В сетях соблазна
Шрифт:
В голове Брюса внезапно промелькнула шальная и веселая мысль: а не подстроить ли так, чтобы они с этой Мэри Энн… совершенно случайно… ну, вы понимаете…
Кстати, а когда у него в последний раз был горячий и быстрый секс с прекрасной незнакомкой в экстремальных условиях? Да никогда не было. При его образе жизни и положении это невозможно. Он босс громадной медиаимперии, глава издательского дома, владелец телеканала, под его началом работает большой и дружный коллектив. Если вы любите действительно хорошие корпоративные вечеринки с отличным меню – большой дружный коллектив буквально создан для вас. Но если вы предпочитаете горячий и быстрый секс в экстремальных условиях – в большом дружном коллективе это невозможно.
Хорошо хоть Брюс и сам не уверен, любит ли он быстрый секс…
Он на цыпочках вышел в холл, соединяющий офис с садом. Нужно покашлять, или чихнуть, или высморкаться – подать ей знак. Она так запросто разговаривает, потому что уверена, что Брюса нет дома. И куда делась Холли?..
Он свернул за угол – и остановился, как вкопанный. «Мэри Энн» была прямо перед ним. Точнее, ее часть. Очень симпатичная, притягательная и выдающаяся во всех отношениях часть. Пресловутая попа.
Домработница склонилась над каким-то очередным загибающимся фикусом и что-то с ним делала обеими руками, а трубку прижимала к уху плечом. Спина у нее была гибкая, узкая, а тесные джинсы обтягивали бедра так соблазнительно, что кашлять совершенно не хотелось. Так бы и смотрел.
Он давно уже не видел соблазнительных фигур, и это при том, что под его началом находились все, можно сказать, сливки модельного бизнеса. Беда в том, что все супермодели в жизни выглядели так, что при взгляде на них Брюса охватывало всего одно желание – немедленно отвести их в «Макдоналдс» и накормить чизбургерами, а потом еще пиццей и макаронами. С хлебом. Брюсу нравились совсем другие женщины. Те, у кого было за что подержаться.
– О… естесьно!
Руки у нее свободны – значит, наушник.
– Конечно! Спит и видит, как бы пригласить меня. Грызет подушки по ночам. Между прочим, на прошлой неделе в «Ньюсвик» была его фоточка с Сандрой Баллок.
Брюс окаменел. На прошлой неделе в «Ньюсвике» с Сандрой фотографировали исключительно его – это была тусовка по поводу ее новой премьеры. Как там говорила Алиса? Все чудесатее и чудесатее…
– А то я не знаю, что он супер! Он не просто супер, дорогуша. Он супер-пупер-мега-класс! Я кончаю от одного его вида…
Брюс цинично ухмыльнулся. Слишком просто. Все равно что у ребенка конфету отобрать.
– Дорогуша, ты крайне испорченная девочка. И именно это мне в тебе и нравится больше всего. От твоей последней реплики я покраснела до трусов. И ниже.
Интересно, что же сказала Дорогуша? Как бы там ни было, а надо сматываться. Потихонечку, пока она не…
Проклятые колокольчики! Развешанные по всему дому любящими руками Холли, они звякнули в самый неподходящий момент, и Брюс застыл на месте в позе подростка, застигнутого в женской раздевалке. Мэри Энн же издала слабый стон, поскользнулась и обеими руками въехала в пакет с чем-то рыхлым и влажным. Судя по запаху – с компостом.
А потом она обернулась.
У нее были коротко стриженные темные волосы, серые глаза и немыслимый рот. Она выглядела именно так, как выглядит секс-богиня, только что вылезшая из койки. Она не носила нижнего белья и тяготела к футболкам с обрезанным воротом и рукавами, максимально застиранным и оттого облегающим тело, как вторая кожа. Она не использовала косметику. И именно эти губы он хотел бы видеть на своем… Стоп.
– Вы что здесь… Вы как здесь… Вы давно… О боже! Дорогуша, я тебе перезвоню!
Брюс выпрямился и элегантно изогнул бровь – черную, соболиную.
– Извините, не хотел вас пугать.
– Пугать?! Да у меня предынфарктное состояние! Зачем вы так с людьми?
– Честно говоря, не знал, что вы здесь. Знал бы – известил заранее. Фанфары, то-се…
– Хоть покашляли бы, хрен с ними, с фанфарами. Господи Иисусе…
Она выпрямилась и хотела вытереть руки об себя, но передумала. А Брюс немедленно уставился на ее грудь.
– Так вы дома?
– Что? А, да. Но я не хотел вас пугать и подкрадываться.
– Интересно, вас же никогда не бывает дома.
– Ну, время от времени я прихожу…
– Нет, это понятно…
– Слушайте, а пошли на кухню? Вам надо помыть руки, а мне – выпить.
Она посмотрела на свои руки, и в этот момент с них прямо на ковер упал сочный и вонючий комок грязи. Девушка задумчиво присвистнула:
– Упс! До чего ж я рукастая…
– Ничего страшного. Просто не думайте об этом.
Она посмотрела на Брюса и скроила жалобную рожицу.
– У меня проблемы, да?
– Ну… судя по тому, что я успел прослушать, – да.
Вот теперь она по-настоящему испугалась.
– Вы все слышали? У вас на кухне есть цианистый калий?
– Слышал я не все, но нам надо поговорить.
С этими словами он величаво зашагал на кухню, а поверженная красавица поплелась следом.
Мысленно он себя ругал. Девушка права, нельзя так с людьми. Тебе должно быть стыдно, Брюс Кармайкл.
Но стыдно не было. Главным образом потому, что мешала эрекция, сильная и неконтролируемая.
Она вымыла руки и уселась на самый краешек стула на самом углу стола. Брюс привычно и быстро сварил кофе, разлил его по чашкам и повернулся к… Вспомнил! Никакая не Мэри Энн, а вовсе даже Лили Смит. Простейшее имя.
– Кофе, мисс Смит?
– Ох… А вы всегда поите кофе обслугу перед увольнением?
– А с чего вы взяли, что я собираюсь вас уволить?
На мгновение в лучистых и нахальных серых глазах промелькнуло облегчение, но потом Лили с подозрением уставилась на него.
– Тогда что там насчет неприятностей?