Чтение онлайн

Наш реактивный «гусак» приземлился на аэродроме возле Стокгольма.

Я ехал в гостиницу по улицам шведской столицы, вертя головой вправо и влево. Масса магазинов и лавок — они, кажется, занимают все нижние этажи. Над каждой лавкой — вывеска: не только чем здесь торгуют, но и кто хозяин: «А. М. Ларссон», «Н. Мюрдаль», «Таге Мёллер».

Народ на улицах светловолосый, рослый. Очень мало толстых. День теплый, даже очень теплый, но пожилые джентльмены вышагивают в пиджаках, застегнутых на все пуговицы, в ослепительно белых рубашках с темными галстуками и с тростями-зонтиками в руках. А рядом — молодые люди в узких синих джинсах и «сюжетных» пестрых распашонках, на которых нарисованы и пальмы, и старинные дилижансы, и японские красавицы, и желтые цветы подсолнуха, и пробитые пулями круги мишеней, и невесть что еще…

На следующий день иду в бюро путешествий. В этом бюро не видно людей с рюкзаками, нет толкотни и веселого шума. За солидным дубовым барьером — солидные служащие. Похоже, скорее, на банк, только зеркальные стекла украшены знаком туристской фирмы: три гуся летят в синем небе. На полочках разложены маленькие, в несколько страниц, книжечки с яркими картинками. Это путеводители для поездок по стране.

В заголовке одного из них мелькнуло знакомое имя: «Нильс Хольгерсон».

Я попросил, чтобы мне перевели. Служащий бюро путешествий склонил над книжечкой голову с тщательно расчесанным пробором, несколько секунд полистал страницы и поднял глаза:

— Господин русский путешественник, это имя одного сказочного персонажа…

Я сказал, что когда-то давно, в свои юные годы, был немного знаком с Нильсом.

— О, в таком случае, вам это будет интересно! — оживился служащий. — Фирма предлагает господам туристам совершить путешествие по маршруту Нильса Хольгерсона.

Служащий стал объяснять мне, насколько это увлекательно и, главное, выгодно:

— Вы будете ездить в поезде и можете делать остановки в любых городах.

— Но ведь Нильс путешествовал по воздуху!

— О, по воздуху — это обойдется дороже! Мы предлагаем поезд, но даем нашим клиентам возможность немножко испытать то, что испытывал Нильс. За пять крон — всего за пять крон! — вы можете прокатиться в вагонетке Орской канатной дороги. Это почти так же высоко, как летят гуси, даже, пожалуй, выше. Вот тут написано, что турист «вероятно, сможет пережить что-нибудь из сказочного путешествия во время своей поездки, которая познакомит со многими достопримечательностями и большими контрастами». И напоминаю: вы сможете делать остановки, билет действителен два месяца.

Очень соблазнительно! Но, приглядевшись к карте, я увидел, что маршрут оставляет в стороне много мест, где мне хотелось побывать. Как видно, нужны будут и иные пути-дороги, не совпадающие с гусиными…

И я поехал по стране Нильса Хольгерсона.

Обо всем, что мне удалось увидеть, услышать и узнать во время этого путешествия по Швеции, а также во время других поездок, в том числе двух совсем недавних, когда я довольно долго жил в разных шведских городах, и рассказывается дальше.

Не удивляйтесь, если Нильс будет надолго исчезать из моего рассказа о стране шведов. Я не обещаю вам точно придерживаться его следов. Мои маршруты сильно отклонялись от извилистой линии воздушного путешествия гусиной стаи. Если вы читали книгу Сельмы Лагерлёф, то сами заметите это. Но нельзя же требовать, чтобы шведские инженеры и рабочие строили дороги, приноравливаясь к привычкам гусей и фантазии писательницы!

Кроме того, с тех пор как она написала свою книгу, в Швеции произошло много такого, к чему Нильс Хольгерсон не имеет ни малейшего отношения.

Но кое-где нас все же ждут встречи с гусиным пастушком — например, в следующей главе.

Мы расстались с Нильсом в тот момент, когда он, судорожно вцепившись в гусака Мартина, как говорится, набирал высоту. Вскоре Мартин присоединился к своей стае, в которой предводительствовала мудрая гусыня Акка.

Постепенно Нильс освоился с необычным положением. Внизу проплывала равнина с зелеными клетками озимой ржи, с рассыпанными повсюду квадратиками крестьянских дворов. Гуси без умолку гоготали, радуясь весне. Они перекликались с петухами, которые рылись по задворкам помещичьих усадеб и крестьянских хуторов.

— Что это за местечко? — спрашивали гуси.

Если петух бродил по двору бедняка, то гуси слышали в ответ:

— Этот хутор называют Беззерным! Сегодня, как и вчера!

— Это местечко Малоедовка! Теперь, как и прежде!

Но уж если петух разрывал навозную кучу в усадьбе богатого помещика, то, отвечая гусям, он необыкновенно высоко задирал голову, а кукарекал так, будто хотел, чтобы его услышало само солнце:

— Это Свансхольм, усадьба помещика Дибека! Не мешало бы каждому знать! Так же, как и в прошлом году! Сегодня, как и вчера! Теперь, как и прежде!

…Надо мною голубеет как раз тот кусочек неба, в котором Нильс начал свой полет. Если бы он сейчас несся на своем гусаке, то, наверное, увидел бы серую ленту широкой государственной дороги, по которой я еду через Сконе, самый южный край Швеции.

Кое-где по пригоркам — ветряные мельницы. Вон городок с белой колокольней, а дальше — усадьбы да хутора. На полях деловито ползают маленькие тракторы, ярко-красные, лимонно-желтые. По влажным пластам пашни вместо грачей разгуливают чайки: море совсем рядом.

От главной дороги ответвляются боковые. Они пересекают друг друга так, чтобы не задерживалось движение. Одна поднимается на насыпь, а другая ныряет под нее.

Вдоль главной дороги — указатели: «Е-4». Буква «Е» означает, что это не просто шведская местная дорога, а такая, которая проходит через многие страны Европы. По ней можно проехать напрямик от Пиренеев до Скандинавии.

Другие дороги поуже, но они тоже хорошие, асфальтированные. Свернули на одну из них. Чуть в стороне — богатая помещичья усадьба. Красивый двухэтажный дом с окнами, где большие зеркальные стекла вставлены без переплетов, гараж, увитый плющом, кирпичный скотный двор, амбары, крытые черепицей, фруктовый сад.