В тылу врага
Шрифт:
— Да уж конечно не на Красноярскую Линию, — хмыкнул Белый. — До нее бы мы и пешком добрались… В крайнем случае на грузовиках тридцать километров преодолели.
— Это понятно… но все же меня раздражает эта секретность и полная неизвестность.
— Не тебя одного…
Солдаты добежали до аэродрома и приблизились к взлетно-посадочной полосе.
— Стой!
— И вот на этом мы полетим?! — изумился Бардов.
— Да уж…
Вместо больших турбореактивных бортов десантно-транспортных самолетов как было в прошлый раз, на полосе стояли старенькие самолеты среднемагистральной дальности Ан-24. Привычную их конфигурацию дополняли дополнительные подвесные топливные баки, что говорило само за себя – лететь им придется далековато. Но если так, то почему не воспользоваться большими бортами?
— На погрузку за мной, бегом марш! — повел за собой солдат лейтенант Тарков.
Солдаты стали забираться в эти самолеты по двадцать человек на борт, именно столько было во взводах.
Места после погрузки оставалось еще вдоволь, так что Бардов удивился:
— И это все? Могли бы еще две группы подсадить…
— Зачем? — возразил Белый. — Если самолет собьют, так погибнет только одна группа, а не три. Зачем все яйца в одну корзину класть?
— Типун тебе на язык. Вечно ты гадости говоришь!
— И парашютики на старом месте, — заглянул под лавку Куликов.
— Надеть парашюты, — приказал старший сержант.
Солдаты принялись напяливать на себя парашюты, помогая друг другу. Как и в прошлый раз правильность облачения и крепления всех застежек проверил старший сержант.
В центре по продольной оси стояло несколько ящиков, также оснащенных парашютными системами.
— А это я так понимаю боеприпасы? — кивнул на них Юрий.
— Точно.
— Многовато…
— А также продовольствие.
— Видно нас совсем к черту в задницу забросить решили?
— Верно, — кивнул Коржаков. — Точно не по пригородному лесочку бегать, как наверное многие из вас рассчитывали.
"Вот ведь черт, — мысленно сплюнул Куликов, понимая что их забрасывают не куда-нибудь в прифронтовую полосу, а в глубокий тыл противника. — Так я и знал…"
— А нас не сверзят зенитной ракетой? — спрашивал Белый.
— Вполне могут, если засекут, но не должны, — ответил уже лейтенант, заглянув в салон из кабины пилотов. — Мы будем лететь так, чтобы нас не засекли, то есть низко. Очень низко.
Солдаты переглянулись. В темноте, да очень низко можно просто в гору врезаться, тем более на таких-то клячах. Это очень даже реально учитывая, что и сверхсовременные самолеты, имеющие кучу всякой электроники,регулярно бьются о горы.
— Все, сядьте и пристегнитесь. Сейчас полетим.
Десантники поспешно выполнили приказание, тем более что ему последовал сам лейтенант.
Пилоты запустили двигатель, прибавили оборотов, так что он оглушительно заревел и Ан-24 покатился по бетонке полосы. Наконец сильно вибрируя самолет, оторвался от полосы и стал тяжело подниматься. Кто-то отключил свет в салоне.
Бойцы приникли к иллюминаторам, но снаружи все еще царила кромешная тьма, и почти ничего разглядеть не удалось кроме огней близкого города. Только по их смещению и можно было сориентироваться, куда направился самолет. Судя по всему, на юг.
"Уж не в Казахстан ли, отражать возможный повторный марш-бросок китайцев?! — удивился Вадим. То, что они снова попытаются прорваться по южному, столь привлекательному направлению, не было никаких сомнений. — Но тогда зачем на этих колымагах и так скрытно?"
И правда, через некоторое время стал ясно что это был лишь обманный маневр, а также способ рассредоточения большого числа самолетов чтобы они не выглядели этакой стаей огромных перелетных птиц-мутантов. Ан-24 повернул на восток и сильно снизился, чтобы не попасть в зону действия радаров противника и соответственно не стать жертвой зенитных ракет где-то на конечном отрезке пути.
— Блин, меня сейчас стошнит… — пожаловался Алексей Белый, закатывая глаза и тяжело дыша, тем самым, подавляя рвотные позывы.
— Даже не думай об этом… — также сипло, но без особой угрозы в голосе, даже скорее жалобно, произнес Юрий Бардов.
— А что, выбросишь меня из самолета, как грозился в прошлый раз сделать с калмыком?
— Нет…
— А что тогда?
— Сам блевану… и не только я… И тогда мы всем скопом сами досрочно выбросимся…
Соседние солдаты слабо улыбнулись.
Достаточно было осмотреться, чтобы понять, что все солдаты держатся из последних сил, сидя с закрытыми глазами и тяжело дыша, никто не разговаривал и даже не курил. Укачало даже самых стойких, а пилоты словно задались целью вызвать у всех рвотную реакцию и не остановятся пока не добьются своего. Если так, то осталось не так уж долго ждать. Еще минут десять…
Самолет уже давно сбросивший опустевшие подвесные баки, на второй полой половине пути до точки сброса, надсадно ревя мотором мотался из стороны в сторону повторяя сложный горный ландшафт. Пилоты старались лететь ниже уровня верхушек гор, а если это было невозможно, и на пути вставал перевал, обходить который слишком долго, то они поднимались над ним чтобы только-только не задеть крыльями макушки деревьев, а потом снова ныряли вниз, и тошнота у людей подкатывала к горлу с новой силой.
Никто уже не смотрел в иллюминатор, так как чтобы смотреть на маневры пилотов, на то какой опасности они подвергают себя и пассажиров, нужно иметь ну очень крепкие нервы, а они-то как раз у всех уже были на пределе.
Только старшему сержанту все было по фиг. Он вообще большую часть пути проспал, чему все обзавидовались. Вот это нервы.
— Приготовиться к десантированию!
— Что?! Уже?! Ну наконец-то?!! — обрадовался Бардов.
Его радость разделил весь взвод. Что бы ни ждало их внизу, какие угодно неприятности, они как можно скорее хотели покинуть самолет и оказаться на твердой земле.
Лейтенант прошел ко входу, открыл дверь и в салон ворвался свежий, морозный ветер тут же всех взбодривший.