраться с духом, чтобы с ней заговорить. Однако она спокойно отвечала Таннеру в упрощенном варианте; потом, бросив взгляд на Дага, столь же упрощенно поведала о том, как действует разделяющий нож. Это заставило Таннера разинуть рот и поднять брови; он искоса взглянул на Дага, но напрямую обратиться к нему не решился. Вит включился в разговор и красочно описал пустошь, тоном коммивояжера добавив в конце рекомендацию там побывать.

— Пожалуй, стоит посмотреть, — ответил Таннер, изумленно качая головой. — Никто из моей семьи тогда не пострадал, как родичи бедняги Сассы, но уж слышал-то я достаточно — не считая самого главного. Теперь мне все стало понятнее. Надеюсь, вы не обиделись на мои вопросы. Я не хотел задавать их при Мейпе, — он кивнул в сторону седого возницы переднего фургона, который ничего не мог слышать и из-за расстояния, и из-за стука колес, — потому что в той заварушке погиб племянник его жены и он переживает.

— Мне очень жаль, — сказала Фаун.

— У него что, Злой вырвал Дар? — с людоедским интересом спросил Вит.

Таннер угрюмо покачал головой.

— Думаю, так было бы легче… в конце концов. Он был из тех, кого захватили разбойники и заставили присоединиться к шайке. Потом было тяжелое время — поди-ка разберись, кто был настоящим разбойником, а кого заколдовало зловредное привидение. Ну и дело кончилось тем, что местных простили, а чужаков по большей части повесили, что, на мой взгляд, было не очень-то правильно. Только племянника Мейпа сразу убили дозорные, когда сражались с разбойниками. Это, может, и избавило семью от позора, да только жена Мейпа смотрит на вещи иначе.

— Ох… — выдохнул Вит.

Фаун сглотнула.

— Он случайно не был белобрысым парнем?

— Нет, он был черноволосый.

Фаун с тайным облегчением перевела дух. Значит, это не тот разбойник, которого Даг застрелил у нее на глазах, — уж его-то он точно избавил от петли. Лицо ехавшего рядом с фургоном Дага стало еще более неподвижным, и до Фаун дошло, что тот насильник, возможно, был не единственным, чьей гнусной карьере Даг лично положил конец. Накануне ночью, как ей было известно, он участвовал в нападении на лагерь разбойников — поэтому-то он и преследовал ее похитителей. У него оставалось мало стрел… некоторые, должно быть, нашли свои жертвы.

— Спасибо, что предупредил, — сказала Фаун Таннеру. — Мне не хотелось бы задеть чьи-то чувства. — Возница понимающе кивнул. Глянув на тощего парня, понуро сидевшего рядом с Мейпом, свесив руки между колен, Фаун спросила: — А как насчет Хога? Он тоже пострадал?

— Нет, он тогда слишком много сидел дома. — После длинной паузы Таннер добавил: — Хог малость недотепа, если хотите знать мое мнение. Он сирота и жил со старшей сестрой, пока ее муж не выкинул его вон за лень… и за воровство, по его словам. Сасса Клей пожалел парнишку и приставил его присматривать за лошадьми на конюшне. Это он и делает — исправно, нужно признать, хоть мы его все время и находим спящим в соломе.

— Он что, учится управлять упряжкой? — спросила Фаун, предположив, что Хог может оказаться соперником Виту в занятии желанной должности.

— Трудно сказать. Он не слишком-то сообразителен. Уж Мейп-то точно не позволит ему взять в руки вожжи. — Таннер понизил голос. — Не скажу, что мальчишка совсем испорченный, да только насчет воровства — все правда. Я сам видел… Пока вроде ворует только еду. Женушка Сассы иногда подкармливает его, да только его это не останавливает. Боюсь, он как-нибудь попадется на чем-нибудь крупном и влипнет в неприятности. Так что… э-э… присматривайте за своими сумками.

Фаун было трудно определить, сказал ли Таннер это в их интересах или в интересах Хога.

Действительно, когда они остановились, чтобы поесть самим и напоить и накормить коней, Фаун показалось, что тщедушный парень немногого стоит. Его тусклые волосы были грязными и нуждались в стрижке, кожа выглядела нечистой, зубы — плохими, и двигался он, постоянно сутулясь. Хог был настолько косноязычен, что мог показаться немым; попытка Фаун сказать ему пару дружелюбных слов повергла его в полную растерянность. Дага парень явно боялся и старался держаться от него подальше. Фаун даже усомнилась, что Хог — его настоящее имя.

Вит растерялся, когда выяснилось, что хозяин не позаботился о провизии для возниц и грузчиков, так что те должны были сами обеспечивать себе пропитание, — такая маленькая деталь ускользнула от его внимания, когда он договаривался о поездке. Фаун в утренней суете тоже упустила это из виду. Даг позволил им обоим посокрушаться, прежде чем спокойно вытащить из сумки сверток, приготовленный Сэл, пока он брился. Даг не то чтобы обращался со спутниками сухо, но не торопился и заставил Вита униженно попросить свою порцию. Как раз такой урок, подумала Фаун, благодаря которому ни один из них не совершит подобной ошибки в будущем.

Даг с удовольствием наблюдал, как Фаун и Вит разглядывают южные окрестности Глассфорджа — местность, давно знакомую ему самому, которую ни один из них раньше не видел. Впрочем, в этих местах Даг не бывал уже несколько лет. Вит то и дело спрашивал, не горы ли те поросшие яркой растительностью холмы, что поднимались по обеим сторонам дороги, и Дагу приходилось его разочаровывать. Правда, собственное определение Дагом горы относилось ко всему, при падении откуда можно сломать шею и, таким образом, включало любую вершину от десяти до тысячи футов высотой; с этой точки зрения достаточно крутые холмы тоже могли претендовать на подобное название. Местность становилась все менее обжитой, придорожные хутора встречались все реже.

Темнота застала путников в нескольких милях от той деревни, где обычно останавливались на этом маршруте возницы; Мейп принялся ворчать, что во всем виновата задержка с отправлением; более терпимый Таннер отнес эту неудачу за счет укоротившегося дня. Все вытащили свои припасы и поужинали, запивая еду водой из ручья, переправа через который и заставила караван остановиться. Возницы принялись совещаться, дать ли отдых лошадям и медленно ехать дальше при свете фонарей или остаться у ручья и улечься спать под фургонами. Дождя не ожидалось, но холодок, которым тянуло из долин между холмами, вызвал всеобщее одобрение плану продвижения с фонарем; Вит тут же предложил Дагу ехать впереди, повесив фонарь на крюк, — эта идея заставила Фаун поморщиться. Перспектива ехать с фонарем, из которого капало масло, на капризном Копперхеде, усталом и раздраженном после дневного перехода, заставила Дага просто сказать: «Я подумаю».